- Никита Максимович, - оправдывался Илья, - вот в жалобе написано, что я специально скрепил рот покойника, потому что вытащил золотые коронки, которые не выдали родне после кремации.
- И вы этого не делали? - ехидно спросил завотделением.
- Не мог, - объяснил Илья. - У пациента была полностью вставная челюсть.
- Меня это не касается, - отмахнулся Никита Максимович. - Пора усвоить урок: любишь жалобы писать - будь готов и отвечать. Мог бы неплохо зарабатывать, а теперь пойдешь на улицу с записью о мародерстве. Боюсь, твой знаменитый дед от стыда бы умер, если б был жив.
- Даже не смейте его имя упоминать, - вспыхнул Илья. - Дед был настоящим врачом, вы ему в подметки не годитесь.
- У меня, между прочим, диплом, стаж, квалификация, - фыркнул заведующий. - А ты - мальчишка со справкой, которого к медицине больше и на пушечный выстрел не подпустят.
Илья покинул морг со скандалом. Никто разбираться не стал, его просто выкинули, запретив приближаться к отделению.
Тем не менее многие сочувствовали парню и по вечерам тайком пропускали его к Алле, которая все больше теряла силы и веру. Она все чаще говорила о завещании и о смерти. Только визиты Ильи на время вытаскивали ее из этого ада.
Семен вел себя так, будто жена уже обречена. В больнице появлялся почти ежедневно, но ненадолго. Каждый раз, глядя на Аллу, он невольно кривил губы, будто боялся от нее заразиться.
Илья пытался устроиться хотя бы в ветклинику, но всюду получал отказы. В итоге махнул рукой и пошел грузчиком на ближайшую овощебазу. Начальник, увидев непьющего работящего парня, вцепился в него обеими руками; записи в трудовой его не интересовали. Среди бывших заключенных и совсем опустившихся людей Илья выглядел агнцем среди волков.
У Аллы тоже произошли перемены. Она лежала в одноместной палате, но больница была переполнена, и к ней подселили соседку - молодую яркую Эллу, медленно угасавшую от рака крови. С разрешения врачей с ней постоянно находился четырехлетний сын Владик. Мальчик внес в скучную больничную рутину что-то живое и теплое.
Мама Владика была очень слаба, но хотела провести последние дни рядом с сыном. Все ее жалели и говорили, что она много натерпелась. Муж, работавший в геологической партии, пропал в тайге два года назад. Свою болезнь Элла считала наказанием за то, что когда-то отказалась принять дар от бабки-ведуньи, известной в районе.
Однажды ночью, когда Владик уснул, женщины шептались в полутьме. Элла была в полубреду, на сильных препаратах. Она схватила соседку за руку и зашептала:
- Сон видела... вещий. Мне недолго осталось.
- Не спеши, может, еще вылечат, - попыталась успокоить ее Алла.
- Нет, - покачала головой Элла. - А вот ты выкарабкаешься. Я знаю, найдется лечение. Только не здесь. Обещай, что не бросишь Владика. У тебя же нет своих детей... А мой сиротой останется. Алла, помоги. Дай уйти спокойно. Пообещай, что заберешь его.
- Ладно... обещаю, - ответила Алла, понимая, что выполнить клятву будет почти невозможно: она сама готовилась к смерти.
- Спасибо, - прошептала Элла. - Вот увидишь, все сбудется. Только сыну не говори, что я умерла. Пусть думает, что перевели в другое отделение. За ним из опеки придут, а ты потом забери.
Она крепко сжимала ладонь Аллы, пока пальцы не обмякли. Только тогда стало ясно, что Эллы больше нет. Умерла она тихо, с легким вздохом.
Алла с трудом поднялась, позвала ночных санитаров. Эллу увезли быстро. Часа через два проснулся Владик. Сел на кровати, испуганно огляделся и заплакал:
- Где мама?
- Ее перевели в другое отделение, - быстро ответила Алла, почти не солгав.
- Папа придет? Заберет меня? - не отставал ребенок. - Я его почти не помню.
- Не знаю, милый, - вздохнула Алла, взъерошив его светлые волосы. - Но если нет, я заберу тебя. Потом.
- Ты не обманешь? - мальчик смотрел в упор, будто пытался достать ее до самой души.
- Обещаю, - Алла поцеловала его в висок.
Владик забрался к ней на кровать и доверчиво обнял за шею. Через несколько часов его уводили сотрудники опеки - молодая женщина держала его за руку. Алла смотрела им вслед и понимала: теперь у нее есть причина бороться за жизнь. Она уже знала, что хоронить Эллу будет некому, и пообещала себе заняться этим, если встанет на ноги.
Но врачи продолжали лечить привычными методами и слушать об альтернативных вариантах не желали.
Тем временем Илья, который теперь приходил реже из-за тяжелой работы, вышел на одного из учениках своего деда. Тот, Денис Сергеевич, работал в другой клинике и как раз применял новейшую методику.
Узнав историю Аллы, он воодушевился:
- Конечно, Илья, если пациентка согласна, возьму. Это очень интересный случай.
- В той больнице они и слышать не хотят о новом, - вздохнул Илья.
- Если не получится добиться перевода, пусть выписывается под свою ответственность, - подсказал Денис. - Насильно ее держать права не имеют. А потом сразу ко мне. Место смогу держать месяц.
- Ого... - удивился Илья, привыкший, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. - А почему вы это делаете?
- В память о твоем деде, - усмехнулся врач. - Он когда-то поверил в меня, когда другие считали бездарем. С тех пор я уверен: каждый заслуживает шанс.
Окрыленный, Илья помчался в больницу. Алла тоже оживилась, будто слова Эллы начинают сбываться. Санитарки весь день обсуждали, какой сильной знахаркой была бабка Эллы, и шептались, что отказ принять "дар" и стал причиной болезни. Врачи над суевериями только усмехались, но Алла теперь готова была верить во что угодно.
На следующий день она подняла вопрос перевода с Ольгой Валерьевной. Та сразу вспыхнула и позвала главврача. Олег Михайлович явился недовольный, словно его оторвали от чего-то важного.
- Что за шум? - буркнул он.
- Пациентка требует перевода на какое-то экспериментальное лечение, - пожаловалась врач. - Наша терапия ее, видите ли, не устраивает.
- Какой метод, у какого врача? - поинтересовался главврач.
- У Дениса Сергеевича Изотова, - начала Алла, но ее перебили.
- И у кого вы наслушались этих сказок? - хмыкнул главврач. - Изотов молодец, не спорю, но метод новый, необкатанный. С чего вам захотелось стать подопытным кроликом, Алла Дмитриевна? Вы своим воскрешением уже доставили больнице достаточно хлопот. Нет, в переводе я отказываю. Не хватало потом обвинений в недостаточном лечении.
Он вышел, громко хлопнув дверью.
Алла поняла: по-хорошему ее не отпустят. Начальство явно боялось, что кого-то обвинят, а в случае успеха трансплантации предпочли бы приписать заслугу себе. С чего ему, в самом деле, отпускать громкую пациентку?
Тогда Алла решила прибегнуть к хитрости. Она позвонила мужу, зная, что у того есть какие-никакие связи в системе здравоохранения и широкие контакты через Киру.
- Семочка, - очень слабым голосом сказала она, - исполни мое последнее желание.
- Что случилось? - изобразил тревогу Семен.
- Я вижу... донора мне не найдут. Просто понимаю. Но есть одно экспериментальное лечение. Шансов мало, но я хочу попробовать. Метод новый, неизученный...
- И что от меня нужно? - оживился Семен, мгновенно догадавшись, что "эксперимент" может ускорить исполнение его мечты.
- Меня не отпускают, - прошептала Алла. - Может, напишешь жалобу? Нужен перевод в третью клиническую...
- Конечно, для тебя все что угодно, - радостно пообещал он.
Семен задействовал связи Киры, у которой знакомые водились во всех сферах. Через два дня недовольный главврач уже вынужден был подписывать перевод.
Аллу приняли в новом отделении. Поначалу лечение шло тяжело: препарат давал побочные эффекты, Семен радостно потирал руки, вновь примеряя на себя образ безутешного вдовца. Но вскоре все резко изменилось: терапия начала действовать. Состояние стабилизировалось, показатели крови улучшались.
Однажды Семен приехал в больницу и, выйдя во двор, увидел свою жену, прогуливающуюся под руку с Ильей - тем самым санитаром из морга.
- Это еще что такое? - налетел он на них. - Ты же вчера говорила, что встать не можешь!
- А сегодня уже могу, - радостно ответила Алла. - Чудо. Я просто тренировалась, как врачи сказали. Надо выносливость повышать.
- Да уж, замечательно, - сквозь зубы процедил Семен. - А этот мальчишка у тебя кто теперь, нянька?
