— Не передумала, — ровно ответила она, даже не дернув бровью. — Мы же это уже обсуждали, язык скоро сотрется об одном и том же беседуя. Мы вместе решили, что будем сдавать квартиру. Это не только пассивный доход, но и наша заначка на черный день. Терять ее мы не намерены.
Пятничный ужин затягивался. Она убрала со стола, оставив только кружки с чаем и тарелку с печеньем. В обычные дни они весело болтали, обсуждая предстоящие выходные, но не сегодня, когда тучи сгустились над их обычной квартирой. Саша, ее любимый муж, сидел напротив нее и медленно разламывал на мелкие кусочки печенье. Она, сложив руки на груди и облокотившись на спинку стула, наблюдала за ним с грустью. Неужели будет стоять на своем?
— Мы? Ты сейчас говоришь только про себя, если что, — Саша отшвырнул от себя остатки печенья. В его карих глазах плескалось раздражение. — А ты подумала о моей дочери? Ты же знаешь, в каком она положении. Она в декретном, снимает квартиру. Да зять половину зарплаты отдает только на это. Зато у отца стоит без дела однокомнатная квартира в хорошем районе.
От злости потемнело в глазах. Да сколько можно одно и то же мусолить? Не выдержав, она повысила голос:
— Она не пустая, Саш. Мы ее давно сдаем, там живут люди. Что ты чушь несешь? И живут, если что, по договору!
— Договор можно расторгнуть, не начинай. Хватит искать оправдания.
Оксана потерла лоб и снова, будто бы маленькому ребенку, в тысячный раз стала объяснять:
— Дело не только в деньгах, дело в принципе. Мы покупали эту квартиру как инвестицию в будущее. Не для того, чтобы решать проблемы детей. У твоей Леры есть муж, в конце концов. Нам же ничего с неба не упало, вспомни, сколько лет мы во всем себе отказывали. Пусть тоже учатся.
— Оксана, это моя дочь! — Саша ударил ладонью по столу с такой силой, что звякнули чашки. — В конце концов, неужели тебе так важны эти деньги? Сложно помочь?
Да, сложно помочь. Когда много лет назад они познакомились, она даже не подозревала, с какими проблемами столкнется в будущем. У нее за плечами брак и ребенок, у него тоже. Потом свадьба, общий ребенок. Вот только Саша, чувствуя вину перед дочерью от первого брака, всегда старался как-то ей помочь, даже в ущерб интересам своей семьи. Сколько у них было ссор и обид на этом фоне? Не счесть.
— Сложно, — тихо сказала Оксана. — Мы с тобой не подпольные миллионеры Корейко, чтобы разбрасываться деньгами. Мы платим ипотеку за эту квартиру, кроме этого, мы оплачиваем Кириллу учебу. У нас каждая копейка на счету.
— Не накидывай пуху, — саркастически протянул Саша. — Это просто заначка на всякий случай. У нас всё есть, Оксана, хватит прибедняться. У каждого по машине, отличная дача, эта квартира. Мы не бедствуем! Неужели тридцать тысяч в месяц так сильно изменят нашу жизнь?
Он произнес «тридцать тысяч в месяц» таким тоном, будто это мелочь на мороженое. Конечно, только часть этих денег откладывалась на отпуск, а часть в заначку. Мало ли что может случиться: потеря работы, болезнь, не дай бог ДТП. Подумав немного, она мило улыбнулась. Хорошо, милый, поиграем.
— Отдать квартиру в бесплатное пользование твоей дочери? Легко, только тогда почему мой сын должен быть обделен?
— При чем здесь твой Артем, — недоуменно протянул муж.
— Если мы начинаем бесплатно обеспечивать жильём взрослых детей, то давай обеспечивать всех. Пусть Лера живёт бесплатно, а я тогда буду из семейного бюджета платить Артёму эти тридцать тысяч. Как компенсацию, чтобы никому не было обидно.
Саша посмотрел на неё так, будто она ляпнула какую-то дичь.
— Ты это серьёзно? Сравниваешь мою беременную дочь с твоим двадцатипятилетним конем? Она маленькая, а он мужик, если что. Пусть сам зарабатывает.
— Мой конь, — зло повторила Оксана. — Конечно, мой конь сам все заработает. Он же мужик, а твоя девочка, которой все должны. Прежде чем ноги раздвигать и детей клепать, пусть бы мозги включила и подумала, где она будет жить. Значит, твоя дочь нуждается в поддержке, а мой же сам заработает. Спасибо, что наконец прояснил.
Она встала и вышла из кухни, громко хлопнув дверью. За её спиной повисло тяжёлое молчание. Саша ночевал на диване, перестав с ней разговаривать. Поговорили, так поговорили.
Нет, это была не первая их ссора за двадцать лет, но самая обидная. И до этого у них были разногласия по поводу детей, но не до такой степени. Ее всегда обижало, что Саша находит оправдание любым поступкам дочери, а вот к ее сыну постоянно цепляется. Но теперь речь уже шла не просто о каких-то претензиях, тут шел разговор о финансовых разногласиях.
На следующее утро Саша вёл себя как ни в чём не бывало. Она знала эту манеру, как и то, что он не отступит. Будет каждый день заводить этот разговор, пока она, наконец, не психанет и не согласится с ним. Это было всегда, но теперь все изменилось. Нет, она не пойдет у него на поводу. Только вот через неделю она узнала, что Саша расторг договор и отдал ключи от квартиры своей дочери.
Первым делом она хотела закатить скандал. Но нет, так дело не пойдет. Когда муж вернулся домой и сел ужинать, взяла его телефон и зашла в онлайн-банк. Пара секунд и деньги улетели к Артему. Улыбнувшись, положила телефон перед носом Саши. Тот увидел уведомление и глаза у него округлились, как в мультике.
— ТЫ СОВСЕМ ОХР… ЕНЕЛА?! ТЫ ЧТО, БЛ… Ь, СДЕЛАЛА? ТРИДЦАТЬ ДВЕ ТЫСЯЧИ АРТЁМУ? БЕЗ СПРОСУ?
— Милый, я восстановила справедливость, — холодно сказала Оксана. — Ты же выгнал арендаторов без спроса и поселил свою дочь? Она же бедная и несчастная? Вот и мой сын получил поддержку. Все же дети равны, так же?
— РАВНЫ? КАКИХ, НА …, РАВНЫ? — Саша вскочил и заметался по кухне, стуча кулаком по стенам. Он с трудом говорил, захлёбываясь от злости. — Ты вообще что творишь? Ты украла у меня деньги!
— Я? Может быть напомнить, как ты втихаря отдал ключи от квартиры своей дочери? На что ты рассчитывал? Врать мне, что премию урезали? Или просто потом поставил перед фактом, как делал тысячу раз? Так нет же, лавочка прикрыта, хватит. Что, не нравится, когда поддержку получает не только твоя доченька? У тебя же ребенок, а у меня так, фигня на ножках.
Саша медленно повернулся к ней и она отшатнулась. Таким злым она не видела его ни разу. Лицо было багровым, глаза выпученными как у рыбы, вытянутой из воды.
— Немедленно верни деньги!
— Не верну, — нагло заявила она. — Дело принципа. Или мы поддерживаем детей одинаково, или никого. Третьего не дано, понятно?
— Да о какой поддержке ты говоришь? Твой драгоценный сыночка давно работает, а моя дочь в декретном. Ей скоро рожать, если что.
— То есть надо отдать квартиру Лере? Просто потому, что она твоя дочь? Мой драгоценный, как ты сказал, копит деньги на первый взнос и снимает со своей девушкой квартиру. Не ждет, пока ему кто-то в клювике что-то принесет. Я вор? Или ты, когда не посоветовавшись со мной, отдал ключи своей дочери?
Саша смотрел на нее, и в его взгляде впервые за двадцать лет промелькнуло что-то похожее на ненависть. Она поежилась, осознав, что как раньше уже не будет. Они оба переступили черту, и дальше их ждет неизвестно что. С этого дня все покатилось под откос.
Саша перестал с ней разговаривать, даже по бытовым вопросам. Она перестала готовить, стирать ему и внесла только строго свою половину коммуналки и ипотеки. Только вот она прекрасно понимала, что пока в выигрыше он. Ведь муж моментально забыл, что у них есть еще общий сын, который платно учится в другом городе. И есть хочет, и что-то на ноги натянуть. Все это приходилось оплачивать ей одной.
Казалось, все идет к вполне закономерному финалу. Только вот она еще надеялась, что что-то можно изменить. В тот день, быстро поужинав, она взяла книжку и легла в комнате почитать. Внезапно на кровать лег муж и, положив руки под голову, внезапно заявил:
— Знаешь, дело не в деньгах. Ты просто её не любишь. Всё дело в этом. Ты всегда мою дочь не терпела.
Оксана замерла. Отлично, то есть когда его дочь проводила все каникулы у них, она ее не любила? Все годы, покупая якобы от имени мужа ей подарки, она терпела? Когда возила в больницу бульоны, потому что бывшая жена Саши была в командировке, ненавидела?
— Знаешь что, родной, — устало сказала она. — Хватит натягивать сову на глобус. Тебе просто надо оправдание своим мерзким поступкам.
— Ты слышишь себя? Я должен отказаться из-за тебя от своей дочери? Я что, ей не отец и не могу ей помочь? Я буду помогать ей всегда! А ты или прекращаешь свои каждодневные истерики или… — он не договорил, но ей стало все понятно и без слов.
Оксана отложила книжку в сторону и посмотрела на мужа. Двадцать лет брака, общий сын. И этот ультиматум.
— Значит, так, — тихо сказала она. — Значит, у нас нет больше общего будущего. Есть только общая ипотека и общий ребёнок, которого мы с тобой общим решением отдали в институт на платное отделение. Я подаю на развод. Мы разделим имущество, ты заберёшь свою долю. И сможешь помогать Лере сколько душе угодно из своих личных средств.
Саша побледнел. Неужели он реально думал, что она уступит. А, ну да, потому что привык, что она всегда уступала. Сама виновата. Кто тянет, на том и едут. Стоило ли оно того? Двадцать лет жизни коту под хвост. А, ну да, зато дочери помог. Сейчас переехал к матери и, наверное, счастлив.
У нее не было ощущения победы. Была лишь чудовищная, всепоглощающая усталость и это странное ощущение, что она что-то упустила. Теперь ей придется жить без него, без его смеха на кухне по утрам, без его объятий и поцелуев. Больно? Очень. Зато она четко поняла, кто занимает в его жизни главное место. Со стороны могло бы показаться, что из-за такой ерунды развалилась крепкая семья. Но в том то и дело, что если люди умеют слушать и слышать другого, то ничто не разрушит их отношения.
Не забываем про подписку, которая нужна, чтобы не пропустить новые истории! Спасибо за ваши комментарии, лайки и репосты 💖
Еще интересные истории: