Есть ли в вашей жизни картина, про которую можно сказать, что она «живёт»? Не потому что там красиво нарисована гора или кот, а потому что всё внутри — дышит, двигается, звучит, взаимодействует друг с другом.
А бывало наоборот — изображение «правильное», фотографическое, но как будто безжизненное и ничего в нем не говорит ни об авторе, ни о том, что его привлекло? Все одинаково правильно и равнодушно?
В комментариях к выставленным на пространствах интернета работам часто разворачивается дискуссия между двумя взглядами на художественное образование и творчество:
- Одна группа комментаторов подчёркивает, что главное — академизм: строгая техника, знание анатомии, перспективы, светотени и композиции. По их мнению, без этой основы невозможно говорить о настоящем искусстве, особенно когда речь идёт о юных художниках. Они считают, что увлечение «быстрым рисунком» и эмоциональной подачей без твёрдой академической базы ведёт к поверхностному рисованию.
- Другая группа, напротив, утверждает, что академизм — лишь фундамент, необходимый, но недостаточный. Главное — внутренний голос художника, его способность передавать чувства, отношение к миру, искренность и уникальность взгляда. Именно это делает произведение живым и значимым, даже если оно выполнено в условной или экспрессивной манере. Для них искусство — это не точность, а эмоциональная резонансность.
Это вечное напряжение между формой и содержанием, техникой и чувством, традицией и индивидуальностью — и подчёркивает, что современное художественное образование сталкивается с задачей найти баланс между этими полюсами.
И как это сделать?
Ответ — не в деталях и даже не в технике. Он в пространстве. И в том, как художник его строит.
Сегодня расскажем о методе, который учит видеть не предметы, а их целостность и взаимосвязи. Методе, уходящем корнями к Владимиру Фаворскому — гению композиции XX века, оставившему богатое творческое и интеллектуальное наследие — и живущем сегодня в работах Заслуженного художника России Елены Николаевны Ненастиной, наставника целого поколения художников.
Этот подход — не «как нарисовать дерево», а «как услышать, что дерево шепчет». И он работает и в строгом академическом рисовании и в творчестве для души — он может изменить твоё восприятие мира. Суть - пространство формируется не пассивным копированием натуры, а активным взаимодействием чёрного и белого, тона и штриха. Учение Фаворского легло в основу отечественной школы книжной графики и художественного образования.
Что такое «картинное пространство» — на самом деле?
Большинство думают: пространство — это фон. Пустое место, куда ставят предметы.
Но в методе Ненастиной — пространство само по себе материал. Оно плотное, живое, музыкальное. Оно не «вокруг» объекта — оно взаимодействует с ним.
- «Пространство — не пустота. Это среда с ритмом, структурой и законами движения».
Представьте: вы не ставите человека на лист, а поселяете его в атмосферу, которую ты сам создаёшь из света, тона и цвета. И эта атмосфера — говорит о том, что важно, что ты чувствуешь, что тебя вдохновляет.
Четыре способа «оживить» пространство
В своей монографии «Структура изобразительной формы пространства и методы её организации» (2020) Елена Ненастина рассматривает четыре ключа — как построить пространство так, чтобы оно стало персонажем, а не пустотой:
1. Светотень — не для объёма, а для настроения.
Сколько в твоей работе света? А тени? Какого-то тона должно быть всегда больше. От этого зависит настроение работы. Даже издалека по тону, зритель уже уловит эмоциональное настроение в работе.
2. Локальный метод — когда объект сам формирует пространство вокруг себя.
Это как герой в книге: всё вращается вокруг него. Особенно мощно работает в иллюстрации. Пространство подчиняется главному герою и вторит его фигуре.
3. Цвет как архитектор — не предмет определяет цвет, а цвет — раскрывает пространство.
Цвет может вести зрителя по изображению, как мелодия, уводить дальше и возвращать и заставлять кружить по созданному пространству, не выпуская за его границы.
4. Цветные силуэты — самый поэтичный способ.
