Он сглотнул.
- Правда такая дорогая? - прошептал он, глядя на неё округлившимися глазами. - А чего ты её дома держала? Могло же всякое случиться…
- Куда дел шкатулку? - потребовала Лиза.
Вскоре она уже разговаривала с Семёном Семёновичем – местным скупщиком, подрабатывающим перепродажей всего, что приносили.
Тот без особых церемоний признался: недавно купил у Вовы деревянную старую штучку.
- Он сказал, от бабки осталась, - пояснил скупщик. - Я особо и не проверял. Да и как? Поверил на слово. Вещица так себе – к тому же замок не открывается. Дал ему немного, думал потом рублей за пятьсот сбыть.
- Я вам тысячу прямо сейчас дам, - предложила Лиза. - Хотя могла бы и в полицию обратиться, и тогда вы отдадите её бесплатно. Но зачем лишняя волокита?
- Не выйдет, - развёл руками Семён Семёнович. - Украли её уже. Какие-то пацаны. Тут всё время крутятся, на беспризорников похожи, говорят, из детдома сбегали.
Он вздохнул:
- Смотрят обычно, перебирают. Шкатулка на столе стояла, я её под стекло не убрал. На секунду отвернулся, что-то им ответил – а они ушли. Минут через десять смотрю – шкатулки нет. Хотите – обращайтесь в полицию, но с меня спросить нечего.
Лиза вышла от него почти в отчаянии.
«Наверное, бросили её где-нибудь или сломали, пытаясь открыть», - думала она.
Она была готова смириться даже с тем, что шкатулку всё-таки удалось открыть и катушки с нитками разошлись по рукам. Лишь бы сама шкатулка нашлась – память о бабушке, потерянная по глупости.
В подавленном настроении Лиза направилась в клинику – как обычно, к Леониду. И только по пути вспомнила, что новый заведующий отделением, Валерий Фёдорович, уже не раз выражал недовольство её частыми визитами в палату полицейского.
Когда-то он сказал ей:
- Вы слишком много внимания уделяете этому пациенту. Из-за этого другие недополучают вашу помощь.
- Но я прихожу в нерабочее время, - напомнила тогда Лиза. - Между дежурствами у меня два свободных дня. Я могу распоряжаться ими, как хочу.
- Два дня даются для отдыха, - сухо ответил заведующий. - Если уж так беспокоит его самочувствие, приходите в часы посещений. И, как я заметил, вы ещё и ночевать тут иногда ухитряетесь. Вам мало смен, что проводите в отделении?
- Я просто хочу помочь, - тихо сказала Лиза. - Ему тяжело, он тут один.
- Ладно, - нехотя согласился он. - Если так уж рвётесь быть бесплатной сиделкой – оставайтесь. Но из палаты ни шагу. Мало ли какой проверяющий заглянет, чтобы в коридоре вас никто не видел.
В тот вечер они с Леонидом проговорили допоздна. Лишь за полночь Лиза вышла из палаты и направилась в кабинет дежурной медсестры, где стояли две кушетки. На одной она и собиралась поспать, надеясь на спокойную ночь.
Не доходя до кабинета, она заметила на полу полоску света. Судя по всему, он пробивался из кабинета старшей медсестры, где стоял сейф с сильнодействующими и дорогими препаратами.
«Что там происходит? Никого же серьёзного не привозили», - удивилась Лиза.
Осторожно, на цыпочках, она подошла ближе и заглянула через щёлку.
У открытого сейфа стояли заведующий отделением и незнакомый мужчина.
- Михалыч, не забудь, - вполголоса говорил Валерий Фёдорович. - С этих двух коробок мне шестьдесят процентов, с этих трёх – как обычно, пятьдесят.
- Ох, Фёдорович, страшно мне, - так же тихо отвечал мужчина, которого он называл Михалычем. - И за тебя, и за себя. Мне бы твою смелость.
- Да ладно тебе, - снисходительно усмехнулся заведующий. - В отделении всё под контролем. Я просто заменяю препараты. Количество то же, дозировка «соответствует»…
- Всё равно как-то не по себе, - буркнул Михалыч, складывая коробки в маленький чемодан. - А если выяснится, что в сейфе подделка?
- Да там всё равно действующего вещества чуть-чуть, - спокойно пояснил Валерий Фёдорович, закрывая сейф. - Сам знаешь: если человеку суждено выжить, он выживет.
Дальше Лиза слушать не стала, опасаясь, что её заметят. На цыпочках вернулась к повороту и вскоре скрылась в кабинете дежурной.
- Кого-то привезли? - спросила, потягиваясь, медсестра, которая стояла на ночном дежурстве.
- Нет, - прошептала Лиза. - Всё гораздо хуже.
Она села рядом и подробно пересказала Рае то, что только что увидела.
Утром, за полчаса до смены дежурств, Лизу вызвали в ординаторскую.