- Илья мне очень помог, - улыбнулась Алла. - Он настоящий самородок. Сегодня даже телевидение приезжало, репортаж снимали. Мой случай может дать надежду многим людям. Ты рад?
- Невероятно рад, - рявкнул Семен, вспугнув стаю голубей. - Только тебе вообще можно столько гулять?
- Можно, - спокойно сказала она. - Так и сказал врач.
- Ай, понятно. Завтра зайду, - стиснул кулаки Семен и поспешил к выходу. Свобода, необходимая для брака с Кирой, была так близко, и вдруг жена, словно в насмешку, решила выжить.
Подобное бешенство он испытывал разве что тогда, когда узнал о пункте в завещании отца. Макар Демедович словно посмеялся над ним из могилы. Теперь воскресшая жена вставала между ним и богатством. А ведь Семен был уверен, что все просчитал: читал справочники, раздобыл лекарство, рассчитывал дозу. Помнил, как капли ложились в чай, образуя маслянистую пленку. Немного промахнулся, но почти освободился. Почти. И только случайность сорвала план.
Надо было что-то придумывать. Для начала - убрать от Аллы Илью, который "прилип как банный лист".
Вспомнив о телерепортаже, Семен нашел его в интернете. В сюжете рассказывалось про талантливого парня, который, после тяжелой травмы пациентов, а позже и сам, работает простым грузчиком на овощебазе, мечтая о медицине. История трогала до слез. Мозг Семена заработал в ином направлении.
Он сел в машину и поехал на эту базу. На дворе компания сомнительных типов разливала по грязным стаканам мутную жидкость.
- Илью не подскажете? - спросил Семен.
- А, звезда наша! - хохотнул один. - А тебе он зачем, малохольный этот?
- Да мне как раз он не нужен, - усмехнулся Семен. - Но если с ним что-нибудь случится... например, ящики его придавят насмерть... Плачу пятьдесят тысяч.
- О-о... И где тебя потом искать? - оживился один из мужиков.
- Сам приеду, как только узнаю, - ответил Семен. - Аванс нужен?
- Для стимулирования мозга - желательно, - ухмыльнулся тот.
- Десятки хватит. Больше он не стоит, - брезгливо поморщился Семен. - Вот телефон, позвоните, когда дело сделаете.
Он продиктовал номер и вскоре уехал. Илья, разумеется, о сделке и не подозревал.
Утром он как обычно пришел на работу и увидел в одном из складов странную конструкцию из ящиков. Начал разбирать, ворча на пьяных "затейников". Только стащил с верхнего ряда тяжелый ящик, как вся пирамида зашаталась и с грохотом рухнула. Через секунду Илья оказался под грудой досок и овощей.
Помочь было некому. Нашел его только через шесть часов приехавший на базу начальник Ахмед. Он вызвал скорую. Илья был жив, но тяжело травмирован.
К счастью, его отвезли в ту самую больницу, где лежала Алла. При нем не нашли ни денег, ни телефона, ни документов - все забрали "доброжелатели". Полиция потом поймет, зачем.
- Что со мной? - спросил Илья, весь загипсованный, когда Алла, опираясь на трость, пришла к нему в палату.
- Не помнишь? - спросила она. - У тебя перелом позвоночника.
- Я буду ходить? - с надеждой посмотрел он.
- Я не врач, - Алла отвернулась. - Они пока прогнозов не дают.
- Почему все валится именно на меня? - сорвался Илья. - Ненавижу всех. Не хочу просыпаться и понимать, что останусь беспомощным инвалидом.
- Перестань, - тихо сказала она. - Ты же мне не дал отчаяться, когда все были против. Я тоже буду рядом. Обещаю.
- У тебя же муж, - хмуро заметил Илья.
- Я подам на развод, - просто ответила Алла. - Давно надо было. А ты выздоровеешь. И даже если не полностью, голова-то у тебя работает. Зато появится усидчивость.
- Очень смешно, - невольно улыбнулся он. - Ладно... Может, и поборемся. А меня случайно завалило? На складе никого не было.
- Там сейчас полиция, - сказала Алла. - Начальник такой шум поднял, кричит, что надо расследовать: боится компенсацию платить за травму.
Ахмед действительно паниковал. Он всегда оформлял сотрудников официально, исправно платил налоги, оплачивал медкнижки и не собирался рисковать бизнесом из-за чьей-то глупости. Когда полиция забрала записи с камер, он позвал к себе самого слабого звена в бригаде - грузчика Юру, который был перед ним в долгу.
Следующая часть рассказа: