Мы привыкли, что в комиксах и мультиках время стоит на месте: герои вечные, лица гладкие, костюмы как новенькие. Максимум — “перезапуск”, но не старость. А ведь это самый честный спецэффект в мире: годы всё равно догонят каждого.
Художница Леся Гусева из Перми взяла и сделала то, о чём многие думали украдкой: нарисовала вселенную, где супергерои благополучно вышли на пенсию. Серия называется “Пенсионерия”, и она одновременно смешная, тёплая и немного щемящая — потому что слишком жизненная.
Женщина‑кошка, с которой всё началось
У любой большой серии есть маленький старт — не грандиозный план, а случайная искра. Здесь всё началось с творческого задания: придумать образ “кошки — старой девы”. Звучит странно, пока не появляется гениальное решение — сделать такой “кошкой” Женщину‑кошку, только не в привычном глянцевом варианте, а в возрасте.
И это сразу попадает в точку: знакомый персонаж остаётся собой, но к нему добавляется то, чего в супергеройских мирах почти не бывает — время. Морщинки, усталость, привычки, спокойствие. Не “конец”, а новая версия жизни.
Почему идея выстрелила с первого рисунка
После первой работы началась самая честная проверка на прочность: реакция людей. Когда зрители просят “нарисуй ещё”, это всегда знак, что тема болит — или греет. А здесь сработало и то, и другое.
Мы все, даже если не признаёмся, любим смотреть на легенд без брони. Потому что тогда становится легче: если даже супергерой может быть обычным человеком, значит, и наша обычность — не приговор, а нормальность.
Тор и скворечник: подвиг без эпика
Одна из самых милых фантазий в этой серии — Тор, который вместо молний делает скворечник для внука. Вроде смешно: бог грома и… молоток с гвоздями. А потом вдруг понимаешь, что в этом и есть настоящая сила.
Скворечник — это такой “тихий подвиг”. Без зрителей, без фанфар, без “спасённой планеты”. Просто забота. Просто “я рядом”. И от этого образ становится куда ближе, чем любые битвы на фоне апокалипсиса.
Человек‑паук и вязание: суперспособность быть дома
Ещё один отличный ход Леси — показать героя не в прыжке между небоскрёбами, а в бытовой сцене, где главное не скорость реакции, а терпение. Вязание рядом с любимым человеком — это же почти медитация, только со спицами и тёплым светом.
И тут смешное снова превращается в трогательное: в молодости герой спасает всех подряд, а в старости учится спасать собственный покой. И это, честно, задача сложнее любых суперзлодеев.
Микки Маус и юбилей: возраст как праздник, а не “ой”
В “Пенсионерии” есть редкое и очень приятное отношение к возрасту: без жалости и без “ну всё, пора списывать”. Например, праздник солидного юбилея — это не про “старый”, а про “дожил, прошёл путь, всё ещё улыбаюсь”.
Такие иллюстрации напоминают простую вещь: старость может быть не серой, если рядом есть люди, привычные радости и ощущение, что жизнь продолжается — просто в другом темпе.
Пенсионерия как отдельная вселенная
Леся делает хитро: она не просто “состаривает” персонажей, а переселяет их в свой мир, где пенсия — это не скучная точка, а новая глава. Там супергерои превращаются в очаровательных старичков, которые наконец могут жить без вечного “срочно, мир в опасности”.
И в этом есть тонкая ирония: мы привыкли видеть в героях вечный ресурс — бесконечную энергию, вечную молодость, вечную готовность спасать. А тут им дают право на нормальную человеческую жизнь. И оказывается, это им очень идёт.
Тёплая мысль напоследок
“Пенсионерия” цепляет не только шутками, а тем, что она про всех нас. Про то, что время идёт, роли меняются, и в этом нет катастрофы. Можно быть крутым и в костюме, и в домашнем халате. Можно быть важным не только на сцене, но и на кухне — когда завариваешь чай, слушаешь, обнимаешь, мастеришь.
Если вам нравятся такие подборки — подпишитесь, впереди будет ещё много необычных серий иллюстраций и историй про художников.
А в комментариях напишите: какого героя вы бы больше всего хотели увидеть в “пенсионной версии” — и чем, по‑вашему, он бы занимался на заслуженном отдыхе?