Сапожковский тюремный замок был одним из немногих каменных зданий в городе в первой половине XIX века. Удивительно, но другие присутственные места в Сапожке находились в деревянных домах, арендованных у частных лиц, за которые платила казна.
Тюремное здание Сапожка было построено в 1825 году по образцовому проекту, как говорили тогда. Однако время шло, пенитенциарная система менялась, что требовало доработок в самом здании. Кроме того, тюрьма ветшала. Поэтому в 1839 году встал вопрос не только о капитальном ремонте многих тюремных замков Рязанской губернии, но и об изменении внутреннего устройства. Необходимо было перекрыть крышу, укрепить балки, поменять окна, установить каменные лестницы, отштукатурить и покрасить, но еще построить кухню и ледник. Но были и другие, более важные задачи – сделать в тюрьме одиночные камеры. Таких в Сапожковской тюрьме появилось 4. В них можно было содержать от 1 до 4 арестантов. А спустя несколько лет после завершения ремонта в Сапожке встал вопрос о строительстве высокой стены вокруг тюрьмы. Это было вызвано тем, что большинство побегов совершались по дороге из здания тюрьмы в ретираду (отхожее место), необходимостью организации «кратковременных прогулок» заключенных и просто безопасностью. При всех перестройках всегда вставал вопрос денег. Сразу было ясно, что эти проекты лягут на плечи местных жителей новым земским налогом. Два с лишним года не могли определить размер сборов. В конечном счете, в 1842 году решили ввести земский налог с обывателей, который должен был составить: с купцов – 1/8 капитала, с государственных крестьян – 43 ¼ коп., с мещан – 36 ¼ коп., с помещичьих крестьян – 44 ½ коп. Рассчитан он был на 6 лет.
Содержание арестантов требовало и других вложений. Их необходимо было одевать, обувать, кормить и т.д. Цены постоянно повышались. В 1875 году в Рязанской губернии стало ясно, что выделяемых денег на питание одного арестанта (4 коп. в сутки) перестало хватать. Надо было увеличить до 5–6 копеек в день, так как летом цена ржаной муки почти не изменилась, а четверть муки гречневой (8 четвериков) стала стоить 9 руб. 39 коп. (выросла на 80 коп.).
По нашим современным представлениям, Сапожковская тюрьма была рассчитана на совершенно небольшое количество заключённых: в летнее время она могла принять 34 человека, в зимнее — 39. Как правило, заключённых было гораздо больше. Сохранилась точная статистика. В 1867 году среднее число арестантов в Сапожке за последние 3 года составляло 85 человек. А в сентябре 1872 года в тюрьме содержалось 111 мужчин и женщин. Обращаю внимание, что это все жители Сапожковского уезда. На пересылке всегда находилось всего несколько человек.
Поднимались и другие вопросы, связанные с обслуживанием тюрем, такие как нехватка персонала и их низкая квалификация.
Губернская тюрьма имела тюремного смотрителя, надзирателей и караул – все они были вольнонаемными служащими. Однако при их наборе сохранялись принципы, уходящие корнями в XVlll век: набирали только отставных солдат и офицеров. Это были, как правило, немолодые люди, многим было за 50 лет, часто с ранениями или инвалидностью. Они не оправдывали ожиданий властей. Отмечалась «неспособность вольнонаемных надзирателей исполнять свои обязанности по надзору за арестантами и тюремными замками, что наносило вред как экономическим средствам тюрем, так и нравственности арестантов, на которых надзиратели не могли действовать благотворно из-за своей неразвитости». Но в уездах постоянно не хватало кадров. Сапожковской тюрьме не был положен смотритель. Обсуждался вопрос и о надзирателях. В 1869 году земские власти обратились в Рязань с просьбой разрешить нанять смотрителя и надзирателей на земские деньги. Причем, это было больным вопросом всех тюрем в стране. Однако эти вопросы решались медленно и трудно, сталкиваясь с препятствиями в Министерстве Внутренних дел. С одной стороны, смотрители и надзиратели подчинялись тюремному комитету, но жалованье получали из военного фонда караульных служб. Поэтому МВД боялось выхода этих учреждений из-под их надзора. С другой стороны, Центральные власти не хотели брать на себя тяготы дополнительных расходов, поэтому МВД рассматривало вопросы содержания дополнительного штата надзирателей за счет земских денег. Этому противилось Рязанское губернское правление. Оно видело реальное положение дел на местах и писало, что только Скопин, Ранненбург и Данков имеют реальную годовую прибыль, остальных же 5 городов- Ряжск, Михайлов, Спасск, Пронск, Сапожок имеют недостаточные годовые доходы. Приведу пример. Годовые доходы Скопинского уезда в 1866 году составили 15670 руб. 75 коп., а расходы- 14562 руб. 21 коп. В это время в Сапожковском уезде 3368 руб. 66 1/4 коп. и 3384 руб. 67 1/4 коп. соответственно. И, наконец, в 1860-е годы после отмены крепостного права и проведения ряда кардинальных реформ в жизни страны, все жили в ожидании, что изменения будут продолжаться и дальше. Поэтому часто власти считали, что надо подождать. Реформа действительно будет проведена в 1879 году, когда в стране будет создана, наконец, единая пенитенциарная система.
Если читателю захочется подробнее узнать об организации тюремной жизни, то прочитайте «Инструкцию смотрителю губернского тюремного замка» 1831 года и Указ 1879 года.