Где границы между фигурой и фоном стираются, одно вытекает из другого, и рождается ощущение, а не изображение.
Тон — это не тень. Это звук
Один из самых сильных инструментов в этом методе — работа с тоном. Но не как с «затенённой областью», а как с аккордом.
В своей монографии Ненастина говорит:
«Тон — это эмоция, переведённая на язык света».
Для начинающего художника — тон может быть шёпотом, вибрацией, голосом. И чтобы это услышать, не нужны сложные теории. Достаточно задать правильные вопросы:
- Сколько «голосов» звучит в твоей работе? (Белый, серый, чёрный — в каком соотношении?)
- Как движется твой тон? Куда он течёт — вверх? Вниз? По диагонали?
- Какой у тона характер — мягкий, как шёлк, или резкий, как скрип двери?
И самое главное:
Как твои тона «разговаривают» друг с другом? Что с ними происходит в работе?
Соперничают? Поддерживают? Обнимаются?
На примере работ Б. Маркевича, приведенных в монографии, очень хорошо можно понять, что такое тональная окрашенность картины. В представленных работах по‑разному распределен тон, и поэтому они имеют разную эмоциональную окраску.
Три простых упражнения — чтобы начать чувствовать, а не копировать предметы.
Попробуй эти задания — даже если ты «не художник»:
1. «Три голоса»
Возьми три листа. На каждом — один тон: белый, серый, чёрный.
Не закрашивай — а представь, как он звучит.
Белый — это рассвет? Шаг по снегу?
Чёрный — это гроза? Гул метро?
Зафиксируй не форму, а ощущение.
2. «Дерево настроения»
Нарисуй одно и то же дерево трижды — в светлом, сером и тёмном тоне.
Без листьев. Без деталей. Только силуэт.
И ты увидишь: один и тот же образ может быть радостным, тревожным и мудрым — только за счёт тона.
3. «Силуэт без контура»
Попробуй нарисовать животное бебз чёрной обводки, пусть оно вырастает из пятна. Пусть его форма появится за счёт перехода от тёмного к светлому. Так ты почувствуешь: фигура и фон — единое целое.
Как это связано с методом Ненастиной?
Все три упражнения — живая адаптация из монографии «Структура изобразительной формы пространства»:
— «Три голоса» — иллюстрирует закон количества и характера тона,
— «Дерево настроения» — демонстрирует развитие и движение тона,
— «Силуэт ез контура» — учит видеть подобие и взаимодействие пятен.
Но об этих законах – в следующий раз. И помните главное — это не техника, а слух.
Метод Елены Ненастиной — продолжение традиции Владимира Фаворского и Андрея Гончарова. Он применяется в художественном образовании, но доступен каждому, кто хочет учиться видеть по-настоящему.Почему это важно сегодня?
Мы живём в мире, где всё — быстро, плоско, на экране.
Где искусство часто сводится к «крутой картинке» или «лайку».
Рисование — это приглашение замедлиться. Услышать, как шуршит свет на стене. Почувствовать, как пустота может кричать громче, чем фигура. И понять: рисовать — значит говорить на языке чувств, а не копировать реальность.
Елена Ненастина говорит:
«Когда я рисую пейзажи — я записываю музыку мест».
А ты? Какую музыку слышишь в своём искусстве?
Метод Елены Ненастиной — продолжение традиции Владимира Фаворского и Андрея Гончарова. Он применяется в художественном образовании, но доступен каждому, кто хочет учиться видеть по-настоящему.
Текст основан на монографии Елены Ненастиной «Структура изобразительной формы пространства и методы её организации» (2020) и её педагогическом опыте в Московском университете печати. Изображения также заимствованы с согласия автора из монографии. Методика находит применение как в художественном образовании, так и в самостоятельной творческой практике.
Материал подготовила Екатерина Абросимова, волонтёр АРТПатруль, искусствовед, куратор выставок, художник, специально для «АРТПатруль».
Хочешь больше таких материалов? Подписывайся на АРТПатруль — здесь искусство не учит, а вдохновляет.