В ноябре 1941 года мичмана Джона Кеннеди откомандировали в Управление военно-морской разведки ВМС США в Вашингтоне. Его обязанности заключались в подготовке обзоров новостей для военно-морского штаба. Служба не требовала от Джона чрезвычайных усилий, и он продолжал вести интенсивную светскую жизнь.
Тем временем его сестра Кэтлин Кеннеди бросила Коммерческий колледж Флориды и решила попробовать свои силы в журналистике. Она устроилась ассистентом главного редактора в газету «Times-Herald», где ей поручили помогать шведской журналистке Инге Арвад вести колонку «А вы не видели?» В рубрике публиковались очерки о государственных чиновниках. Девушки быстро сблизились, и Кэтлин стала приглашать Ингу на домашние вечеринки.
Кэтлин была очарована красотой и обаянием своей новой подруги и завидовала ее проницательности и знанию языков. В беседах она неоднократно отмечала, что по характеру Инга была очень похожа на ее старшего брата Джона, с которым Кэтлин была очень близка.
Именно Кэтлин, единственная из семьи Кеннеди, поддерживала Джона, а не его старшего брата Джозефа в их стремлении взойти на вершину политического Олимпа. В один из дней она познакомила Джона Кеннеди с Ингой, которая на тот момент была замужем за венгерским режиссером Полом Фейосом.
Как и в случае с Жаклин Бувье клан Кеннеди продолжает хранить молчание по поводу отношений между Джоном и Ингой Авард, одной из самых красивых и интеллектуальных женщин своего времени.
Более того, семья Кеннеди хотела бы навсегда стереть ее имя из биографии Джона, но десятки сохранившихся писем из их переписки не позволяют этого сделать.
И у такого молчания имеются веские причины.
Инга Авард родилась шестого октября 1913 года в Хеллерупе, живописном пригороде Копенгагена, в обеспеченной семье. Отец Инги ушел из жизни, когда малышке не исполнилось и пяти лет, и мать решила полностью посвятить себя воспитанию дочери. Она считала, что дочь должна превзойти своих сверстниц и стать кем-то выдающимся.
Получив хорошее образование, Инга в семнадцать лет приняла участие в конкурсе красоты, организованном газетой «Berlingske Tidende». Голубоглазая блондинка с правильными чертами лица и изящной фигурой балерины никого не могла оставить равнодушной. Без особого труда завоевав титул «Мисс Дании 1931 года», девушка вместе со своей матерью отправилась на конкурс красоты в Париж.
Можно было бы подумать, что здесь ее постигла неудача, если бы в Ингу не влюбился двадцатипятилетний египетский дипломат Камаль Абдель Наби, отец которого был крупным землевладельцем в «Черной земле». Их чувства были взаимны, и в апреле месяце они поженились в египетском посольстве в Париже. Ольга, мать Инги, была уверена, что ее дочь ждет беззаботное будущее, однако тут она просчиталась.
У семьи Наби было много земли, но совершенно не было денег, а скромное жалование Камаля не позволяло ему вести достойную жизнь в Париже. В конце концов, счета молодоженов пришлось оплачивать Ольге. Но и это было еще не все. Мисс Дания имела в Париже много поклонников, что сильно раздражало Камаля. Единственным выходом в сложившейся ситуации было вернутся в Египет. Молодожены отправились в Каир, а вместе с ними последовала и мать Инги.
В Египте отец Камаля выделил им для проживания дом вместе с прислугой и подарил «Мерседес» с шофером. Хотя рабочая сила в стране пирамид была дешевой, все остальное, к чему привыкла Инга, стоило заоблачных денег.
«Мы жили как миллионеры, – вспоминала позже Инга, – но у нас не хватало денег даже на ремонт обуви».
Спустя некоторое время мать и дочь начали задумываться о возвращении в Европу, однако здесь они столкнулись с трудностями: покинуть страну Инга могла только с разрешения мужа. Лишь когда она заболела, и врачи посоветовали ей продолжить лечение в Швейцарских Альпах, ей разрешили уехать. Пообещав мужу вернуться, Инга и ее мать уехали в Европу. Как только они добрались до Копенгагена, Инга сразу подала на развод.
В Копенгагене она познакомилась с режиссером Полом Фейосом, переехавшим в королевство по приглашению «Nordisk Film». Инга сыграла главную роль в его кинокомедии «Погоня за миллионом», но после выхода в прокат фильм провалился, и Авард решила оставить карьеру актрисы.
В то время журналистика считалась наиболее подходящей профессией для женщин, и Инга решила стать стрингером – репортером-фрилансером. После того, как в марте 1935 года Германия отказалась соблюдать положения Версальского договора, в страну хлынул поток иностранных журналистов, чтобы освещать происходящие события. Уговорив датскую женскую газету «Vore Damer» стать их немецким корреспондентом, Инга отправилась в Германию.
Приехав в Германию, она попыталась взять интервью у высокопоставленных чиновников, но никто из них не находил времени для незнакомой журналистки. Когда отчаяние уже охватило Ингу, на ужине в датском посольстве один из ее знакомых упомянул, что слышал о предстоящем браке главнокомандующего люфтваффе с разведенной немецкой актрисой Эмми Зоннеманн. Веря в свою удачу, Инга позвонила невесте, договорилась о встрече и написала статью. Она оказалась настолько успешной, что Ингу пригласили на свадьбу. Там она познакомилась и переговорила со всеми влиятельными людьми в Германии и партийными боссами Deutsche Arbeiterpartei.
Редакция журнала требовала от своего корреспондента большего, и Инга решила взять интервью у рейхсканцлера Германии А.Г. С помощью своих новых друзей ей удалось добиться аудиенции. Благодаря «совершенной нордической красоте» и вопросам о том, почему он вегетарианец и какова роль женщин в Германии, Авард смогла произвести на рейхсканцлера самое благоприятное впечатление. Помимо интервью он разрешил Инге сфотографироваться с ним.
Первого ноября 1935 года в газете «Berlingske Tidende» вышла статья Инги Авард под заголовком «Час с А.Г.». Статья имела колоссальный успех в Германии, и начинающую журналистку пригласили в качестве почетного гостя на летние Олимпийские игры, которые должны были состояться в Берлине в августе 1936 года. Вторая статья, опубликованная в том же году, вышла на первой полосе лондонской газеты «Sunday Dispatch».
Возвратившись к Рождеству в Копенгаген, Инга приняла предложение режиссера Пола Фейоса, к тому времени увлекшимся культурной антропологией и документальными фильмами о диких племенах. Свадьба состоялась двадцать восьмого января 1936 года, после чего Пол в качестве руководителя этнографической экспедиции отправился на Сейшельские острова, а Инга вернулась в Германию.
Здесь начинается один из самых темных периодов ее биографии. Известно лишь, что в марте 1936 года международные информационные агентства опубликовали фотографию Инги с подписью «датская красавица, назначенная главой немецкой пропаганды в Дании», а в августе месяце Авард наблюдала за спортивными состязаниями олимпийцев из личной ложи рейхсканцлера.
В 1937 году кинокомпания «Svensk Filmindustri» заказала Полу Фейосу несколько документальных фильмов о Юго-Восточной Азии, и режиссер вместе с Ингой отправляется в Сингапур. Там они поднимаются на борт восьмидесятиметровой океанской яхты «Южный крест», пришвартованной в гавани Пенанга. Хозяином яхты являлся один из самых богатейших людей того времени, шведский бизнесмен Аксель Веннер-Грен, владелец пятидесяти процентов акций транснациональной компании «Electrolux».
Помните популярный слоган девяностых годов: «Электролюкс, Швеция, сделано с умом»? Это та самая фирма.
Свои первые миллионы Аксель заработал на том, что решил к радости домохозяек адаптировать промышленный пылесос для домашнего использования.
В тридцатые годы компания «Electrolux» прибегла к оригинальному способу рекламы своей продукции, начав выпуск автомобилей в форме пылесосов. Шасси для них предоставляла фирма «Citroen», а сами машины изготавливались в Германии и Дании.
Только в 2019 году станут известны подробности этой судьбоносной встречи на борту океанской яхты. Во время ужина Аксель предложил Полу Фейосу принять участие в организации экспедиции по поиску древних индейских городов в перуанских джунглях. Бизнесмен имел свои интересы в Южной Америке, а археологические раскопки давали повод изучить возможности местной горнодобывающей промышленности.
Следует отметить, что Соединенные Штаты настороженно относились к поездкам Веннер-Грена в страны Латинской Америки, особенно после того, как получили информацию из Аргентины о том, что в непроходимых джунглях скрываются сотни немецких агентов. Президент Рузвельт открыто заявлял, что это «передовые отряды Германии», готовящие плацдармы в Новом Свете, а в Колумбии уже построены «секретные аэродромы в пределах досягаемости Панамского канала».
Сам же Аксель имел связи не только среди крупных промышленников Германии, но и водил дружбу с партайгеноссе и герцогом Виндзорским Эдуардом VIII, бывшим королем Великобритании. К тому же он обладал ресурсами, позволяющими оказывать влияние на принятие политических решений в Мексике, Перу и других странах, входящих в сферу исключительных геополитических интересов США. Поэтому Федеральное бюро расследований (ФБР) внимательно следило Веннер-Греном и отслеживало все перемещения яхты «Южный Крест» от Сантьяго до тихоокеанского побережья Северной Америки.
Четырнадцатого февраля 1941 года по указанию Акселя двое его доверенных лиц зарегистрировали в Нью-Йорке фонд антропологических исследований под названием «Викинг». Согласно документам фонда, опубликованных в 2019 году, фонд «Викинг» создавался финансирования научных исследований на средства, которые Аксель и его адвокаты скрывали от Налоговой службы США.
В декабре 1941 года на должность научного директора фонда, штаб-квартира которого располагалась на девятом этаже здания «Рокфеллер-центр», был назначен Пол Фейос. Позже шведский миллиардер передал фонду и яхту «Южный крест», приобретенную у нашего старого знакомого – «авиатора» Говарда Хьюза.
Согласно документам ФБР, частично рассекреченным в девяностых годах, разведсообщество Соединенных Штатов полагало, что фонд «Викинг» служил источником финансирования немецких разведывательных операций в странах Латинской Америки, а переоборудованная Акселем яхта «Южный крест» предназначалась для дозаправки субмарин. Однако, как следует из материалов дела, собрать убедительные доказательства против Веннер-Грена агентам ФБР не удалось.
Впрочем, нельзя исключать, что эти доказательства вообще не были приобщены к делу Веннер-Грена или их могли уничтожить из-за изменившейся политической обстановки.
В то время пост директора ФБР занимал Джон Эдгар Гувер, посвященный девятого ноября 1920 года в таинства «Федеральной масонской ложи №1» в Вашингтоне. Ни одно другое правительственное агентство в Соединенных Штатах не находилось во власти одного человека, как ФБР под его контролем.
На протяжении сорока восьми лет, с 1924 года, когда Гувер был назначен директором ФБР, до своей кончины в 1972 году, он обладал беспрецедентной властью над агентством и разветвленной по всему миру сетью осведомителей. Никто, даже президент, точно не знал, что Гувер делает и каковы его истинные цели.
Самая секретная информация, нередко добытая незаконными средствами, хранилась в сейфе его кабинета, отдельно от других документов, и тем самым оставались вне поля зрения администрации Соединенных Штатов. Только после смерти Гувера в США был принят законопроект, ограничивающий срок работы директоров ФБР десятью годами.
Предвосхищая последующие события, стоит отметить, что в 1951 году фонд «Викинг» переименовали в «Фонд Веннера-Грена», под этим названием он существует и в наше время. Его штаб-квартира по-прежнему находится в Нью-Йорке, а исследовательский центр до 1981 года располагался в Австрии, в средневековом замке Вартенштайн. В замке проводили закрытые научные симпозиумы и ужины-конференции, посвященные вопросам возникновения цивилизации, эволюции человека и компьютерным исследованиям. В начале двухтысячных замок оказался в частной собственности, при этом имя владельца не раскрывается, а доступ посетителей в него строго воспрещен.
Двадцать девятого февраля 1940 года Инга Авард прибыла в Нью-Йорк на борту итальянского лайнера «SS Conte di Savoia» («Граф Савойский» – итал.). Планировалось, что она присоединится к своему мужу, который уже несколько месяцев находился в Перу в составе экспедиции, однако Инга осталась в США.
Мало того, благодаря связям Акселя, ее вне конкурса зачислили в школу журналистики Колумбийского университета и приняли на работу в газету «Times-Herald». Вначале Инга заводит интрижку с журналистом Нильсом Блохом, женатым на ее подруге, а после знакомства с Джоном Кеннеди полностью переключается на молодого мичмана из Управления военно-морской разведки.
Стоял ноябрь 1941 года: Инге исполнилось двадцать восемь, Джону – двадцать четыре. Авард уже дважды выходила замуж и была известной журналисткой не только у себя на родине, но и в Европе, а у Кеннеди не было ни одного серьезного романа, и всю свою жизнь он провел в тени своего старшего брата.
Одним словом, у Джона Кеннеди не было никаких шансов. Он был не просто очарован Ингой, он впервые в жизни признался ей в своих политических амбициях.
Если бы Кеннеди только знал, что Инга уже находилась под колпаком Гувера.
Еще до знакомства с Джоном за Ингой Арвад было установлено круглосуточное наблюдение. Ее телефонные разговоры прослушивались, почту досматривали, а счета в банках отслеживали. ФБР искало доказательства, что Инга являлась агентом Акселя Веннера-Грена или хотя бы его любовницей.
Самому бизнесмену уже был запрещен въезд в США, хотя Аксель и не стремился в Нью-Йорк. После визита в Перу он на своей яхте прибыл в Мексику, где его встретили с почестями, предназначенными для главы государства. С собой бизнесмен привез план инвестирования в экономику Мексики, оцениваемый в сто миллионов долларов. Переговоры завершились как нельзя лучше, и Веннер-Грену предстояло занять пост главы правительственного совета, контролировавшего все стратегические ресурсы Мексики.
Аксель уже собирался в свою резиденцию на Багамских островах, но тут свершилось непредвиденное. Буквально за несколько часов до отплытия, седьмого декабря 1941 года Япония атаковала Перл-Харбор. Тем не менее, яхта «Южный крест», на борту которой находилась дочь министра обороны Мексики, взяла курс на Багамы. Однако спустя некоторое время Аксель решил вернуться в Мексику.
Четырнадцатого января 1942 года Госдепартамент США включил предприятия Акселя Веннер-Грена в Латинской Америке в экономический «Черный список», куда входили компании и корпорации, сделки с которыми объявлялись вне закона. В феврале месяце правительство Багамских островов конфисковало его резиденцию и завод по производству морепродуктов стоимостью более трех миллионов долларов. Так Аксель оказался в вынужденной ссылке в Мексике, которая продолжалась более пяти лет.
Между тем агенты ФБР незаконно проникли в квартиру Инги Авард. Несколько часов они тщательно осматривали каждый уголок, стремясь обнаружить свидетельства ее интереса к военной продукции Соединенных Штатов. Им было над чем потрудиться: на протяжении многих лет Инга скрупулезно фиксировала все свои расходы.
Одновременно была перехвачена телеграмма от Фейоса, содержавшая всего одно слово: «Asawaqit». Предполагая, что это секретный код, слово было отправлено в службу дешифрования для лингвистического анализа. После нескольких недель исследований специалисты пришли к выводу, что это может означать «aksam vakit», что по-турецки означает «до вечера».
Продолжение следует.
Начало очерка: Последняя роль Мэрилин Монро
Благодарю за лайк и подписку!
© 26.12.2025г.