С другой стороны, я недавно видел по телевизору какой-то древний клип, на котором некрасивая тетка пела про "не отрекаются любя

С другой стороны, я недавно видел по телевизору какой-то древний клип, на котором некрасивая тетка пела про "не отрекаются любя". Я решил, что это действительно так. И если я полюбил, то всё можно вернуть. И да, где-то надо терпеть.

В сентябре мы вернулись в школу. Светка ходила туда через пень колоду, и когда оставалась дома, требовала меня. Чтобы я наливал ей чай нужной температуры. Чтобы держал за руку. Чтобы бежал в магазин, когда ей было надо съесть Рафаэлло.

Моя мама страшно сопротивлялась, когда я прогуливал уроки. Она сменила тактику. Мама говорила, что я не смогу ничего дать своему ребёнку, если не получу образование.

- Ты скоро отупеешь от постоянного подай-принеси. Ни женщина твоя уважать тебя не станет, ни ребёнок.

Она была права. Я объяснял Светке, что надо закончить девятый класс нормально, а уж потом думать, что дальше. Тем более, что и Светка, и ее мать намекали мне прямым текстом, что надо устраиваться на работу. Хоть какую-то копейку на малыша приносить.

Против была моя мама. И она решила, что уже пора зарыть топор войны. Взяла у меня номер "ведьмы", позвонила и попросила прощения за эмоции. Я представляю, чего ей это стоило. Они договорились встретиться, и эта встреча прошла, как говорится, продуктивно. В общем, первый раунд Марина Всеволодовна выиграла.

Несколько раз я срывался попить пива с Михой. Он, понятно, все знал. Да и все одноклассники всё знали и стебали меня. Обычно по-доброму, класс у нас был дружным. Миха мне сочувствовал, но был странно немногословным. Он в ответ на мои изливания души говорил примерно так:

- Братан, я очень тебя понимаю. И не представляю себя на твоем месте. Наверное я бы сбежал. Куда-нибудь в тундру, чтобы никогда не нашли. Но советовать ничего не буду.

После пива я заваливался к Светке, откуда меня тут же выгоняли, потому что "не нужна ребёнку эта пьянь подзаборная" и "нечего перегаром на дитё дышать". Днём я просил прощения, и меня впускали "в последний раз".

В ноябре мы уже подкупали для малыша какие-то вещи. Тем более, что уже знали – родится мальчик. Так показал второй стрибинг. Никак я не могу запомнить это дебильное слово. На нем я уже присутствовал. Правда, не очень понимал, зачем. Сидел я тихо, а врач у аппарата называла меня "папаша".

- Папаша, да посмотрите же, какой у вас чудесный мальчик.

На экране я не видел никакого мальчика, да и вообще ни черта там не понимал, но дебильно улыбался и кивал.

Выйдя из клиники, Светка вдруг зарыдала.

- Я же хотела устроить гендер пати. И забыла. А ты мне не напомнил!

Назревал очередной скандал, которых становилось всё больше. Я как мог напомнить о том, о чем не имел ни малейшего представления?

- Ты неуч! Это вечеринка, когда гости и родители не знают пол ребёнка. И в самый ответственный момент доверенное лицо взрывает хлопушку. Синие искры – мальчик. Розовые – девочка. Ты базовых вещей не знаешь, Костя. Чему ты сына сможешь научить?

Как поможет сыну в жизни знание про гендер пати, я не понимал, но скандал раздувать не стал.

- Марк! Мы назовём его Марк, – Марина Всеволодовна, узнав от Светки пол ребёнка, быстро назвала его этим дебильным нерусским именем. – Помнишь, Светочка, когда тебе было девять лет, ты сказала, что родишь сына и назовёшь Марком.

- У нас был сосед, Марк, и Светик была в него влюблена. – Светкина мать это уже рассказывала мне. – Очень хороший мальчик. Потом он с родителями уехал в Канаду. Наверняка уже там пробиося куда-нибудь, он всё-таки года на три постарше. А в Канаде не сидят на шее у родителей, там с младых ногтей работают.

Интересно, а в девять лет Светка уже спала с этим Марком? Меня одолевали пошлые мысли. И откуда эта женщина знает, как там в Канаде, если она дальше Челябинска нигде не была?

Я, конечно, не стал это высказывать и провоцировать очередную ругань. Я все терпел. Я стал терпилой. Ради ребёнка. Ради любви, от которой не отрекаются.👇