Кухня ресторана в разгар новогодней ночи напоминала раскаленное чрево огромного механического зверя, где время текло совсем иначе, чем в праздничном зале. Здесь не было той прохладной джазовой элегантности, звона хрусталя и аромата дорогих духов. Здесь пахло жареным луком, пригоревшим маслом, агрессивным чистящим средством и тяжелым, влажным паром, оседающим на коже липкой пленкой. Лера стояла у огромной промышленной мойки из нержавейки, в которую, казалось, можно было поместиться целиком. Ее платье с пайетками, стоившее как подержанная иномарка и выбранное специально, чтобы «утереть нос» свекрови, теперь было скрыто под грубым прорезиненным фартуком. На темно-синей резине виднелись застарелые пятна — следы чужой, тяжелой работы, к которой Лера раньше относилась с брезгливым презрением. Она смотрела на гору грязных тарелок, вырастающую перед ней как Эверест. На фарфоре застывали остатки сложных соусов, рыбьи кости, недоеденные листья салата и раздавленные ягоды десертов. То самое «дефл
Публикация доступна с подпиской
Продолжение элитных рассказовПродолжение элитных рассказов