Когда Сашка позвонил и сказал, что привезет девушку знакомиться, у меня внутри всё сжалось, ведь материнское сердце не обманешь - оно всегда чувствует перемены раньше времени. Муж, Сергей, отреагировал гораздо проще, бросив привычное: "Ну, везет и везет, дело молодое", а я молча полезла в шкаф за парадной скатертью, той самой, которую берегу для особых случаев.
Я готовилась к этому визиту как к важному экзамену: вымыла полы до блеска и открыла окна, чтобы выветрить даже намек на запах бытовой химии. Сергей посмеивался над моей суетой, говоря, что мы не английскую королеву встречаем, но он прекрасно знает: когда я тревожусь, я начинаю фанатично наводить чистоту, потому что это мой единственный способ успокоить нервы.
Они приехали к семи: Сашка был сияющий и растрепанный - сразу видно, влюблен по уши, а Вика... Вика мне даже понравилась. Это была милая девушка с ясными глазами, которая смотрела на мир доверчиво, словно ребенок на витрину с игрушками. Разговаривала она легко, искренне смеялась шуткам Сергея и вежливо похвалила мой фикус, так что я выдохнула с облегчением, подумав: "Какая хорошая девочка".
Мы сели ужинать, и на столе было всё лучшее: запеченная курица, картошка с укропом и свои соленья с дачи, ведь я люблю, когда дом пахнет вкусной едой. Вика ела с аппетитом, нахваливала угощение и даже попросила рецепт фирменного соуса, а Сергей расслабился и начал травить свои байки про молодость, создавая теплую, по-настоящему домашнюю атмосферу.
Потом мы перешли в гостиную пить чай, и Вика прошлась по комнате, разглядывая корешки книг, фотографии на стенах и вид из окна. Я заметила, что она смотрит очень внимательно, оценивающе, но списала это на естественное любопытство, ведь всегда интересно узнать, как живет семья твоего парня. И вот тут день, казавшийся таким приятным, разломился надвое. Вика села на диван, поправила юбку и тем же мягким, мелодичным голосом произнесла:
- У вас очень уютная квартира. Конечно, ремонт староват, но планировка хорошая, так что мы с Сашей уже обсудили - подаем заявление в следующем месяце.
Мы с Сергеем заулыбались и начали было желать им совета да любви, но Вика вдруг продолжила:
- Да, так вот, я думаю, месяца вам хватит на сборы?
Повисла тишина, такая густая, что стало слышно, как на кухне тикают часы.
- На какие сборы, Вика? - осторожно спросила я, искренне не понимая сути вопроса.
Она посмотрела на меня своими ясными, наивными глазами и ответила так просто, словно речь шла о погоде:
- Ну как? Чтобы освободить квартиру. Вы же не будете нам мешать, ведь молодой семье нужно жить отдельно. Вы можете переехать на дачу, там воздух свежий или к старшей дочери в Москву, она же звала? А нам с Сашей эта квартира нужнее, нам детей поднимать.
Я посмотрела на Сергея, который застыл с чашкой в руке и на побледневшего Сашку, а Вика продолжала улыбаться. Для нее это была простая математика, логика хищника: старикам - дача или дожитие у родственников, а молодым - жилплощадь в центре. Тот факт, что это наша квартира, которую мы с Сергеем зарабатывали годами, в её расчетах просто отсутствовал как незначительная деталь.
- Вика, ты в своем уме?! - закричал Сашка, вскочив так резко, что опрокинул стул.
Вика удивленно захлопала ресницами:
- А что такого, Саш? Мы же обсуждали, что нам где-то жить надо, а твои родители старенькие, им в городе тяжело, на природе полезнее будет. Я же о них забочусь.
Мне вдруг стало холодно, но не от обиды - обижаться на дураков глупо, - а от осознания, что эта девочка искренне не видит в своих словах ничего дикого. Для нее мы были не людьми, а ресурсом, досадной помехой, которую нужно устранить ради собственного комфорта.
- Ужин окончен, - тихо, но жестко сказал Сергей.
Вика встала, недоуменно пожав плечами:
- Странные вы, я же как лучше предложила. Спасибо за курицу, очень вкусно, рецепт соуса все-таки скиньте?
Эта фраза про соус прозвучала как плевок, но она сказала это всерьез, без тени сарказма. Сашка выволок её в коридор почти силой и я слышала, как он кричал на лестничной клетке, а потом гулко хлопнула дверь подъезда. Остаток вечера мы молчали: я убирала посуду, а Сергей курил на балконе, пытаясь переварить случившееся.
- Может, она просто глупая? - спросил он потом.
- Нет, Сереж, - ответила я. - Она не глупая, она просто считает, что мир принадлежит ей, а мы - помеха.
Сашка не приходил неделю, а потом позвонил и сказал коротко: "Мы расстались". Я не стала расспрашивать, потому что всё и так было понятно: Вика показала свое истинное лицо, и никакие красивые глаза не смогли его скрыть. Теперь, когда Сашка приводит знакомить новую девушку, я накрываю на стол и улыбаюсь, но всегда помню, что наивность бывает разной. Иногда за ясными глазами скрывается холодный калькулятор, и моя задача - научить сына видеть эту разницу, пока не стало поздно.