Найти в Дзене
Андрей Бодхи

Псы улиц. Криминальная драма. (29)

Продолжение... 13 Я встретился с Софией, и мы пошли гулять. После двухдневной пьянки я остыл и мне так хотелось нежности, но София была холодна. Я думал, что это из-за того, что я не приходил два дня. Но не рассказывал ей ничего и ждал, когда она потеплеет. После прогулки мы зашли ко мне домой и я надеялся заняться с ней любовью, но она сослалась на головную боль. У неё было очень странное выражение лица, как будто она хотела о чем-то поговорить, но не решалась. Перед тем как отвести её домой, мы вышли на общий балкон в моём подъезде. С двенадцатого этажа открывался прекрасный вид на город. Был прохладный вечер, стрижи со свистом проносились перед нами. — София, знаешь, какие мои самые любимые птицы? — спросил я, когда мы стояли на балконе и я сзади обнимал её. — Какие? — спустя несколько секунд поинтересовалась она. — Стрижи. И знаешь почему? — Почему? — Потому что это самые свободные птицы в мире, — начал рассказывать я, — они никогда не садятся на землю. Они даже спят в небе. София

Продолжение...

13

Я встретился с Софией, и мы пошли гулять. После двухдневной пьянки я остыл и мне так хотелось нежности, но София была холодна. Я думал, что это из-за того, что я не приходил два дня. Но не рассказывал ей ничего и ждал, когда она потеплеет. После прогулки мы зашли ко мне домой и я надеялся заняться с ней любовью, но она сослалась на головную боль. У неё было очень странное выражение лица, как будто она хотела о чем-то поговорить, но не решалась.

Перед тем как отвести её домой, мы вышли на общий балкон в моём подъезде. С двенадцатого этажа открывался прекрасный вид на город. Был прохладный вечер, стрижи со свистом проносились перед нами.

— София, знаешь, какие мои самые любимые птицы? — спросил я, когда мы стояли на балконе и я сзади обнимал её.

— Какие? — спустя несколько секунд поинтересовалась она.

— Стрижи. И знаешь почему?

— Почему?

— Потому что это самые свободные птицы в мире, — начал рассказывать я, — они никогда не садятся на землю. Они даже спят в небе.

София молчала, и я продолжал:

— Я читал про них. Он делают гнёзда на скалах или на высотных домах только чтобы вырастить птенцов. И когда птенец подрастёт и вылетает из гнезда, то он больше никогда не касается земли. Они даже спят в небе, представляешь?

Я посмотрел на лицо Софии. Она смотрела вниз на город.

— Ночью они поднимаются высоко в небо, — продолжал я, — до трёх тысяч метров, и парят, меняя направление в зависимости от ветра. И они могут отключать одно полушарие. Как дельфины. Представляешь?

Я отпустил Софию, подошёл к перилам и посмотрел вниз. Затем развернулся к ней и продолжил свой рассказ:

— И если стриж упадёт на землю, он не сможет взлететь из-за длинных крыльев. Его нужно осторожно взять в руки и подбросить в небо.

Я сложил руки вместе, развернулся к улице и сделал руками жест, как будто подбрасывая стрижа.

— Если бы мне нужно было стать птицей — я бы стал стрижом.

При этих словах я облокотился об перила и посмотрел в небо, которое то и дело пересекали стремительные птицы. В предвечерней тишине их свист казался наиболее пронзительным и громким.

София тоже облокотилась на перила балкона и сказала:

— Но мы — не птицы, нам нужно жить на земле.

Я молчал. Я понимал, на что намекает София, и не хотел ничего говорить. Несколько минут мы простояли в молчании.

Наконец, не глядя на меня, она произнесла:

— Артём, давай возьмём паузу в отношениях.

От этих слов у меня всё похолодело внутри. Я с изумлением взглянул на неё. Она смотрела прямо перед собой, и в её взгляде я прочитал решительность. Я медленно достал сигарету и закурил:

— София, что это значит? — спросил я тихо. Голос не слушался меня. Я не чувствовал своего тела, оно как будто застыло. Я ощущал мёртвый холод в руках.

— Давай на две недели возьмем паузу и не будем видеться, — всё так же не глядя на меня, проговорила она.

— Что случилось, София? Отчего такое решение?

— Мы часто стали ссориться, нужно сделать паузу, — вновь повторила она и опустила голову.

В этот момент я понял — это конец. По её виду, по её отстраненности, по её решительному предложению я догадался: всё кончено. Предложение сделать паузу было лишь предлогом. Она всё решила сама. Или ей кто-то помог.

— Это тебя мама научила так сказать? — предположил я.

— Нет, мама тут не при чём, — тут же ответила она взволнованно.

— Тогда кто? Я не верю, что это ты придумала сама! — не унимался я.

— Никто, просто я так больше не могу! — опять очень волнуясь, с чувством сказала она.

— Что, что не можешь, София? — я подошёл к ней и попытался заглянуть ей в глаза. В её глазах стояли слёзы, она отвернула голову.

— Мне нужно идти домой, — сказала она и, вытирая слёзы, стала выходить в сторону лифта.

— Хорошо, — сказал я тихо и пошёл за нею следом.

Мы в полном молчании дошли до её дома. Я боялся даже слово произнести. Возле подъезда она остановилась.

— Дальше я сама.

Я взял её за руку:

— София, но так же нельзя.

— Пожалуйста, давай не будем видеться какое-то время, — попросила она, опять не глядя на меня.

— София, но я так не могу. Я же люблю тебя, — сказал я и сильно стиснул её руку, и попытался прижать её к себе.

— Не надо, пожалуйста, мне пора домой, — она вырвалась и забежала в подъезд.

— Я завтра приду к тебе, — крикнул я вслед и, постояв немного, побрёл домой.

Продолжение следует...

Криминальная драма Псы Улиц. Автор Андрей Бодхи. Полная версия доступна по ссылке.