По замку без гида.
Экскурсия по Гольшанскому замку, которую нам, к сожалению, не смогли провести из-за отгула, взятого единственным штатным экскурсоводом музея как раз в день нашего приезда, подразумевает осмотр остатков северо-западного корпуса и посещение музейной экспозиции, размещённой на четырёх этажах Северной башни.
Что представляют собой руины корпуса можно посмотреть в первой части моего повествования.
Передвижение по разным уровням здания происходит по металлическим лестницам и горизонтальным площадкам, и только в объёме подвала можно побродить по настоящим каменным плитам, я надеюсь - историческим.
По развалинам бродить, конечно, интересно, но без гида этот процесс быстро надоедает, так что пора бы уже и в башню заглянуть.
Первый уровень Северной башни.
На первом этаже башни представлены вещи, обнаруженные во время археологических исследований замка и его окрестностей: предметы быта, посуда, кирпичи, плитка пола.
Пол в помещении выложен изготовленной реставраторами терракотовой плиткой звёздно- и крестообразной формы, создающей интересный орнамент. Восстанавливалась она по найденным во время раскопок образцам, которые здесь тоже представлены.
Ещё один интересный экспонат — большемерный кирпич-пальчатка. При изготовлении такого кирпича рабочий проводил пальцами по ещё сырому изделию, по верхней его стороне, на которой вследствие такого действия образовывались неглубокие продольные борозды. Делалось это для лучшего сцепления с кладочным раствором.
Для просушивания перед обжигом кирпичи раскладывались на открытом воздухе, видимо как раз в ходе этого процесса на один из них, ещё неокрепший, наступило какое-то животное.
А ещё на первом этаже представлены печные изразцы, с изображениями шляхетских гербов, и один из них меня очень даже заинтересовал.
С первым, красного цвета, всё понятно: в центре изразцов изображён герб рода Сапег — «Лис», буквы P и S в верхних углах — это инициалы владельца замка (PS — Павел Сапега), РWХL — должность (подканцлер Великого Княжества Литовского) и дата изготовления — 1627 год.
А второй, белый, заставил покопаться в интернете. Подозреваю, что EW в верхней строке обозначает Эльжбета Вэселен, вторая жена Павла Стефана (его инициалы идут ниже, вторым рядом), умершая в 1615 году, так что 1614-й, указанный на изразце, подходит по времени. Вот только как называется герб и что на нём изображено, этой информации я так нигде и не нашёл.
Что характерно, в названии должности Павла Сапеги вместо буквы Р стоит К, что, если я правильно разобрался, означает koniuszy (конюший), коим он и был в период с 1593 по 1623 годы.
Ну и ещё несколько фотографий с первого этажа.
Второй уровень Северной башни.
Второй этаж занимает жилое помещение с камином.
Здесь мы опять видим пол из терракотовой плитки, но, в отличие от этажа первого, в этом нам представлен участок аутентичного покрытия, причём никто не запрещает на него наступать.
Доминантой в помещении выступает камин, вернее, его гипотетическая реконструкция, позволяющая представить, как бы он мог выглядеть во времена Сапег.
Над каминной полкой — снова герб «Лис» и инициалы владельца.
А на самой каминной полке — геральдический девиз ещё одного представителя рода, Адама Стефана Сапеги (1867–1951 гг.): CRUX MIHI FOEDERIS ARCUS (мой крест — мой завет потомкам).
Роспись на потолке представляет собой частично аутентичную живопись, частично — реконструкцию, выполненную на основе оригинальной.
Также нас здесь встречает два манекена, мужской и женский, в костюмах эпохи средневековья.
И бронзовые бюсты знаменитых представителей двух родов, Сапег и Гольшанских, это сам Павел Стефан Сапега, при котором деревянный замок был перестроен в каменный, и Софья Гольшанская, королева Польши с февраля 1422 по июнь 1434 года.
Вообще-то с Гольшанами Софью объединяет разве что принадлежность к княжескому роду основателей замка, но земляки, я так понимаю, просто не могли обойти стороной тот факт, что корни четвёртой и последней жены польского короля Владислава II Ягайло происходят именно отсюда.
Третий уровень Северной башни.
На третьем этаже экспозиция посвящена Сапегам.
Здесь внимание привлекает макет фрагмента замка в разрезе, где, опять же, гипотетически представлено, как могли выглядеть помещения в период расцвета рода Сапег.
Под сводом потолка, на стеклянных табличках можно увидеть изображения замка в XIX – начале ХХ веков, созданные современниками на картинах и гравюрах. Имеется там и рисунок Наполеона Орды, сделанный им в 1876 году. Немножко об этом рисунке я рассказывал здесь.
Из окон третьего этажа открывается красивый вид на Гольшаны и на пруд, который сейчас, если я правильно понял, тоже находится в стадии реконструкции.
В галерее из трёх портретов можно поближе рассмотреть бывших владельцев замка: Павла Стефана, Томаша и Яна Фредерика Сапег.
Хотя, как мне кажется, присутствие здесь портрета Яна Фредерика весьма сомнительно.
Появился на свет он в 1680 году, а к этому времени Гольшаны, скорее всего, уже поменяли владельца. В любом случае и родился Ян вдали от этих мест, и похоронен тоже довольно далеко, в отличие от Павла Стефана и Томаша, которые нашли последнее пристанище во францисканском костёле в Гольшанах.
Тут бы опять пригодились комментарии экскурсовода, но нам пришлось, как уже говорилось выше, довольствоваться самостоятельным осмотром экспозиции.
Подземелье башни.
Подвал или подземелье башни в своём рассказе я приберёг на финал.
Вообще-то там смотреть практически нечего, кроме двух полуманекенов на стенах, да какой-то инсталляции в полу под стеклом, поэтому пришлось позже обратиться к интернет-источникам.
Как оказалось, при проведении каких-то работ в середине XIX века в одной из ниш рабочие обнаружили человеческие останки в средневековых доспехах. Всё, что смогли собрать, захоронили по христианскому обряду, однако перчатки, которые свалились на землю, так в замке и остались. Именно их и можно теперь увидеть в подвальном помещении башни, рядом с поржавевшей саблей и монетами середины XVII века.
Что ж до манекенов, то тут придётся окунуться в мистику!
Легенда о Белой Пани.
Вообще-то эта история больше о монастыре францисканцев, но есть некоторые моменты, которые дают право и замку претендовать на сопричастность.
Общий смысл легенды таков: во время строительства монастыря одна из стен постоянно давала трещину и разрушалась, были серьёзные опасения, что в срок, поставленный заказчиком, которым был Павел Стефан Сапега, не уложиться, и кому-то пришла в голову идея, что надо принести в жертву первую женщину, которая придёт к строящемуся зданию. Первой оказалась молодая жена одного из каменщиков, её и замуровали живьём в стену.
Вообще, довольно странно, язычество вроде бы уже давно осталось в прошлом, человеческие жертвы — тоже, да и строился не какой-нибудь там кабак, а христианский монастырь с костелом. Опять же, каменщик что, не захотел вступиться за жену? Ну, допустим, его тоже убили, но тогда где останки?
Но вот что интересно: то ли в конце девяностых, то ли в начале двухтысячных, под стеной монастырского подвала во время раскопок действительно обнаружили женский скелет, так что, возможно, история эта появилась не на пустом месте.
Но монастырь монастырём, а каким же боком сюда относится замок?
А вот каким. Летом двухтысячного года в одной из башен замка была обнаружена ниша, заложенная кирпичом более позднего периода. При вскрытии этого участка был обнаружен полуистлевший труп девушки, по заключению экспертизы, сначала умершей насильственной смертью, и только после этого уже замурованной в стену.
В общем, легенда имеет два ответвления, и Белая Пани, согласно им, по ночам прогуливается то ли в стенах монастыря, то ли в развалинах замка и стонет, а встреченные ею мужчины на некоторое время теряют возможность ориентироваться в пространстве.
Легенда о Чёрном Монахе.
С противоположной стены на нас смотрит Чёрный Монах, сложенные в молитве ладони, наверное, должны нам это лишний раз, по задумке работников музея, подчеркнуть.
В легенде, которую, кстати, вплёл в канву романа «Чёрный замок Ольшанский» белорусский писатель Владимир Короткевич, рассказывается, как молодая княгиня Анна-Гордислава Ольшанская полюбила простолюдина Гремислава Валюжинича, а на свидания к ней он, чтоб не вызывать подозрений князя Витовта, приходил в одеянии монаха. Ну а дальше понятно — князь узнал, разгневался, любовников, пытавшихся сбежать, поймали и где-то в подземельях замка заживо замуровали.
И у этой истории имеется второй вариант, согласно которому Анна-Гордислава была не женой, а дочерью Витовта, и замурован в итоге был только её возлюбленный. А финал обычный - бродит теперь неприкаянная душа Чёрного Монаха по замку, наводит ужас на случайных прохожих.
В итоге я так и не понял, кто из призраков обитает в монастыре, а кто — в замке, и тут нам опять не хватило рассказа экскурсовода.
Кстати, те, кто желает хоть в малой мере ощутить эффект нахождения в замкнутом пространстве, могут подняться по лестнице, спиралью идущей внутри одной из стен Северной башни.
Правда, ни в какие тайные комнаты эта лестница не ведёт, спустя некоторое время вы просто окажетесь перед дверью, ведущей из подвала наружу, к внешнему фасаду северо-восточного корпуса замка, вот только выйти из неё не получится, дверь заперта на замок.
И, между прочим, есть ещё одна легенда — о старой мельнице, но её я приберегу для третьей части моего повествования о Гольшанах.