Иногда перед Новым годом, в этой особой тишине между «было» и «будет», у меня всплывает один странный вопрос. Он приходит ко мне не как экзамен, а как тёплый, но настойчивый гость: «А что ты будешь делать, когда состаришься?»
У него нет правильного ответа. Только своё, личное, немного наивное - как детское сочинение о далёком будущем.
Я своё когда-то написал так: уютный дом, потрескивающий камин, я в кабинете, пишу книгу. Идиллическая картина «заслуженной» мудрости, отложенной на потом.
И только сейчас, уже много лет ведя группы, я вдруг услышал в этой картинке не мечту, а тихий вопрос самому себе.
А что мешает мне писать эту книгу сейчас?
Или снять дом с камином на зиму - просто чтобы пить чай с малиновым вареньем и смотреть на огонь?
Группа научила меня слышать такие вопросы. Потому что в кругу часто звучит похожее: «Вот когда-нибудь я скажу…», «Когда-нибудь я решусь…», «Когда-нибудь станет легче…».
Мы откладываем самое важное на мифическое «потом», как будто настоящее - толь