Марина сидела в приемной нотариуса и смотрела на дверь кабинета. Руки дрожали, хотя она старалась держать себя в руках. Рядом устроилась ее сестра Лена, которая все время что-то шептала, пытаясь успокоить.
"Не волнуйся... – Лена бережно провела ладонью по плечу сестры, будто хотела стереть все тревоги вместе со слезами. – Всё обязательно наладится, правда-правда. Ты же сама знаешь – тут иначе никак, просто не получится. Ты же знаешь, что делаешь правильно."
"Знаю, - тихо ответила Марина. - Просто страшно."
Дверь открылась, и вышел нотариус - пожилой мужчина с седыми усами.
"Проходите, Марина Викторовна, - кивнул он. - Все документы готовы."
Марина встала и пошла в кабинет. Лена осталась ждать в коридоре. Нотариус указал на стул напротив своего стола и сел сам.
"Итак, - начал он, раскладывая бумаги, - вы уверены в своем решении? Это завещание лишает вашего сына Игоря права наследования квартиры и дачи. Все имущество переходит вашей сестре Елене Викторовне."
"Уверена," - твердо сказала - Марина.
"Хорошо, - кивнул нотариус. - Тогда подписывайте здесь и здесь."
Марина взяла ручку. Рука дрожала так сильно, что первая подпись вышла кривой. Она сделала глубокий вдох и расписалась еще раз. Готово. Сорок лет она копила, экономила, работала на трех работах, чтобы купить эту квартиру. И дачу строила своими руками вместе с покойным мужем. А теперь все это достанется сестре. Потому что сын...
Марина закрыла глаза, не желая вспоминать.
Все началось три года назад. Игорь привел домой девушку.
"Мам, познакомься, - сказал он, - это Кристина. «Мы встречаемся уже полгода…»" – эта фраза эхом звенела в голове Марины, пока она наблюдала за девушкой, которую только что привёл её сын. Высокая, заметная, на ней с иголочки джинсы, кожаная куртка… Уверенность сквозила в каждом движении – даже этот равнодушный кивок был скорее жестом “так принято”, чем проявлением радости.
Марина улыбнулась и, стараясь выглядеть приветливой, шагнула навстречу и протянула руку:
"Здравствуйте, – сказала она с теплой улыбкой, – очень приятно познакомиться."
В голове бегло проносились вопросы: кто она, чем дышит, почему сын? Но сдержанность взяла верх – первое впечатление всегда самое важное.
"Проходите, пожалуйста, я как раз пирог испекла."
"Спасибо, я не ем мучное,"- отрезала Кристина и прошла в комнату Игоря, не снимая обувь.
Марина растерянно посмотрела на сына. Игорь виновато пожал плечами:
"Мам, ну она просто устала очень. Не обращай внимания."
Не обращать внимания Марина пыталась следующие полгода. Кристина почти каждый день приходила к Игорю — вела себя так, будто дома. Постоянно что-то требовала: то жарко ей, то холодно, то вдруг свет мешает.
"Игорь, скажи своей матери, чтобы она телевизор делала тише, - говорила она, разглядывая свой маникюр и даже не глядя в сторону Марины. - Мне голова болит."
"Игорь, пусть твоя мать сходит в магазин, купит что-нибудь вкусное."
"Игорь, скажи ей, что в квартире воняет ее борщом."
Игорь все время извинялся, просил маму потерпеть, говорил, что Кристина просто нервная, что у нее сложная работа.
Потом они поженились. Свадьбу устроили скромную, только самые близкие. Кристина весь вечер просидела с недовольным лицом.
"Ресторан какой-то дешевый, - бросила она Игорю. - Твоя мать не могла найти место получше?"
"Кристиночка, но мы же сами выбирали, - попытался оправдаться Игорь.
"Ты выбирал, - холодно ответила она. - А я согласилась, потому что денег больше не было."
После свадьбы молодые остались жить в маминой квартире. Марина уступила им большую комнату, а сама перебралась в маленькую. Кристина восприняла это как должное.
"Наконец-то, - сказала она, оглядывая комнату. - Хоть какое-то личное пространство. Правда, обои ужасные. Игорь, скажи матери, чтобы она сделала ремонт. За свой счет, естественно."
"Кристина, - робко начал Игорь, - может, мы сами..."
"У нас денег нет, - перебила жена. - Это ее квартира, пусть и ремонтирует."
Марина молча ушла к себе. Села на кровать и долго смотрела в окно. Что происходит с ее сыном? Куда делся добрый, внимательный мальчик, который приносил ей цветы на восьмое марта и помогал во всем? Теперь Игорь как будто боялся своей жены. Выполнял любой ее каприз, соглашался со всем, что она говорит.
Ремонт Марина сделала. Потратила последние накопления, которые откладывала на старость. Кристина осталась недовольна.
"Обои не те, - заявила она. - Я просила бежевые, а это какой-то серый. Переделывай."
"Извини, Кристиночка, - залебезил Игорь, - мама, наверное, не так поняла..."
"У твоей матери вообще с головой проблемы, - холодно сказала Кристина. - В ее возрасте уже пора в дом престарелых."
