– Ну послушай, Лена, это же верняк! Такой шанс выпадает раз в жизни, а ты уцепилась за эти бетонные стены, как будто это фамильный замок, – Сергей нервно постукивал чайной ложкой по краю чашки, оставляя на столешнице мелкие капли сладкого чая. – Ребята уже все посчитали. Окупаемость полгода, дальше – чистая прибыль. Мы заживем по-человечески, машину поменяем, на море поедем не в Анапу, а куда захотим.
Елена молча смотрела в свою тарелку с остывающим рагу. Этот разговор за последнюю неделю всплывал уже в пятый раз, и с каждым подходом голос мужа становился все более требовательным, а аргументы – все более агрессивными.
Она прекрасно понимала, о чем идет речь. О её однокомнатной квартире, доставшейся от бабушки за три года до свадьбы. Той самой квартире, в которой она своими руками переклеивала обои, выбирала плитку для ванной и по копейке откладывала на приличную кухню. Сейчас там жили квартиранты, тихая семейная пара, и деньги с аренды Елена привыкла считать своей неприкосновенной подушкой безопасности.
– Сереж, мы это уже обсуждали, – устало произнесла она, отодвигая тарелку. – Я не буду продавать квартиру. Это мое единственное личное имущество. Бизнес – это всегда риск. А если не пойдет? А если прогорим? Где мы будем жить, если, не дай бог, с твоей работой что-то случится, а ипотеку за эту квартиру платить станет нечем?
Сергей вскочил со стула, прошелся по кухне, театрально схватился за голову. В их общей, взятой в ипотеку «двушке», было душно, батареи жарили на полную мощность, но открывать окно муж запрещал – боялся сквозняков.
– Вот в этом ты вся! – выпалил он, резко повернувшись к ней. – «А если», «а вдруг». Ты в меня просто не веришь! Ты не веришь, что я способен на большее, чем сидеть в офисе с девяти до шести за копейки. Вадик открыл точку шаурмы – поднялся. Игорь автосервис держит. А я? У меня есть бизнес-план, есть договоренности с поставщиками. Мне нужен только стартовый капитал. Четыре миллиона. Как раз цена твоей «однушки».
– Вадик прогорел через три месяца, если ты помнишь, – тихо напомнила Елена. – И до сих пор отдает долги родителям.
– Это потому что Вадик дурак! – отмахнулся Сергей. – А я все просчитал. Это франшиза, Лена. Готовая модель. Там рисков ноль.
– Рисков ноль не бывает даже в банковском вкладе, – парировала она. – Сережа, пойми. Эта квартира – это мой тыл. Я не готова им рисковать ради гипотетической прибыли. Если тебе так нужны деньги, возьми кредит на развитие бизнеса. Под залог бизнеса.
Муж посмотрел на неё как на умалишенную.
– Какой кредит? Там проценты бешеные! Зачем кормить банк, когда у нас есть «мертвый груз», который просто стоит? Ты эгоистка, Лена. Ты думаешь только о себе, а не о семье. Мы же семья! У нас всё должно быть общее. А ты… «Мое, мое».
Он демонстративно бросил ложку в раковину, звон металла резанул по ушам, и вышел из кухни, громко хлопнув дверью. Елена осталась сидеть в тишине, чувствуя, как внутри нарастает холодный ком тревоги. Она знала этот сценарий. Сейчас начнется игра в молчанку, потом подключится тяжелая артиллерия.
Следующие три дня прошли в гнетущей атмосфере. Сергей разговаривал с ней только по бытовым вопросам, и то сквозь зубы. Он спал, отвернувшись к стене, на вопросы «как прошел день» отвечал односложно. Елена чувствовала себя виноватой, хотя разум твердил, что она права. Она много читала о семейном праве и знала: имущество, приобретенное до брака, принадлежит только ей. Но если она продаст квартиру сейчас, будучи в браке, и вложит деньги в бизнес мужа, эти средства растворятся. Если бизнес прогорит – денег нет. Если бизнес пойдет в гору и будет оформлен на Сергея (а он планировал открывать ИП на себя), то в случае развода ей придется долго и мучительно доказывать, что вложения были сделаны за счет её личных средств.
В субботу утром в дверь позвонили. На пороге стояла Раиса Ивановна, мама Сергея. В руках она держала объемную сумку, из которой пахло пирожками с капустой, а на лице играла решительная улыбка, не предвещавшая ничего хорошего.
– Здравствуй, Леночка, – пропела свекровь, проходя в коридор и по-хозяйски оглядываясь. – А я вот мимо ехала, дай, думаю, загляну к детям, проведаю. Сережа дома?
