— У тебя постоянно что-то болит! То почки, то зубы, то сердце колет, то спина отваливается! Тебе нравиться страдать? Вечно на больничном, вечно тянешь из меня деньги. Когда ты закончишь стонать? Когда наконец-то станешь нормальным человеком?
Жар накатывал волнами, оставляя за собой липкую испарину и свинцовую слабость в мышцах. Ира резала лук и пыталась дышать ровно. Ничего страшного, сейчас доделает ужин и отдохнет. Тем более, она уже сбила температуру до 37.8. Не критично, бывало и хуже.
В последнее время она постоянно ловила себя на мысли, что ее организм пытается самовыпилиться. Казалось, у нее, как в старой машине, сыплется все. Сначала по вечерам стала появляться небольшая температура. Потом добавилась тупая, ноющая боль в пояснице. Ей некогда было бегать по врачам и сидеть в часовых очередях, поэтому она привычно махнула рукой. Но вот когда моча стала цвета крепкого чая, испугалась.
Пришлось сходить к врачу, сдать анализы. Диагноз: пиелонефрит. Ира покорно отправилась в аптеку закупаться таблетками. Температура ушла, боль отступила. На две недели она почувствовала себя человеком.
Потом, ровно через месяц, разболелся зуб. Не просто заныл, а болел так, что сводило всю челюсть. Пришлось идти к стоматологу. Лечение каналов, пломба, минус увесистая сумма. Только вот рано она радовалась. Про то, что оно существует, решило напомнить сердце. Точнее, странное, колющее ощущение под левой грудью. И снова она потопала в поликлинику. Кардиолог, платное УЗИ сердца, холтер. Вердикт: функциональная кардиалгия. Ещё одна пачка таблеток.
Кажется, ну что еще может заболеть? Нет, рано она радовалась, ведь потом её скрутило. В буквальном смысле. Утром, нагнувшись за упавшей со стола ложкой, она застыла в полусогнутом положении. Резкая, жгучая боль пронзила поясницу и отдала в ногу. Она не могла разогнуться, поэтому стояла так, держась за край стола, пока слёзы текли по лицу от бессилия и боли. Скорая помощь приехала быстро. Здравствуй, остеохондроз, больничный, уколы, мази.
Как ей этого не хотелось. Все больничные очень жестко били по ее зарплате. Деньги же были нужны как воздух, тем более сейчас, когда она стала в аптеке любимым клиентом. Теперь она в буквальном смысле поняла значение выражения «чтобы ты всю жизнь на одни таблетки работал».
После больничного она с облегчением вышла на работу. Спина еще иногда ныла, но она привыкла. И тут, чтобы ее окончательно добить, стал тянуть низ живота. Тянуще-ноющая, знакомая многим женщинам боль. Пришлось идти к гинекологу.
Врач после осмотра спокойно сделала назначения и спокойно произнесла:
— Обязательно на 3-5 день цикла пройдите УЗИ органов малого таза. Потом ко мне.
Выйдя от врача, Ира, нахмурившись, посмотрела на листок с назначениями. Какие-то свечи, таблетки. Она мысленно прикинула остаток на карте после сегодняшнего похода в гипермаркет. Там было ровно 327 рублей. Зарплату она получила неделю назад, и её уже не было. Она, как всегда, расплатилась за всё: за продукты, за кружки, за коммуналку, за новые кроссовки Максиму, которые он умудрился порвать за месяц. За что купить лекарство и сделать УЗИ?
Вечером, когда дети делали уроки, а Сергей смотрел телевизор в гостиной, она подошла к нему.
— Серёж,— начала она тихо. — Мне нужно сделать УЗИ и купить лекарство. У меня нет ни копейки денег. Может, дашь?
Муж медленно повернул голову. Его лицо, обычно отстранённое, стало медленно наливаться краской.
— Опять?
— Не опять,— попыталась объяснить Ира, чувствуя себя нищенкой на паперти. Она привыкла справляться всегда сама, не прося помощи. — Просто сильно живот тянет.
— Да сколько можно? Достала ты меня своими болячками, — муж резко выключил телевизор. Глаза его метали гром и молнии, он даже стал плеваться от ярости. — У тебя постоянно что-то болит! То почки, то зубы, то сердце колет, то спина отваливается! Тебе нравиться страдать? Вечно на больничном, вечно тянешь из меня деньги. Когда ты закончишь стонать? Когда наконец-то станешь нормальным человеком?
Он кричал на нее так, что из детской прибежали дети и замерли около двери с испуганными глазами. Ира отступила на шаг назад, закрыв их спиной.
— Я не специально, — прошептала она. — Я же болею.
— Все болеют, но не постоянно же, — продолжил орать как бешеный Дима. — Ты думаешь, почему у нас вечно нет денег? Я вкалываю как проклятый, а ты всё сливаешь на лекарство и врачей. Надоело! Надоело это нытьё, эти твои стоны, это вечное «ой, у меня болит»! Денег нет! Поняла? Нет, и не будет. Хочешь УЗИ или таблетки? Крутись сама, хочешь, почку продавай. Но у меня не клянчи.