Марине было пятьдесят два года. Она работала медсестрой в поликлинике, вставала в шесть утра и приходила домой к семи вечера. Дома ее ждала гора немытой посуды, потому что Кристина принципиально не занималась домашним хозяйством.
"Я не домработница, - отрезала она, когда Марина однажды попросила хотя бы за собой помыть чашку. - У меня своя работа. Ты что, не справляешься? Так увольняйся, сиди дома, убирайся.
Игорь молчал и смотрел в пол.
Через год Кристина забеременела. Марина обрадовалась - может быть, внук или внучка смягчат невестку, сделают ее добрее? Но все стало только хуже.
"Игорь, скажи своей матери, чтобы она ходила тише, - капризничала Кристина. - У беременных обостренный слух.
"Игорь, пусть твоя мать купит мне специальные витамины. Дорогие, импортные."
"Игорь, мне нужны деньги на курсы для беременных. Пусть твоя мать даст."
Марина давала, покупала, ходила на цыпочках. Сестра Лена приезжала и смотрела на все это с ужасом.
"Ты что творишь? - говорила она Марине. - Опомнись! Они тебя как прислугу используют!"
"Это для Игоря, - отвечала Марина. - Он мой сын. И скоро будет внук."
"Разве это сын? - злилась Лена. - Он даже слова в твою защиту не скажет!"
"Он любит ее, - вздыхала Марина. - Что я могу сделать?"
Родился мальчик. Назвали Максимом. Кристина пролежала в роддоме неделю и вернулась домой в плохом настроении.
"Я устала, - заявила она, протягивая сына Марине. - На, держи. Мне нужно выспаться."
И ушла в комнату, закрыв дверь. Марина осталась с младенцем на руках. Игорь стоял рядом и виновато улыбался.
"Мам, ты же понимаешь, роды - это тяжело. Кристина измучилась. Поможешь нам первое время?"
Первое время растянулось на два года. Марина вставала ночами к внуку, меняла подгузники, кормила из бутылочки, качала, когда тот плакал. Кристина спала в своей комнате и утром выходила свежая, отдохнувшая.
"Что ты на меня так смотришь? - спрашивала она Марину. - У тебя есть претензии?"
"Нет, - отвечала Марина. - Никаких претензий."
"Вот и отлично. Игорь, скажи матери, чтобы она купила Максиму новую коляску. Эта уже старая."
Коляске было три месяца.
Когда Максиму исполнилось два года, случилось то, что перевернуло все. Марина вернулась с работы и услышала из комнаты крик Кристины: "Я устала от этого ребенка! Устала от этой квартиры! От твоей матери!"
"Кристиночка, потерпи еще немного, - умолял Игорь. - Мама скоро на пенсию выйдет, уедет на дачу, а квартиру нам оставит..."
"Скоро! - взвизгнула Кристина. - Мне уже сейчас нужна нормальная жизнь! Без этой старухи, которая все время суется со своими советами!"
Марина замерла у двери.
"Слушай, - вкрадчиво сказала Кристина, - а давай оформим ее в дом престарелых? Скажем, что она больная, что не справляется. А квартиру перепишем на себя по доверенности."
"Кристина, ты что? - испугался Игорь. - Это же мама!
"И что? - холодно спросила жена. - Выбирай - или я, или она. Потому что я больше не могу. Либо она уходит, либо ухожу я. С ребенком."
Повисла долгая пауза. Марина стояла за дверью и ждала. Ну же, Игорек, скажи ей, что это невозможно. Скажи, что мать для тебя - святое. Скажи хоть что-нибудь.
"Хорошо, - тихо произнес Игорь. - Я подумаю, как это сделать."
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она тихо развернулась и вышла из квартиры. Шла по улице, не разбирая дороги, пока не оказалась у подъезда сестры.
Лена открыла дверь, взглянула на Марину и сразу поняла - случилось что-то страшное.
"Рассказывай,"- коротко сказала она.
Марина рассказала. Лена слушала, и лицо ее становилось все жестче.
"Все, - сказала она, когда сестра закончила. - Завтра же идешь к нотариусу. Переписываешь квартиру на меня."
"Лена..."
"Никаких "Лена"! - отрезала сестра. - Ты думаешь, я отберу у тебя квартиру? После моей смерти она все равно достанется Игорю, ты в завещании так и напишешь. Но пусть эта стерва знает, что ей ничего не светит. И твой сынок пусть знает, что бывает, когда мать предают."
"Он мой сын," - прошептала Марина.
"Был, - жестко ответила Лена. - Был твоим сыном. А теперь он просто подкаблучник, готовый сдать родную мать в дом престарелых ради бабы."
На следующий день Марина пошла к нотариусу. Оформила завещание. Вернулась домой. Игорь и Кристина сидели на кухне и о чем-то шептались. Увидев Марину, замолчали.
"Мне нужно вам кое-что сказать, - спокойно начала Марина. - Я все слышала вчера. Про дом престарелых и доверенность.
Игорь побледнел. Кристина вскинула подбородок:
"Ну и что? Подслушивать нехорошо."
