За окном моросил осенний дождь, барабаня по стеклу словно назойливый кредитор, требующий немедленной выплаты. В квартире было тепло и уютно. На кухне тихонько шуршал ноутбук, из динамиков которого доносилась приглушенная мелодия джаза. Я сидела, ссутулившись над клавиатурой, и смотрела на мерцающий курсор, словно на суфлера, забывшего свои слова.
В голове, как старая пластинка, заела одна и та же мысль: "Я работаю, обеспечиваю семью, сама так хочу".
Действительно, я хотела. Хотела этой независимости, возможности самой распоряжаться своей жизнью. Хотела доказать себе и миру, что я чего-то стою. И я добилась своего. У меня была интересная работа, хороший доход, уважение коллег. Я была успешной женщиной.
Но за этой внешней благополучностью скрывалось что-то еще. Трещина, которая постепенно расширялась, угрожая разрушить все, что я так тщательно строила. Имя этой трещине – королевские креветки.
Звучит смешно, правда? Королевские креветки. Всего лишь деликатес. Но они стали символом невысказанных обид, накопившейся усталости и непонимания, которое росло между мной и моим мужем.
Мы поженились по большой любви. Андрей был моей первой и единственной любовью. Красивый, умный, талантливый. Он писал стихи, играл на гитаре, умел поддержать разговор на любую тему. Все подруги завидовали мне. Я была уверена, что поймала журавля в небе.
После свадьбы все было как в сказке. Мы работали, вместе строили планы на будущее, мечтали о детях. Но потом в стране случился кризис. Андрея сократили с работы. Он долго искал новую, но безуспешно. Рынок труда был переполнен, конкуренция бешеная. Он приходил домой все более подавленным и раздраженным.
Я видела, как он страдает. Как рушатся его мечты и амбиции. И предложила ему остаться дома и заняться детьми. Тогда это казалось идеальным решением. Я работаю, он занимается домом и детьми. Все счастливы.
Поначалу так и было. Андрей оказался прекрасным отцом. Он читал детям книги, водил их на прогулки, помогал с уроками. Дома всегда было чисто и уютно. Ужин всегда был готов вовремя. Я приходила с работы и чувствовала себя, как в раю.
Но со временем что-то изменилось. Андрей стал все больше внимания уделять своей внешности. Он просил меня покупать ему новую одежду, дорогую косметику. А потом в его жизни появились эти самые королевские креветки.
"Я хочу чего-нибудь вкусненького", - говорил он, глядя на меня своими большими, полными надежды глазами.
И я покупала. Сначала безропотно. Потом с раздражением. А потом с отвращением. Я не понимала, почему я должна тратить свои деньги на его прихоти. Ведь я работаю, я зарабатываю. А он сидит дома. Пусть ест макароны.
Эта мысль сверлила мне мозг. Она отравляла мои отношения с мужем. Я перестала видеть в нем того любящего и заботливого человека, которым он был раньше. Я видела в нем только нахлебника, который живет за мой счет.
В выходные я уходила в сауну с подругами. Это был мой способ отдохнуть от работы и от домашних забот. Мы парились, пили травяной чай, болтали о всякой ерунде. Я чувствовала себя свободной и счастливой.
Но каждый раз, возвращаясь домой, я чувствовала вину. Вину перед Андреем. Вину перед детьми. Вину перед самой собой. Я понимала, что живу неправильно. Что разрушаю свою семью своими руками.
Но я не знала, что делать. Я не могла поговорить с Андреем. Боялась обидеть его. Боялась услышать то, что не хочу слышать. Боялась признаться себе в том, что я несчастлива.
И вот теперь я сижу здесь, перед компьютером, и пишу этот текст. Я выплескиваю свои мысли и чувства на экран. Может быть, это поможет мне разобраться в себе. Может быть, это поможет мне найти выход из этого лабиринта.
Я люблю мужа и не хочу его потерять. Он полностью занимается домом и детьми. Тоже меня любит, всячески ублажает, верный. За мной убирает, если грязь оставляю за собой. Детей учит читать и тд... в общем молодец.
Но я не могу больше терпеть эти королевские креветки. Они стали символом нашей несправедливости. Символом моего эгоизма. Символом его зависимости.
Как мне поступить? Уступить его желаниям? Продолжать покупать эти проклятые креветки? Или попытаться поговорить с ним? Объяснить ему, что я чувствую?
Я не знаю ответа. Но я знаю одно. Я должна что-то сделать. Иначе моя семья разрушится. И я останусь одна. Со своими деньгами. Со своей независимостью. Но без любви. Без счастья. Без смысла жизни.