– Дома, в спальне, – Елена посторонилась, пропуская гостью.
Чаепитие началось мирно, но Елена знала: Раиса Ивановна никогда не приезжает просто так. Свекровь была женщиной властной, привыкшей, что в её семье (в которую она автоматически включала и семью сына) все должно быть по её указке.
После обсуждения погоды и цен на гречку, Раиса Ивановна отставила чашку и пристально посмотрела на невестку.
– Лена, я смотрю, Сережа наш сам не свой ходит. Похудел, осунулся. Ты его совсем не бережешь.
– Я его берегу, Раиса Ивановна. Просто у него сейчас сложный период на работе, – дипломатично ответила Елена.
– На работе… – протянула свекровь. – А мог бы быть сам себе хозяином. Он мне все рассказал, Лена. Про свою идею, про магазин запчастей. Гениальная идея, я считаю. У него у деда жилка предпринимательская была, Сереже передалась.
Елена вздохнула. Началось.
– Раиса Ивановна, мы с Сергеем этот вопрос уже закрыли. Я не буду продавать свою квартиру.
Свекровь всплеснула руками, словно услышала несусветную глупость.
– Да как же так, милая? Ты пойми, жена – это шея. Куда повернет, туда голова и смотрит. Ты должна поддерживать мужа, вдохновлять его! А ты ему крылья подрезаешь. Ну стоит эта твоя халупа, пылится. Квартиранты эти – сегодня есть, завтра сбегут, еще и обои подерут. А тут – дело! Будущее! Вы же о детях думать должны.
– Вот именно, о детях, – твердо сказала Елена. – Если у нас будут дети, мне будет спокойнее знать, что у меня есть собственное жилье, которое никто не заберет за долги. Бизнес – это риск.
– Ой, какие долги, что ты каркаешь! – рассердилась Раиса Ивановна. – Ты просто жадная, Лена. Уж прости старуху за прямоту. Жадная и недоверчивая. Мы к тебе со всей душой, Сережа тебя в свою квартиру прописал, а ты…
– Квартира Сережи в ипотеке, и мы платим за неё из общего бюджета, – напомнила Елена, стараясь сохранять спокойствие. – А моя квартира – это моя собственность. Добрачная.
– Вот! – Раиса Ивановна победно подняла палец. – «Добрачная». Ты все еще делишь на «мое» и «твое». А в семье все должно быть общее. Если ты сейчас мужу не поможешь, он ведь может и обидеться. Мужчине важно чувствовать, что в него верят. А если жена не верит… найдется та, которая поверит.
В кухне повисла тяжелая тишина. Это был уже не просто совет, это была завуалированная угроза. Сергей сидел тут же, опустив глаза в стол, и не пытался остановить мать. Елене стало противно. Взрослый мужчина сидит и ждет, пока мама «дожмет» неуступчивую жену.
– Если Сергей решит искать ту, которая продаст ради него свое имущество, я его держать не буду, – холодно произнесла Елена, вставая из-за стола. – Извините, Раиса Ивановна, у меня дела.
Остаток выходных прошел в состоянии холодной войны. Раиса Ивановна уехала, оскорбленно поджав губы, а Сергей перешел к тактике бойкота. Он демонстративно смотрел телевизор, громко вздыхал и всем своим видом показывал, как глубоко он несчастен.
В понедельник Елена решила действовать. Она не могла больше полагаться только на интуицию. Ей нужны были факты. Она знала название франшизы, о которой говорил муж – сеть магазинов «АвтоСвет». В обеденный перерыв она позвонила своей старой подруге Марине, которая работала юристом и специализировалась на коммерческих спорах.
– Марин, привет, можешь посмотреть одну контору? Муж хочет вложиться, – попросила Елена.
К вечеру Марина перезвонила. Голос у неё был скептический.
– Лен, слушай. Я пробила их. Это не совсем мошенники, но схема мутная. Договор концессии составлен так, что франчайзи – то есть твой муж – будет должен им по гроб жизни. Паушальный взнос огромный, роялти конские, а главное – они обязывают закупать товар только у них по завышенным ценам. Я посмотрела судебную практику: за последний год на них подали в суд пять бывших партнеров. Все разорились. Они обещают золотые горы, а по факту выкачивают деньги за бренд, который никто не знает.
– Спасибо, Марин, – выдохнула Елена. – Ты меня спасла.
– Не за что. Только мужу аккуратно скажи. Мужики не любят, когда их мечты рушат фактами. И еще, Лен… Если он будет настаивать на продаже твоей квартиры. По закону, деньги от продажи личного имущества остаются личными, только если ты их никуда не вложишь и будешь хранить на отдельном счете. Как только ты переведешь их на счет ИП мужа или оплатишь этот взнос – пиши пропало. В суде потом замучаешься доказывать природу этих денег. Это будет считаться добровольным вложением в семейный бизнес. А бизнес, если он на муже, при разводе делится, конечно, но если там одни долги – делить будете долги.