"Да, - согласилась Марина. - Нехорошо. Как и планировать, как избавиться от матери. Поэтому я сегодня была у нотариуса. Квартира теперь по завещанию достанется моей сестре. Дача тоже.
"Ты что?! "- вскочил Игорь.
"То, что слышал, - устало ответила Марина. - Я больше не могу. Я отдала тебе всю свою жизнь, Игорь. Работала на трех работах, чтобы ты поступил в институт. Не покупала себе одежду, чтобы тебе хватало на учебники. Я... - голос ее дрогнул, - я думала, что ты другой."
"Мама, - Игорь шагнул к ней, - мама, я не хотел..."
"Хотел, - перебила Марина. - Ты согласился. Твоя жена предложила сдать меня в дом престарелых, и ты согласился."
"Но я же не сделал этого!" - закричал Игорь.
"Потому что не успел, - холодно сказала Марина. - Я вас опередила."
"Старая ведьма! - взвизгнула Кристина. - Ты все испортила! Игорь, скажи ей что-нибудь!"
Но Игорь молчал. Смотрел на мать широко открытыми глазами, и в них медленно появлялось осознание того, что он натворил.
"Мама, - хрипло сказал он, - мама, прости. Я не знаю, что на меня нашло. Я люблю тебя. Ты же знаешь."
"Знаю, - кивнула Марина. - Поэтому в завещании написано, что после смерти Лены квартира перейдет тебе. Если ты к тому времени одумаешься."
"То есть как это?"- не поняла Кристина.
·"А так, - спокойно ответила Марина. - Пока я жива, вы можете здесь жить. Но квартира больше не ваша. И никогда не будет, пока я не увижу, что мой сын снова стал человеком. А не тряпкой, которой можно вытирать ноги."
Она резко повернулась и ушла к себе в комнату. Захлопнула за собой дверь, прижалась к ней спиной… Сердце грохотало в груди так, что казалось — сейчас выскочит наружу. За спиной раздался вопль Кристины: "Игорь! Ты будешь это терпеть?! Или ты совсем тряпка?!"
Марина закрыла дверь. Села на кровать. Руки дрожали, сердце колотилось. Но внутри — впервые за три года! — стало чуть легче. Будто с плеч свалился груз. Она наконец-то сделала то, что давно откладывала: защитила себя от тех, кто спокойно мог раздавить её жизнь. Защитила себя.
Прошло полгода. Кристина ушла от Игоря через месяц после разговора. Забрала Максима и уехала к родителям в другой город. Игорь остался в квартире. Он ходил на работу, возвращался домой — и молчал. Марина пыталась разговорить его: спрашивала, как прошёл день, звала на ужин… Но он отвечал коротко, не встречаясь взглядом, словно прятался за стеной.
И вот однажды вечером, почти неслышно, он постучал к ней в дверь. Марина удивилась - за последние месяцы он ни разу не заходил к ней сам.
"Мам, можно?"
"Конечно, - Марина отложила книгу. - Садись."
Игорь сел на край кровати. Долго молчал. Потом заговорил: "Я все понял. Только поздно. Кристина подала на развод, забрала сына. Я его почти не вижу. Она специально все устраивает так, чтобы наши встречи срывались."
"Мне жаль," - тихо сказала Марина.
"Мне тоже, - кивнул Игорь. - Мне жаль, что я такой дурак. Что я тебя предал. Что выбрал женщину, которая меня даже не любила. Она любила квартиру, деньги, возможности. А я был просто удобным приложением."
"Игорь..."
"Нет, мам, дай договорю, - он поднял руку. - Я хочу сказать, что ты была права. Во всем. И я не прошу прощения, потому что знаю - то, что я сделал, простить нельзя. Я просто хочу, чтобы ты знала - я все понял. Наконец-то понял. Поздно, конечно… Но я все равно буду до конца жизни пытаться искупить свою вину. Если смогу. Если ты дашь мне этот шанс. Если ты позволишь."
Марина смотрела на сына. На его осунувшееся лицо, на темные круги под глазами, на ссутулившиеся плечи. И видела в нем того мальчика, которого когда-то родила и любила больше жизни.
"Игорь, - сказала она, - я никогда не переставала тебя любить. Даже когда ты меня предал. Ты мой сын. И всегда будешь им. Просто... - она вздохнула, - просто мне нужно время. Чтобы снова тебе поверить."
"Я понимаю, - кивнул Игорь. - У тебя будет это время. Сколько нужно."
Он встал и пошел к двери. На пороге остановился: "Спасибо, мам. За то, что не выгнала меня."
Через год Марина снова пошла к нотариусу. На этот раз - изменить завещание. Квартиру она завещала Игорю напрямую. Потому что он каждый день доказывал, что достоин прощения. Помогал по дому, заботился о ней, возил на дачу, учился быть сыном заново.
А еще через год он познакомился с Олей - тихой учительницей младших классов. Которая пришла в гости с букетом для Марины и весь вечер расспрашивала о рецептах пирогов. И Марина поняла - все будет хорошо. Ее сын наконец-то нашел свое счастье. Настоящее.