После победы над жрецами Ваала на горе Кармил и избиения пророков, Илия, узнав, что царица Иезавель ищет его жизни, впал в глубокое уныние. Он ушёл в пустыню, сел под кустом можжевельника и «просил смерти себе, и сказал: довольно уже, Господи; возьми душу мою, ибо я не лучше отцов моих» (3 Цар. 19:4). Это была не просьба из гордыни или отчаяния в Боге, а крайняя усталость от борьбы и ощущение одиночества: «остался я один» (3 Цар. 19:10).
Святитель Иоанн Златоуст в «Беседах о сокрушении» так толкует это состояние:
«Не от малодушия пророк просил смерти, но от ревности по Боге, видя, что народ остаётся неисправимым даже после столь великих знамений. Он желал разрешиться от трудов, чтобы не видеть непрестанного попрания славы Божией».
Преподобный Ефрем Сирин в толковании на это место добавляет важный психологический аспект:
«Утомилась плоть его от подвигов, и дух уныл от ожесточения народа. Он просил смерти, как бегства от скорби, но Бог, любя его, показал, что ему предстоит ещё дело — помазать преемников».
Блаженный Феодорит Кирский подчёркивает педагогическое действие Бога:
«Бог не дал ему смерти, но питал его, показал Своё присутствие не в буре, а в веянии тихого ветра, и дал новое послушание. Так Он врачевал скорбь, не исполняя просьбы, но даруя лучшее — утешение и новую цель».
Господь не исполнил просьбу Илии о смерти, но укрепил его пищей, показал Своё тихое присутствие и дал новые задания — помазать Азаила, Ииуя и Елисея. В конце концов, Илия был взят на небо живым, избежав обычной смерти.
Вопрос для размышления: Не просим ли и мы порой у Бога «смерти» — выхода из трудных обстоятельств, отношений или обязанностей, — тогда как Он хочет укрепить нас, показать Свой тихий глас и дать новое, осмысленное служение?
Подписывайтесь на наш Телеграм: https://t.me/ekzeget