- Вижу, вы всё ещё здесь, - пренебрежительно заметил Валерий Фёдорович.
- Я вообще-то на дежурство заступаю, - напомнила Лиза.
- Это вряд ли, - холодно ответил он. - С сегодняшнего дня вы уволены. Жалоб на вас много: по ночам не даёте пациентам спать, устраиваете тут развлечения. Докладная уже у главврача. Советую написать заявление по собственному – шеф у нас отходчивый, пойдёт навстречу.
Он задержал взгляд на ней и добавил:
- И запомните: любопытство не порок, но язык нужно держать за зубами.
Получив в отделе кадров трудовую книжку, Лиза только и думала:
«Это Раиса постаралась. Предупреждали же, что этот новый зав не пропустит ни одной юбки… А она почти год как в разводе…»
На следующий день позвонил Леонид – теперь уже выписавшийся.
Он сказал, что получил информацию о мальчишках, сбежавших из детдома и укравших шкатулку у скупщика.
- Завтра утром будут уточнения, - сообщил он. - Тогда они у нас в руках будут.
- А шкатулка? - Лиза боялась услышать, что надежды нет.
- Судя по всему, она всё ещё у них, - в голосе полицейского звучала уверенность. - Во всяком случае, такая вещь нигде не всплывала.
В старый, почти пустой двухэтажный дом они поехали вдвоём.
Здание по-прежнему было подключено к коммуникациям. На вопрос Лизы, почему его до сих пор не снесли, Леонид предположил, что оставшимся пяти семьям ещё не дали новое жильё.
Мальчишки визита не ждали.
Полицейский вставил в замочную скважину тонкий инструмент, открыл дверь и почти ворвался внутрь. Первое, что он увидел, – старый диван у дальней стены. На нём, поджав ноги, сидел перепуганный мальчик.
- Мы ничего такого не делали, - торопливо заговорил он, увидев двоих взрослых. - Мебель тут уже была, когда мы пришли. Мы ничего не трогаем, только плиту включаем…
Позже выяснилось: бывшие жильцы, съезжая в новые квартиры, оставили здесь старую мебель и разные вещи.
- Тебя как зовут? - спросил Леонид. - Где твой брат и где шкатулка?
- Он мне не друг, - всё ещё не отдышавшись от испуга, ответил мальчик. - Он мой брат. Мы близнецы. Я – Вася, он – Вовка. Только не отдавайте нас обратно в детдом. Там очень плохо. У нас никого нет. Тётя Люда в деревне живёт, но мы к ней не хотим – она злая.
- Шкатулка где? - повторил вопрос полицейский.
- Вовка утром ушёл с ней, - быстро заговорил мальчишка. - Он её в том магазине взял. Я говорил – вернуть надо. А он сказал, можно продать. Там в деревне тётка живёт рядом, она старьё всякое покупает. Только не уводите нас никуда…
Поговорив с Васей чуть дольше, Леонид Иванович пообещал:
- Никто вас никуда силой не потащит. Но вам всё равно деваться некуда. Лучше самим вернуться в детдом. Там кормят, одевают, потом образование получите, профессию…
Выяснив дорогу к деревне и немного расспросив о той самой женщине, скупавшей старые вещи, он предложил Лизе:
- Может, ты домой пойдёшь? Я и один справлюсь.
- Нет, - она решительно покачала головой. - Пройти несколько километров – не самое страшное.
Леонид ещё немного пытался отговорить её, но затем махнул рукой:
- Ладно. Только потом не жалуйся.
Деревня находилась за лесом, который начинался почти сразу за городской окраиной.
Как и говорил Вася, через заросли вела узкая тропинка – по траве было видно, что ходят по ней редко.
Пройдя пару километров, Леонид и Лиза заметили мальчишку, сидевшего на толстой ветке дерева, высоко над землёй. Тот крепко прижимал к груди знакомую шкатулку и смотрел на них испуганными глазами.
- Вов, не бойся, - спокойно, даже мягко окликнул его Леонид. - Я дядя Лёня, а это тётя Лиза. Давай я помогу тебе спуститься. Просто прыгай – я поймаю. Только сначала шкатулку дай. Никому не скажу, что ты её украл. Это шкатулка тёти Лизы, её забрал плохой человек, так что ты ни при чём.
- Я шёл и плакал, - рассказал позже мальчик. - А навстречу волки по тропинке. Я на дерево забрался. Они потом ушли, но я всё равно слезть боялся.
К старому дому они вернулись втроём. Вася, которому перед уходом Леонид оставил деньги «на поесть», успел сбегать в магазин и принести несколько булочек и две бутылки газировки.
Пока братья, сидя на диване, жадно ели, Лиза осматривала квартиру, а Леонид оставался с ними.
Он позвонил в отдел и попросил, чтобы с мальчишками обошлись помягче, не пугали их.
Никто из них не услышал, как во двор въехала полицейская машина.
