Всё началось с ошибки программного обеспечения Яндекса. Он мне на запрос типа пейзажи, выполненные компьютерной графикой, среди других выдал такой пейзаж.
И я не смог смириться с Алисой и ИИ Гугла, что, несмотря на подозрения в использовании компьютера, этот художник им не пользуется.
Тогда я решил, что он - некая аномалия человеческая. Наподобие когда-то виденной мною в каком-то, забыл название, Ереванском музее. Забыл что, но было изображено что-то на рисовое зерне. Видно было - через микроскоп. Исполнялось - тоже, глядя в микроскоп человеческими пальцами.
В определении произведения искусства, какое я отобрал из всех, мне известных, для себя, значится, что оно - экстраординарность. И сразу стало ясно, что я ошибочное определение выбрал. Экстраординарность должна быть как-то связана с главной функцией искусства. Ту я взял у Атанаса Натева: непосредственное и непринуждённое испытание сокровенного мироотношения человека. Функция похожая есть только у двух явлений: у личного примера, и у неприкладного искусства. (Правды ради, о непиркладном у Натева не было словами, но был дух.) Но личный пример - это жизнь. Она воздействует тоже непосредственно, но принуждающе. Выходит за границу условности, которая нужна для исполнения функции испытания сокровенного.
Толстой (ошибаясь) напирал, что искусство - та часть прикладного искусства, которая обладает заразительностью чувства какого-нибудь знаемого, вообще-то.
Ну и есть чувства, вообще-то незнаемые. Медитация, например. Буддизм ею пользуется.
Так, набредя на него в перечислении, я усомнился в своём намерении Николаса Джолли от вообще искусства отвратить.
Ну есть, мол, северное сияние, которого я не видел, оно не знаемое вообще-то, а опупеваешь, верю.
Ну, мало ли от чего опупеваешь. От изображения на рисовом зерне тоже опупеваешь в принципе. (Я лично не опупел, потому что туристская поверхностность впечатлений вообще всё нивелировала в молодом человеке.) Я автора шедевра как бы вывел из числа людей, и мне этого хватило.
И я забросал ИИ Гугла вопросами. И на последний вопрос получил, как я думал, - это отражено в названии, которое я не хочу менять, - такой же намёк на выведение Джолли вон из числа людей.
- Замечено ли, что в отличие от Ван Гога Николас Джолли выывает подозрение в человечности его техники.
- Несмотря на визуальное сходство с динамичными мазками Ван Гога, в отношении техники Николаса Джоли в арт-сообществе действительно возникают дискуссии, но они носят скорее концептуальный, чем обвинительный характер.
Ключевые отличия, которые могут вызвать ощущение «нечеловеческой» точности или механистичности:
1. Математическая системность vs Экспрессия:
1) У Ван Гога мазок — это порыв, часто хаотичный и продиктованный сиюминутной эмоцией. В его линиях видна «дрожь руки», отражающая психологическое состояние.
2)У Джоли линии образуют строгую систему, имитирующую биологический паттерн (отпечаток пальца). Эта скрупулезность иногда воспринимается как слишком дисциплинированная или «программная», так как она требует почти сверхчеловеческого терпения и контроля над рукой, что в эпоху цифровых технологий подсознательно ассоциируется с алгоритмами.
2. Деперсонализация (Анонимность):
1) Стиль Джоли часто называют «Beauty in Obscurity» (Красота в безвестности). Он намеренно стирает индивидуальные черты лиц, превращая людей в анонимные фигуры, состоящие из паттернов. Если Ван Гог через искажение черт усиливал личность персонажа, то Джоли через унификацию линий сводит человека к биологическому коду, что может считываться как более холодный, «отстраненный» подход.
3. Вопрос «цифрового подозрения»:
1) В современном контексте 2025 года любая чрезмерно регулярная и детализированная ручная работа неизбежно сталкивается с сомнением: «Не сделал ли это ИИ или фильтр?». Поскольку папиллярный узор — это геометрически сложная структура, зрители чаще подозревают Джоли в использовании вспомогательного ПО, чем Ван Гога, чья пастозная техника (импасто) физически ощутима как слой краски.
Итог: Критики не называют технику Джоли «бездушной» в негативном смысле, но признают её медитативной и аналитической. Если Ван Гог — это «крик», то Джоли — это «пульс» (the throbbing pulse of metropolis), который по своей природе более ритмичен и механистичен, чем человеческий голос.
Подлость во мне ухватилась за слова «более механистичен». Что ПЛОХО.
Но!
Трезвый перебор понятий об искусстве привёл меня к медитации. И только тут поднялось моё подсознательное и вернуло меня к «медитативной». К ИИ Гугла!
Искусствоведы не любят видеть разочарования художников.
А жизнь такова, что ВСЕГДА даёт повод к крайнему разочарованию. С христианства начиная (всё-таки религия спасения) сами художники тоже не впадали в крайнее разочарование, как теперешние плохие искусствоведы и в ультраразочаровавшихся видят лишь позитив.
Но с грани 19 и 20 столетий ультраразочарование (резким натурокорёжением) заставило одного другого хорошего искусствоведа НЕГАТИВ всё же увидеть и признать.
Я же – настаиваю на его домнировании с тех пор.
И буддизм считаю великим моральным негативом. Ему весь мир гори огнём, лишь бы из него улететь способом медитации. За то, что мир очень уж плох.
А многие и его пудрят во что-то доброе.
Что потрясло Джолли мы с этими плохими искусствоведами не узнаем. Но что-то ПОТРЯСЛО, раз он от этого стал способен на ТАКУЮ архитрудную технику какого-то сумасшедшего, а не обычного человека.
28 декабря 2025 г.