Вечером Елена шла домой с твердым намерением поговорить с Сергеем, показать ему распечатки судебных решений, объяснить, что их пытаются обмануть. Она надеялась, что факты его отрезвят.
Но дома её ждал сюрприз.
В прихожей стояли чужие мужские ботинки. Из кухни доносились голоса. Сергей сидел за столом с каким-то незнакомым мужчиной в мятом пиджаке. На столе лежали бумаги.
– А, вот и жена пришла! – радостно, слишком радостно воскликнул Сергей. Глаза у него лихорадочно блестели. – Лена, знакомься, это риелтор, Анатолий.
Елена замерла в дверях, не снимая пальто.
– Зачем нам риелтор, Сережа?
– Ну как зачем? – Сергей встал и подошел к ней, пытаясь обнять, но она отстранилась. – Я подумал, чего тянуть? Анатолий говорит, сейчас рынок на пике, можно твою квартиру очень выгодно продать. У него уже и покупатель есть, с наличкой! Готов хоть завтра на сделку выходить. Я уже предварительно договорился…
Внутри у Елены что-то оборвалось. Он договорился. За её спиной. Распорядился её имуществом, привел в дом постороннего человека, даже не спросив её мнения.
– Анатолий, – обратилась она к мужчине ледяным тоном. – Вы можете идти. Квартира не продается.
Риелтор, опытный мужик, сразу почуял неладное. Он быстро собрал бумаги в папку.
– Я так понял, согласия между собственниками нет? Сергей, вы же говорили, что вопрос решен.
– Да решен он, решен! – засуетился Сергей, хватая риелтора за рукав. – Ленка просто устала, не в духе. Подождите на улице пять минут, я сейчас все улажу.
Когда дверь за риелтором закрылась, Сергей обернулся к жене. Лицо его исказилось от ярости.
– Ты что меня позоришь перед людьми?! Я уже слово дал!
– Какое слово, Сережа? Ты дал слово продать мою квартиру? – Елена прошла в комнату и села на диван. Ноги дрожали. – Я сегодня узнавала про твою франшизу. Это пузырь. Люди разоряются, суды завалены исками.
Она вытащила из сумки распечатки, которые передала Марина, и бросила их на стол.
– Вот, почитай. Отзывы, судебные решения. Тебя просто разводят на деньги.
Сергей даже не взглянул на бумаги. Он смахнул их со стола резким движением руки. Листы разлетелись по полу.
– Мне плевать на твои бумажки! Ты вечно ищешь грязь! Ты просто не хочешь, чтобы я был успешным! Тебе удобно, что я обычный клерк, тобой легко управлять! Мама была права, ты держишься за эту квартиру, потому что готовишь запасной аэродром. Ты не любишь меня!
– Любовь здесь ни при чем, Сергей. Речь идет о финансовой безопасности. Я не дам тебе спустить четыре миллиона на сомнительную авантюру. Хочешь бизнес – заработай на старт сам. Или возьми кредит на себя.
– Ах так? – Сергей прищурился. – Значит, деньги тебе дороже семьи? Хорошо. Я ставлю вопрос ребром. Или мы продаем квартиру и начинаем новую жизнь, как нормальная семья, с общими целями, или…
– Или что? – тихо спросила Елена.
– Или нам не по пути. Я не могу жить с женщиной, которая мне не доверяет и крысятничает.
Елена посмотрела на мужа. На его перекошенное лицо, на дрожащие руки. В этот момент она поняла, что перед ней стоит не тот человек, за которого она выходила замуж пять лет назад. Тот Сергей был веселым, заботливым, но этот… Этот был одержим идеей легких денег и готов был переступить через неё, через её спокойствие, через их будущее, лишь бы потешить свое самолюбие.
Она медленно встала.
– Значит, не по пути. Я не продам квартиру, Сережа. Точка. Если для тебя это повод для развода – пусть будет развод.
Сергей опешил. Он явно не ожидал такого ответа. Он привык, что Елена мягкая, уступчивая, что её можно уговорить, надавить на жалость или чувство вины.
– Ты… ты блефуешь, – неуверенно сказал он. – Ты же любишь меня. Мы же столько лет вместе. Из-за какой-то бетонки?
– Не из-за бетонки. А из-за того, что ты меня не слышишь и не уважаешь. Ты привел риелтора, не спросив меня. Ты готов рисковать моим единственным жильем ради своих амбиций. Это не семья, Сережа.
Сергей выбежал из комнаты, схватил куртку.
– Ну и сиди со своей квартирой! Посмотрим, как ты одна завоешь! Я уезжаю к маме. Когда одумаешься – позвонишь. Но условия будут другие!
Хлопнула входная дверь. Наступила тишина. Елена опустилась на пол и начала собирать разбросанные бумаги. Слезы текли по щекам, но где-то в глубине души, под слоем боли и обиды, начало прорастать чувство облегчения.
Следующий месяц был тяжелым. Сергей не звонил, ждал, что она приползет. Раиса Ивановна звонила дважды, кричала в трубку про «бессовестную», про «испортила жизнь парню», про то, что «он найдет себе молодую и сговорчивую». Елена молча клала трубку и заносила номер в черный список.
Она подала на развод сама. Процесс был небыстрым, пришлось делить совместно нажитую машину (которую, кстати, купили в основном на премии Елены) и решать вопрос с ипотечной квартирой. В итоге договорились, что ипотечную квартиру продают, гасят долг перед банком, а остаток делят пополам.
Сергей на суде вел себя вызывающе, бросал на Елену уничтожающие взгляды. Он выглядел потрепанным, но гордым.
– Я все равно открою свое дело! – заявил он ей в коридоре суда после получения документов. – Найду инвестора, который в меня поверит. А ты так и будешь всю жизнь копейки считать.
Елена ничего не ответила. Она переехала в свою «однушку», предварительно попросив квартирантов съехать. Сделала там перестановку, купила новые шторы, завела кота. Жизнь потихоньку входила в новое русло. Ей было спокойно. Никто не требовал продать крышу над головой, никто не обвинял её в отсутствии веры.
Прошло полгода. Осень вступила в свои права, заливая город дождями и засыпая мокрыми листьями. Елена возвращалась с работы, когда у подъезда её окликнул знакомый голос.
– Ленка?
Она обернулась. На скамейке сидел Вадик – тот самый друг Сергея, который когда-то прогорел на шаурме.
– Привет, Вадим. Какими судьбами?
– Да вот, к родителям заезжал, они в соседнем доме живут. Слушай… – он помялся. – А ты не знаешь, где Серега сейчас? Телефон у него отключен, в соцсетях не отвечает.
– Мы развелись полгода назад, Вадим. Я не слежу за его жизнью. А что случилось?
Вадим тяжело вздохнул и потер небритую щеку.
– Да тут такое дело… Он же все-таки влез в эту авантюру с запчастями. Нашел где-то деньги, то ли кредит взял под бешеные проценты, то ли занял у каких-то серьезных людей. Мать его, говорят, дачу продала, чтобы ему помочь.
У Елены внутри все сжалось. Дачу Раиса Ивановна любила больше жизни, это была её гордость.
– И что? – спросила она.
– Да ничего. Кинули его. Как лоха последнего кинули. Фирма эта франшизная закрылась, счета обнулили, руководство в бегах. А у Сереги на складе гора никому не нужного китайского брака и долги. К нему коллекторы ходят, мать с сердцем в больнице лежала. Я думал, может, ты знаешь, где он прячется. Должен он мне немного, тысяч пятьдесят, но сейчас и они не лишние.
Елена смотрела на серые тучи, на мокрый асфальт. Ей было жаль Сергея? Наверное, по-человечески – да. Жаль глупости, жаль Раису Ивановну, которая в своей слепой любви к сыну лишилась любимой дачи. Но больше всего она чувствовала благодарность. Благодарность к самой себе – той, которая полгода назад нашла в себе силы сказать «нет».
– Нет, Вадим, я не знаю, где он, – ответила она. – И, честно говоря, знать не хочу.
– Понятно, – кивнул Вадим. – Ну, умная ты баба, Ленка. Вовремя соскочила. А он… дурак он.
Елена поднялась к себе в квартиру. Теплую, уютную, свою. Налила чашку горячего чая, села в кресло и погладила кота, который тут же запрыгнул к ней на колени. За окном шумел дождь, ветер раскачивал ветки деревьев, но здесь, за надежными стенами, было тихо и безопасно.
Она достала телефон и удалила старый контакт «Муж» из записной книжки. Теперь это была окончательно перевернутая страница. Она сохранила главное – себя и свою независимость. А деньги… деньги дело наживное, но только если зарабатывать их умом, а не рисковать всем, что имеешь, ради призрачных замков.
Спасибо, что дочитали рассказ до конца, надеюсь, он был вам интересен. Подписывайтесь на канал и ставьте лайк, чтобы не пропустить новые истории