- Эх ты, дядь Лёня, - сокрушённо сказал Вовка, когда его повели к выходу, крепко держа за руку. - А мы-то тебе поверили…
- Жалко ребят, - вздохнула Лиза, глядя им вслед. - Хорошие. Самостоятельные. Была бы у меня большая квартира – забрала бы.
- Сначала – в приют, потом в детдом, - в голосе Леонида тоже звучало сожаление. - Бросать таких нельзя, но взять их к себе… Ты уверена, что справилась бы?
Убедившись, что все катушки на месте, Лиза снова задумалась.
В принципе, пользуясь старым учебником, можно было бы освоить золотое шитьё и со временем открыть своё дело. Тогда решились бы и жилищные, и финансовые проблемы.
Но после увольнения она лишилась пусть небольшой, но стабильной зарплаты. На жизнь её хватало.
Найти другую работу медсестрой было несложно – в городе ощущался дефицит кадров. Но кто мог гарантировать, что платили бы столько же? На «скорой», как говорили знакомые, работа была изматывающей до предела.
«А если продать несколько катушек, - размышляла Лиза, - и на эти деньги открыть косметический салон? Диплом косметолога у меня есть.
Леонид говорил, что может отвезти к ювелиру, который даст настоящую цену. Тогда денег должно хватить, может, ещё и на однушку останется».
- Ого, - искренне удивился ювелир, увидев аккуратно разложенные катушки. - Второй раз в жизни такое вижу.
Он предложил:
- Сделаем так: с одной катушки снимем нитки, взвесим и по этому весу прикинем общий. Только мне нужно заложить небольшую поправку – вдруг где-то накручено меньше.
Как и ожидала Лиза, вырученных денег хватило и на аренду помещения, и на оборудование, и на все необходимые мелочи. Добавив свои сбережения, она смогла купить маленькую однокомнатную квартирку.
Прошло несколько дней, и открытый косметический салон начал приносить первый доход.
Но на этом Лиза не остановилась. Вспоминая бабушку, она словно выполняла её невысказанный наказ: вечерами сидела дома и, шаг за шагом, осваивала искусство золотого шитья. Получалось пока неважно, но Леонид, рассматривая образцы, уверял:
- С каждым днём всё лучше.
Со временем салон стал популярным. Чтобы справляться с потоком клиентов, Лизе понадобилась сначала одна, потом вторая помощница.
И однажды в салоне стала регулярно появляться Маша – та самая любовница бывшего мужа. Она входила с независимым видом, делала вид, что не замечает Лизу. Та, в свою очередь, тоже не обращала на неё внимания.
Однажды, закрыв салон и направляясь домой, Лиза буквально столкнулась нос к носу с Сергеем.
Он постарался изобразить удивление, но было ясно: он поджидал её заранее, выбирая удобный момент для разговора.
- О, Лизок! - радостно воскликнул он. - А я думал, ты всё ещё медсестричка в больнице. Ты теперь тут, значит, работаешь?
Он оглядел вывеску:
- Слушай, прости, забыл. Ты же салон открыла. Говорили что-то, а я не вслушивался. Деньги-то откуда? Шкатулка нашлась, да? Ах ты молодец, я всегда знал, что ты умница…
- Серёж, - спокойно перебила его Лиза. - Давай без кружев. Что тебе нужно?
- Не так громко, - он огляделся. - Кто-нибудь увидит, Машке передаст… Она у меня не такая терпеливая, как ты была.
Он тяжело вздохнул:
- Знаешь, я глупость совершил. Ничему в жизни не научился. Не ценил, что имел. И ты меня иногда не так понимала… или я тебя. Помнишь, ссора у нас была, а тут Маша эта к себе приласкала… Я и поплыл.
Лиза молчала, уже догадываясь, к чему он ведёт, но решила дать ему выговориться.
Сергей, считая её молчание признаком нужной реакции, разошёлся ещё сильнее: каяться, вспоминать «самые счастливые моменты», уверять, что до сих пор тоскует по прошлому.
- Веришь, я об этом постоянно думаю, - голос его дрогнул. - Мы оба наделали ошибок. Но всегда есть возможность всё повернуть назад. Прости меня. Я уже сам себя наказал. Ты нужна мне. И я тебе, знаю, нужен. Всё у нас будет хорошо. Вернись, пожалуйста. Кроме тебя я никого не любил.
Он замолчал, ожидая ответа. Лиза спокойно шла к дому, не глядя на него.
- Ну не молчи, - наконец попросил он. - Скажи «да», и увидишь, как всё будет иначе.
- Да, Серёж, - тихо сказала Лиза. - Ты действительно мастер пускать пыль в глаза. Угадал: я нашла шкатулку, на эти деньги открыла дело, купила нормальную квартиру. Правда, она меня уже не устраивает – скоро переедем в трёшку. Но это не главное.
Следующая часть рассказа: