#ПостКуратора
Долго думал о чём писать новогодний текст. Несколько друзей вскользь упомянули, что не чувствуют приближение праздника. Все мы помним эту, успевшую состариться, шутку про китайские ёлочные игрушки, которые сверкают, но не радуют. Мне кажется что-то подобное происходит и с нашим главным праздником.
Разумеется, все мы дружно совершаем положенные ритуальные действия, призванные вызвать дух Нового года. В них, непременно, фигурирует меню новогоднего стола, бутерброды с красной икрой и тазики оливье. Перекличка бутылок с перечислением диагнозов, и прочих сопутствующих обстоятельств: -у Сени язва, он только водку! Петя зашит жеж. Рома будет за рулем, как обычно. Произносятся священные заклинания: -Не трогай, это на Новый год! -А у вас искусственная или настоящая? И прочая Ирония Судьбы.
К слову - кто-нибудь хоть раз смотрел этот фильм летом? Или Рязанов полвека назад прошил в своей пленке запрет на показ в любой сезон, кроме зимы? Мы делаем всё как обычно, всё как привыкли. Всё как всегда. Мы вызываем дух Нового Года и ждем его, ждем, как чуда.
Скажите честно- приходит? Праздник к Вам приходит? Вы замечали? Лишь только стартует Декабрь - мы начинаем, понемногу, по шажочку ускоряться, все быстрее и суетливее, чтобы в последнюю неделю года метаться, как раненый зверь, пытаясь успеть неуспеваемое. Мы бежим, несёмся, но ведь магия нашего самого заветного праздника в паузе, в тишине, в размеренности, в ритме тиканья ходиков на старом комоде. В мурчании разноцветных котов, разложенных по диванам. А обратный отсчет курантов - дыхание и ритм нашей Родины - величественное и торжественное. Медленный Новый год- в глубоком снегу бежать невозможно, мы лишь можем идти, проваливаясь по колено в сугробы, поднимая глаза вверх, туда, где сияет Большая Медведица. Ритм Нового года, его дыханье - в этом похрустывании снега и потрескивании дров в печке. В морозном воздухе, в острых макушках сосен и мохнатых лапах елей. Новый год - это ведь праздник хвойных. Никаких осин и березка-free пора. Он колючий и пахнет именно так, как пах в нашем детстве, когда Папа браконьерил её из леса и густой дух, от которого кружилась голова, заполнял всё пространство дома. У нас ель всегда стояла у чугунной, вечной как египетские пирамиды, батареи и та, своим ребристым теплом, заставляла её пахнуть еще сильнее.
В русской традиции присесть на дорожку. Как перевести, как объяснить это иностранцу? Что мы делаем в этот момент? Молимся? Вспоминаем выключили ли утюг? Мы замираем, готовясь сделать следующий шаг. И вот эта пауза, эти мгновенья, спрессованные невероятно - перед большим путешествием, перед важным делом: перед битвой, перед свадьбой. Новый год - это то же самое. Это краткий миг, когда переворачивается страница, когда мы перерезаем пуповину только что рожденного года. Когда мы садимся на дорожку - суетиться нельзя, нельзя никуда спешить. Новый год- ровно то же самое. Пауза - это не отсутствие движения, а осознание его.
Вы помните ощущения от фанерного ящика, который бережно снимали с антресоли? я помню его настолько отчетливо, словно дотрагиваюсь до его шершавых бортов каждый день. Внутри, завернутые в желтеющие газеты с отчетами пленумов КПСС, лежали хрупкие ёлочные игрушки, которые мы видели лишь пару недель в году. И мятая щека Леонида Ильича нежно обнимала снегурочку с жесткой ватной муфтой. Та наша жизнь не была забрызгана неопрятными новостями и пустой жестокой суетой. Мы протягивали в небо замерзшие корочкой льда, вязаные Мамой варежки, скрепленные под шубой на бесконечную резинку и показывали друзьям линии Большой Медведицы. Она по-прежнему в небе, но мы уже не видим ее из-за синтетического света наших больших городов. Нет больше антресолей и ящика фанерного тоже нет. Секрет Нового года в том, что мы по-прежнему устремляемся вверх, смотрим вперед, но с каждым годом в нашем багаже всё больше уже и всё меньше ещё.
Мы выросли в другой стране, и сколько бы не видели сверкающих небоскребов, пальцы помнят поверхности нашего детства. Красный ковер на стене, тяжелая дулёвская керамическая чашка с золотым ободком, облупившийся зеленый штакетник на даче, улетающие в небо искры прощального костра смены в пионерском лагере. И вопрос не в том, что в детстве было хорошо. Это категории совсем другого порядка. Просто в тот момент формировалась матрица, с которой мы живём всю нашу жизнь и которую унесём с собой. Последние, кто снимал с антресоли заветный фанерный ящик, хранящий душу нашего праздника. Просто в тот момент мы не понимали да и не могли понимать важность каждой минуты, впечатывающейся в нас. Помните гениальный мультфильм Рататуй? Вот он о том же. Вкус блюда из нашего детства важнее и желаннее всех Мишленов нашей взрослой жизни. Почему никто из психологов не догадался рядом с кушеткой повесить на стену красный ковер? Прикасаясь к нему, проводя пальцем по бороздками орнаментов, мы можем гармонизироваться, возвращаясь в то время, когда в нашем небе сияла Большая Медведица.
Новый год - это праздник невинного телевизора, стоявшего на четырех грациозных, как у антилопы из советского мультика, лаковых ножках. Новый год вылуплялся из фанерного ящика посылки, присланной дальней родственницей, он прорастал из нашей искренности и чистоты. Мы бережно возводили его из наших надежд, соединяя своими хрупкими мечтами. И с каждым листочком отрывного календаря, мы приближались к его сакральной точке, к звуку, раздававшемуся со Спасской башни Кремля. Говорят, в разведке, чтобы определить шпиона, давали ему считать - мы считаем только на нашем родном языке. Перезвон колоколов на Спасской Башне знает каждый русский. Этот звук прошит в ДНК нашей страны, с него начинается каждый год нашей биографии и каждый год истории нашей Родины. И я ведь ни строчки не написал про подарки. Их было так мало в моем детстве, что мне кажется это ощущение приближающегося праздника было для меня важнее всех неполученных подарков мира.
Почему мы не можем поймать ощущение праздника? Может быть дело не в окружающем мире, не в экономике, и не в политике даже? Дело в нас самих. Мы словно предаём его. Давайте признаем? Мы выбрали быстрый Новый год. Но ведь это же меееедленный праздник. Кто умеет быстро мечтать? Кто строит надежды как спринтер? Мы тащим нашу суету в ритуалы, которым чужда эта нелепая суматоха. Это словно заранее записанные «Голубые огоньки» - китайские ёлочные игрушки, которые не радуют никого, кроме самих ряженых и шутов.
Новый год—это цвет, это ритм, это запах. Он внутри, в душе, а не в коробках с подарками под ёлкой. Большая Медведица нам не принадлежит и не унесем мы с собой, как бы не хотелось. Давайте не будем пилить фоточки. А лучше запомним себя. Здесь и сейчас. Оглянемся и сохранимся. Давайте отпразднуем наш медленный Новый год. И не нужно никуда торопиться, пожалуйста. Ведь фанерную сокровищницу достают с антресолей лишь раз в году.
Новый год - это всегда про ещё. Про движение вверх, в небо, туда, где вязаная варежка моего детства угадывает линии и точки далеких созвездий.
Ваш, ОМ