…Звонок телефона вырвал меня из омута размышлений. На экране высветилось имя Андрея. Я колебалась секунду, прежде чем ответить.
– Да, любимый? – стараясь придать голосу бодрости, произнесла я.
– Ты скоро будешь? – в его голосе слышалась какая-то непривычная тревога.
– Скоро. А что случилось?
– Ничего особенного… Просто хотел спросить, что купить на ужин?
Мое сердце екнуло. Вот он, момент истины. Сейчас или никогда.
– Знаешь, – начала я неуверенно, – давай сегодня без изысков? Просто макароны с сыром?
В трубке повисла тишина. Я затаила дыхание.
– Хорошо, – наконец произнес он. – Макароны, так макароны.
В его голосе не было ни обиды, ни разочарования. Только какая-то усталая покорность. И это ранило меня еще больше.
– Андрей, подожди, – выпалила я, прежде чем он успел положить трубку. – Мне нужно с тобой поговорить.
– О чем?
– О нас. О нашей жизни. О королевских креветках, в конце концов.
Он снова замолчал. Я слышала только его тяжелое дыхание.
– Хорошо, – сказал он после долгой паузы. – Поговорим. Когда приедешь?
– Через час.
Я отключила телефон и откинулась на спинку кресла. Сердце бешено колотилось в груди. Я боялась этого разговора. Боялась, что он откроет мне глаза на то, что я давно подозревала, но отказывалась признавать.
Я встала и подошла к окну. Дождь все еще лил, но сквозь серые тучи пробивался слабый луч солнца. Я посмотрела на свое отражение в стекле. Уставшее лицо, потухший взгляд. Неужели это я? Неужели я превратилась в такую злую и мелочную женщину?
Я решила, что должна измениться. Должна вернуть себе ту любовь и счастье, которые когда-то были в моей жизни. И начну я с королевских креветок.
…Через час я была дома. Андрей встретил меня в прихожей. Он выглядел как-то по-особенному. В глазах – смесь надежды и страха.
– Привет, – сказала я, обнимая его.
– Привет, – ответил он тихо.
Мы прошли на кухню. На столе стояла тарелка с макаронами, посыпанными тертым сыром. Просто и скромно. Но почему-то именно в этот момент я почувствовала, что все может наладиться.
Мы сели за стол. Молча ели макароны. В квартире царила тишина, которую нарушало только тиканье часов на стене.
– Андрей, – начала я, откладывая вилку в сторону. – Мне нужно тебе кое-что сказать.
Он поднял на меня глаза. В них читалось ожидание.
Я рассказала ему все. О своей усталости, о своих обидах, о своих страхах. О том, как я чувствую себя виноватой перед ним. О том, как я боюсь его потерять.
Он слушал меня молча, не перебивая. Только иногда его губы дрожали, а в глазах появлялись слезы.
Когда я закончила, он взял меня за руку.
– Я все понимаю, – сказал он. – Я знаю, что тебе тяжело. И я виноват в этом. Я не должен был перекладывать на тебя все свои проблемы. Я должен был искать работу. Должен был помогать тебе.
А вместо этого я сидел сложа руки и ждал, когда ты меня накормишь королевскими креветками.
Я заплакала.
– Не говори так, – сказала я, вытирая слезы. – Я не виню тебя. Я просто хочу, чтобы мы были счастливы. Чтобы мы были вместе.
Он обнял меня крепко-крепко.
– Я тоже этого хочу, – прошептал он.
Мы долго сидели в обнимку, молча. А потом Андрей встал и подошел к холодильнику.
– Знаешь, что? – сказал он, доставая из морозилки пакет с креветками. – Давай приготовим их вместе?
Я улыбнулась.
– Давай.
Мы приготовили креветки. Вместе ели их, запивая белым вином, и смеялись, вспоминая прошлое. Вспоминая нашу любовь. Вспоминая наше счастье.
В тот вечер мы поняли, что нужно ценить друг друга. Нужно поддерживать друг друга. Нужно уметь прощать друг друга. И нужно уметь говорить друг с другом. Откровенно и честно.
Королевские креветки перестали быть символом раздора. Они стали символом нашего примирения. Символом нашей новой жизни.
…На следующий день Андрей устроился на работу. Не на ту, о которой мечтал. Но на ту, которая позволяла ему чувствовать себя нужным и полезным.
А я перестала упрекать его в том, что он сидит дома. Я стала больше времени проводить с ним и с детьми. Мы вместе гуляли в парке, ходили в кино, играли в настольные игры.
Мы стали семьей. Настоящей семьей.
И я больше не боялась, что мы расстанемся. Потому что я знала, что наша любовь сильнее любых королевских креветок.
