В 1970-м мне исполнился один год, и меня, как и миллионы советских детей того времени, отправили в ясли. Моё сопротивление на тот момент в силу возраста было минимальным. Но когда дело дошло до детского сада, я попыталась сопротивляться в полную силу. Не хотела я ходить в детский сад. Совсем не хотела. Как мы помним, советские родители не были мягкотелыми существами, да и выбора у них особо не было. Поэтому пришлось смириться и принять детсад как данность.
Я была девочкой относительно спокойной и уравновешенной, а моя подруга Юлька заводной и неугомонной, но почему-то именно я попадала в разные истории. Если бы я тогда вела дневник, то одна из записей выглядела бы так.
7 июня 1974 года.
Мне уже почти пять и в садик я хожу сама. До него всего сто метров. Нет, конечно, зимой меня отводит мама или бабушка, но, как только потеплеет, то сама. Маме и так ещё до остановки двадцать минут идти в другую сторону. А я уже совсем самостоятельная.
В раздевалке поменяла обувь, подтянула гольфы и вперёд. Юлька уже ждёт меня в группе.
Завтрак. Сегодня рис с сухофруктами. В нашем случае с изюмом. Это моё любимое. Изюминки огромные, разварившиеся и вкууусные, почти настоящий виноград. Доела и добавки попросила. А ведь могли и кашу манную подсунуть на завтрак. Это фууу.
Сходили на музыкальные занятия. Попели хором под аккомпанемент музыкального работника. Сами помузыкалили бубнами (прекрасный инструмент для детского уха и музыка на нём всегда хорошо получается, жаль, что взрослые этого не понимают). Поводили хоровод и отправились в группу.
Прогулка. Садик наш деревянный, одноэтажный. На входе широкая лестница и перила. Перила из красивых резных столбиков (балясин, если по-умному). В середине они расширяются, потом опять сужаются.
Пока все собираются на крыльце, чтобы организованно выйти, я заинтересовываюсь кустиками, которые растут за перилами. Приглядываюсь, приглядываюсь, и раз голова проскальзывает между балясин. Обратно почему-то она возвращаться не хочет. Стою, делаю вид, что с большим интересом разглядываю что-то и не оставляю попыток голову вытащить. Юлька стоит рядом и делает вид, что всё хорошо, а сама тихонько тянет мою головушку пытаясь извлечь из ловушки. Я так хорошо маскировалась (вдруг наругают), что Тамара Ивановна не сразу заметила, какой со мной конфуз приключился. А когда заметила и пришла меня спасать, то я начала рыдать во всю мощь. Чего теперь-то скрывать свои эмоции, думала ведь, что ситуация безнадёжная. Тамара Ивановна твёрдой рукой вернула голову в то место, где она успешно прошла между балясин и спасла меня из плена.
После стресса надо спокойно посидеть. Пошли с Юлькой в беседку. Она принесла деревянные кирпичи и «букет» сахарков (цветочки такие розовенькие). Сначала мы съели по несколько цветочков. Вкуснота! Оставшиеся положили на один кирпич и вторым на славу отбили. Получилась «невероятной красоты» картина.
Дневной сон. Этот дневной сон придумал какой-то изверг. Бедные дети должны целых два часа лежать тихо и делать вид, что спят. Некоторым, правда, и не приходилось делать вид, они на самом деле спали крепким здоровым сном. Но я «тихий час» люто ненавидела. Благо Юлькина кровать стояла рядом и можно было накрыться одеялом и в дырочку незаметно переговариваться. Пока собеседник не уснёт :)
Полдник. Стакан кипячёного молока с пенками и ватрушка. Трудно себе представить большую гадость, чем молочные пенки. Ватрушку так уж и быть съем, но пить кипячёное молоко увольте.
На ужин поели творожную запеканку и пошли играть в «тихие игры». Скоро домой. Мама доведёт меня до дома, а там уже кто-нибудь из друзей, кого пораньше забирают, ждёт, чтобы вместе погулять.
А вам, что больше всего запомнилось из детсадовского детства?