Татьяна стояла у окна и смотрела, как во дворе дворник сметает последние желтые листья. Ноябрь в этом году выдался холодным, и уже неделю обещали первый снег.
За спиной раздался голос мужа:
– Таня, мне на работу пора. Ты обед не забудь приготовить, я в пять буду.
Она обернулась и посмотрела на Бориса. Крупный мужчина лет пятидесяти пяти, с начинающимся брюшком, которое он старательно втягивал, когда на него кто-то смотрел. Сейчас он застегивал куртку и искал ключи от машины.
– Боря, нам надо поговорить, – сказала Татьяна.
– Потом поговорим, я опаздываю.
– Сейчас. Это важно.
Муж недовольно вздохнул и бросил ключи на тумбочку:
– Ну, говори быстро.
– Я хочу развестись.
Борис застыл на месте. Потом медленно повернулся к жене:
– Ты что, совсем того? Тебе пятьдесят два года. Куда ты пойдешь? У нас с тобой сын, дом полная чаша, никаких проблем. И вдруг – развод. Шутишь? Мне некогда, пока, займись делом.
– Сын уже вырос, Боря. Ему двадцать четыре года, у него своя семья, живет в Петербурге. А дом полная чаша – это благодаря мне. Я здесь и повар, и уборщица, и прачка. Ты даже носки за собой не можешь в корзину положить.
– Так ты же не работаешь! – возмутился Борис. – Я тебя содержу вот уже тридцать лет. Естественно, ты по хозяйству должна все делать.
– Двадцать пять лет, – поправила Татьяна. – Первые пять лет мы оба работали. Потом родился Женька, и ты настоял, чтобы я сидела с ним дома. Сказал, что тебе нужна жена-хозяйка, а не карьеристка.
– Ну и что? Я разве плохо зарабатываю? У тебя есть деньги на еду, на одежду. Квартира трехкомнатная в центре. Ты же сама никогда не жаловалась!
– Я не жалуюсь и сейчас. Просто я хочу развестись. Мне надоело быть прислугой.
Борис помолчал, потом спросил:
– Так выйди на работу, что мешает? Или...Там... другой кто-то есть?
– Нет. Просто я устала.
– Таня, ну не дури. Нам уже за пятьдесят. Какой развод? Давай забудем об этом разговоре, и все будет как раньше.
– Нет, не будет, – твердо сказала Татьяна. – Я уже решила.
Через два месяца они развелись. Борис до последнего не верил, что жена серьезно. Думал, что она передумает, испугается неизвестности. Но Татьяна была непреклонна.
Когда дело дошло до раздела имущества, начались настоящие баталии.
– Квартира будет моя, – заявил Борис. – Я на нее все деньги заработал.
– Квартира совместно нажитое имущество, – спокойно ответила Татьяна. – Значит, делится пополам.
– Ты с ума сошла! Ты тридцать лет дома сидела, ни копейки не заработала, и теперь претендуешь на мою квартиру?
– Я тридцать лет вела домашнее хозяйство, растила сына, готовила, убирала, стирала. По закону это приравнивается к трудовой деятельности. И квартира куплена в браке, значит – общая.
Борис пытался спорить, нанял адвоката. Но адвокат только развел руками:
– Закон на ее стороне. Придется делить.
– Ну хорошо, – наконец согласился Борис. – Давай так: я выплачу тебе твою половину деньгами, а квартира останется мне.
– Нет, – сказала Татьяна. – Я хочу продать квартиру и разделить деньги поровну.
– Зачем? Я же сказал, что выплачу тебе!
– Потому что ты выплатишь мне столько, сколько сам посчитаешь нужным. А я хочу честного раздела. Продаем квартиру, делим деньги ровно пополам, и каждый живет дальше своей жизнью.
Борис понял, что спорить бесполезно. Квартиру продали. За трехкомнатную в центре выручили приличную сумму. Каждому досталось по семь миллионов.
Татьяна сняла однокомнатную квартиру на окраине. Деньги положила в банк под проценты, оставила про запас.
Первые недели были странными. Она не привыкла жить одна. Утром никого не нужно было кормить завтpaком, днем – готовить обед. Вечером никто не требовал ужина и не бросал грязную одежду на пол.
Она начала много гулять. Ходила по музеям, в театры. Записалась на курсы английского языка – всегда хотела выучить, но времени никогда не было.
На курсах познакомилась с Ириной. Женщине было лет пятьдесят пять, она недавно вышла на пенсию и решила заняться тем, на что раньше не хватало времени.
– А вы работаете? – спросила как-то Ирина за чашкой кофе после занятий.
– Нет. То есть я раньше работала, очень давно. Потом сын родился, муж настоял, чтобы я была домохозяйкой.
– И как, не скучно?
– Было некогда скучать. Дом, готовка, уборка – это же каждый день. А потом мы развелись, и вот теперь у меня появилось время на себя.
– А я тридцать лет в бухгалтерии проработала, – рассказала Ирина. – Вышла на пенсию и поняла, что жизнь прошла мимо. Вот теперь наверстываю.
Они подружились. Ирина познакомила Татьяну со своей компанией – такими же активными женщинами за пятьдесят. Они вместе ходили в бассейн, устраивали вылазки на природу, ездили на экскурсии в соседние города.
Татьяна словно заново родилась. Она поняла, что за тридцать лет брака совершенно забыла, кто она такая и чего хочет от жизни.
Однажды зимним вечером, когда Татьяна возвращалась с курсов, ей позвонил сын.
– Мам, я на неделю в Москву приехал, по работе. Давай завтра встретимся?
– Конечно, Женечка! Приезжай ко мне, я обед приготовлю.
– Мам, можно я с папой приду? Он просил, чтобы мы втроем встретились.
Татьяна помолчала. С Борисом она виделась только один раз после развода, когда забирала последние вещи из квартиры.
– Хорошо, приезжайте.
На следующий день она накрыла стол. Приготовила любимые блюда сына – борщ с пампушками, картошку с грибами, наполеон на десерт.
Сын приехал первым. Обнял мать, прошел в комнату:
– Ничего себе у тебя тут! Уютно как! Прямо как в студенческом общежитии, только чище.
– Мне одной много и не надо, – улыбнулась Татьяна.
Через полчаса приехал Борис. Он выглядел осунувшимся, постаревшим. За столом он в основном молчал, только изредка вставлял какие-то реплики в разговор с сыном.
Когда Женя вышел покурить на балкон, Борис вдруг спросил:
– Таня, а ты не пожалела, что развелась?
– Нет, – честно ответила она. – А ты?
– Я... не знаю. Мне тяжело одному. Квартиру я новую купил, двухкомнатную. Думал, разгуляюсь, свободным буду. А оказалось, что после работы приходишь домой – и там пусто. Холодильник пустой, обедать негде. В столовой питаюсь, как студент. Белье некому постирать – хожу, в прачечную ношу.
– Боря, стиральная машина давно изобретена. И готовить можно научиться – это несложно.
– Да понимаю я. Но не привык. Мне всегда казалось, что это не мужское дело. А теперь думаю – может, зря я тебя так... эксплуатировал все эти годы.
Татьяна посмотрела на бывшего мужа. Ей стало его немного жаль. Но возвращаться к прежней жизни она не хотела ни за что.
– Боря, тебе пятьдесят пять. Ты можешь научиться жить по-другому. Не искать прислугу в лице жены, а стать самостоятельным человеком. Или найти женщину, с которой вы будете друг друга уважать и помогать друг другу. А не так, что один работает, а второй обслуживает.
– Ты счастлива сейчас? – неожиданно спросил он.
Татьяна задумалась:
– Знаешь, да. Впервые за много лет я чувствую себя человеком. Не функцией – женой, матерью, домработницей. А именно человеком, со своими желаниями, интересами, жизнью. И это прекрасное чувство.
Борис кивнул и отвернулся. Кажется, он понял.
Вечером, когда гости ушли, Татьяна села у окна. За окном падал снег. Она подумала о том, что прожила тридцать лет в браке, и только сейчас, в пятьдесят два года, начала жить по-настоящему. Половина жизни позади. Но впереди еще есть вторая половина. И эту половину она проживет для себя. И даже найдет работу по душе.