Муж развернулся и вышел из комнаты, тяжело топая. Через секунду хлопнула входная дверь. Сергей ушёл, скорее всего, к другу, который жил рядом с ними. Как обычно, вместо нормального разговора обвинения и крики.
Она успокоила детей, потом пошла на кухню, поставила чайник и села за стол. Достала ручку и листик. Куда ушла её зарплата в 85 тысяч? Она стала записывать траты за этот месяц: 8 тысяч — кружки, 7 тысяч — коммуналка (свет, газ, вода, интернет), 2 тысячи — проезд, мелкие расходы на детей в школе, 4 тысячи — бытовая химия, 2,5 тысячи новые кроссовки сыну, 20 тысяч ипотека, 5 тысячи кредит за телевизор. Что еще? Правильно, закупка продуктов на 29 тысяч. Что еще, вспоминай. Точно, вернула долг матери 7,5 тысяч. Итого: 85. Всё, ни копейки про запас и на черный день. Вот он пришел. Надо купить лекарство и сделать УЗИ.
Наморщив лоб, она стала думать. Где деньги мужа? Его зарплата около 60 тысяч. Когда он последний раз что-то купил из продуктов? Он платит кредит за машину, заправляет ее. Стоп, но она добирается до работы сама, даже продукты покупает и приносит без его помощи. Куда уходят его деньги? И тут её осенило. Он постоянно ее попрекает деньгами, но по факту они живут же за ее зарплату. И дело даже не в УЗИ. Он не готов помочь ей даже купить таблетки. А если она, не дай бог, серьёзно заболеет? Если потребуется операция? Долгое лечение? Он просто откажется? Скажет «нет денег»? А дети? Кто будет за ними смотреть, пока она в больнице? Бабушка, её мама? А если что-то случится с ней? Кому будут нужны её дети? Только её матери. Он спокойно подкинет их в детдом, судя по всему.
Страх сменился чем-то другим, какой-то холодной, безжалостной яростью. Не на него, а на себя. За то, что позволила загнать себя в угол, где её здоровье, её безопасность, её жизнь стоят меньше пары тысяч.
Она позвонила матери и обрисовала ситуацию. Та без слов скинула ей пять тысяч. Когда Сергей вернулся поздно вечером домой от друга, у которого ночевал, она встретила его в прихожей. Сложив руки на груди, спокойно произнесла:
— Мне нужно поговорить с тобой. С сегодняшнего дня мы ведём бюджет по-другому. Коммуналка, ипотека пополам. Питайся как хочешь и где хочешь. Расходы на детей разделим, но предупреждаю, я буду подавать на алименты.
Сергей смотрел на неё сначала с недоумением, потом с нарастающим раздражением.
— Ты с чего взбесилась? Из-за вчерашнего? Остынь, не было у меня тогда денег. Хочешь, сейчас дам?
— Не надо,— холодно парировала она. — Как интересно, у тебя сразу же нашлись деньги.
Сергей внезапно рассмеялся:
— Попугала и хватит. Да ну тебя нафиг со своими бреднями. Начиталась каких-то женских форумов. Не надо денег, значит здорова.Ты только и делаешь, что болеешь. Устал я тебя тянуть на горбу, лучше дай спокойно позавтракать.
Он попытался пройти мимо нее на кухню. Она загородила проход:
— Ты меня услышал?
— Отстань, — он оттолкнул её плечом с такой силой, что она отшатнулась.
— Хорошо.Тогда завтра я подаю ещё и на развод.
Сергей не поверил. Думал, она просто его шантажирует. Даже когда она разделила полки в холодильнике и готовила только на себя и на детей, не воспринял всерьез. Но когда через две недели пришла повестка из суда, он все осознал. Начался ад. Он орал, угрожал, обвинял её в чёрной неблагодарности, в том, что она губит семью из-за денег. Потом пытался давить на жалость: «Как я один буду?». Потом предложил «вернуть как было». Она молчала, ей стало все равно.
Суд был быстрым, хотя Сергей кричал, что, раз у них двое детей, то их не разведут. Ему присудили алименты в размере 33%. Квартира была её, купленная ещё до брака в ипотеку с помощью ее родителей (первый взнос), так что делить было нечего. Он съехал. Сперва снял комнату, потом к матери.
Первые недели были самыми трудными в моральном плане. Как ни крути, она его любила, да и детей было жалко. Но в её жизни произошло удивительное событие.
Денег стало хватать, ведь она не покупала то, что любил муж, а только то, что любила она и дети. Она стала откладывать деньги на непредвиденные расходы. Нет, не для лечения уже случившихся болезней, а для профилактики. Но, самое главное, у неё появилось свободное время. Теперь, уложив детей, она могла лечь в девять вечера спать, принять ванну или просто почитать. Она стала чувствовать себя намного лучше, тем более, неожиданно болезни отступили. Все болезни из-за нервов? Возможно.
Понял ли что-то Сергей? Нет, он по-прежнему обвинял её в развале семьи. Да, она "лишила" детей отца, как твердила ей свекровь, но зато занялась собой. В конце концов, она в ответе не только за себя, но и за будущее детей.