Глава 25
Черный автомобиль Крылова был таким же молчаливым, как и его хозяин. Артем, сидящий рядом с Марьяной на заднем сиденье, просматривал документы на планшете, его профиль в свете уличных фонарей казался высеченным из гранита. Он не произносил ни слова, но напряжение исходило от него почти физически.
Марьяна смотрела в окно, стараясь унять дрожь в руках, сжимающих портфель с настоящими документами по «Ясеню». Она вспомнила другой вечер, много лет назад, когда Илья вез ее на свою первую в жизни презентацию для инвесторов. Он тогда шутил, держал ее за руку и говорил:
«Просто дыши, Маш. Ты умнее всех в той комнате».
Сейчас ее рука была пуста, а в ушах звенела только тишина и собственное неровное дыхание.
«СтальГрад» поразил ее своим холодным величием. Стертые до блеска гранитные полы, строгие линии интерьера, безликие лица охраны — все говорило о силе, контроле и абсолютной безэмоциональности. Их провели в зал заседаний совета директоров — огромное помещение с панорамным видом на ночную Москву и длинным столом из черного дерева. За ним сидели семь человек. Все мужчины. Все смотрели на нее оценивающе, без тени дружелюбия.
Артем провел ее к двум свободным креслам во главе стола.
— Коллеги, это Марьяна Орлова, председатель совета директоров «Орлова и Партнеры», наш новый партнер по проекту «Ясень».
Один из директоров, седовласый мужчина с острым взглядом (Виктор Сергеевич, как позже узнала Марьяна), тут же бросил на стол распечатанные листы — те самые фальшивки.
— Прежде чем говорить о партнерстве, Артем Юрьевич, не объясните ли это? Переписка, которая рисует картину, мягко говоря, отличную от официальных заявлений. Похоже, вы просто воспользовались слабостью вдовы.
В воздухе повисла тяжелая пауза. Марьяна почувствовала, как кровь приливает к лицу. Но прежде чем она открыла рот, заговорил Крылов. Его голос был тихим, но каждое слово падало, как стальная гильза.
— Виктор Сергеевич, если бы я хотел воспользоваться слабостью, я бы не тратил два месяца на переговоры и не предлагал партнерство. Я бы уже давно купил компанию за копейки через банкротство. Эти бумаги — фальшивка. Грубая и топорная. Их цель — сорвать сделку, которая невыгодна нашим общим конкурентам. И, судя по тому, что они оказались здесь, — бросить тень на мою репутацию и на репутацию Марьяны Ильиничны.
— Доказательства? — холодно спросил другой директор.
— В процессе. Служба безопасности работает. Но у меня есть лучше доказательство, — Артем кивнул Марьяне.
Ее момент настал. Она встала, чувствуя, как под взглядами семи пар глаз ее страх превращается в холодную ярость. Она открыла портфель.
— Господа, вместо фальшивых писем я предлагаю вам факты. Вот первоначальный проект «Ясеня» с ошибками, которые привели к его заморозке. Вот наш новый технический анализ. Вот финансовый план, составленный с учетом ресурсов «СтальГрада». Обратите внимание на страницу пятнадцать — вариант удешевления за счет перераспределения нагрузки свайным полем. Это была моя идея.
Она говорила четко, без пафоса, оперируя цифрами и терминами. Видела, как брови директоров поползли вверх. Они не ожидали от «вдовы» такого глубокого погружения. Артем сидел, откинувшись на спинку кресла, и наблюдал. Но не за ней. За ними. Его взгляд скользил по лицам, выискивая малейшую реакцию.
Когда она закончила, Виктор Сергеевич первым прервал молчание.
— Допустим, с технической частью вы знакомы. Но управленческий опыт? Компания на грани краха.
— Компания на грани краха из-за предательства бывших сотрудников и сложившихся обстоятельств, — парировала Марьяна. — Но она жива. И я держу ее на плаву уже полгода. Это и есть управленческий опыт. Жесткий и бесценный. Опыт, которого нет в ваших учебниках по менеджменту.
В углу рта Крылова дрогнуло. Едва заметно.
— Зачем вам это партнерство, Артем? — спросил самый молодой из директоров. — Мы могли бы реализовать такой проект сами.
— Потому что «Орлов и Партнеры» — это не только активы. Это имя. Репутация. И связи, которые не купишь за деньги, — ответил Крылов. Он посмотрел на Марьяну. — И потому что я уважаю волю к борьбе. В бизнесе это редкий ресурс. Я знаю, что значит строить с нуля. И когда я вижу того, кто не сломался под давлением, я вижу потенциал. А не слабость.
В его словах прозвучала личная нота. Марьяна поймала себя на мысли: а что он строил с нуля? Откуда эта беспощадная хватка? Вдруг мелькнуло смутное воспоминание — слухи, что «СтальГрад» вырос из маленькой прорабской конторы, которую Крылов поднял в лихие девяностые, пройдя через жестокие «строительные войны». Возможно, их прошлое было не таким уж разным — оба теряли что-то важное и учились выживать.
Обсуждение длилось еще час. Были жесткие вопросы, скептические замечания. Но фальшивки, вместо того чтобы расколоть альянс, стали козырем: Крылов мастерски повернул ситуацию, представив их как доказательство того, насколько конкуренты боятся этого союза.
В итоге совет, хоть и без энтузиазма, одобрил продолжение партнерства и финансирование первого этапа «Ясеня».
Когда они вышли из зала, в пустынном коридоре неонового света Марьяна вдруг почувствовала страшную слабость в ногах. Она прислонилась к прохладной стене, закрыв глаза.
— Все хорошо? — его голос прозвучал рядом, неожиданно мягко.
— Да. Просто… адреналин отступает.
— Вы были великолепны, — сказал он просто. Без иронии. Без «Цацы». — Когда вы заговорили про свайное поле, у Виктора Сергеевича глаза на лоб полезли. Он двадцать лет в строительстве и такого наглого решения не встречал.
Она открыла глаза, посмотрела на него. Он стоял совсем близко, и в его серых глазах, обычно таких холодных, она увидела усталое удовлетворение. И что-то еще… признание.
— Вы рисковали, приведя меня сюда.
— Я всегда рискую. Но только на то, во что верю. Сегодня я поверил в вас. Окончательно.
Он проводил ее до машины. Перед тем как сесть, она обернулась.
— Артем… Спасибо. Что не дали им растерзать меня.
— Я защищал наши общие интересы, Марьяна, — ответил он, но его взгляд говорил, что это была не вся правда. — До завтра. На стройке.
Машина тронулась. Марьяна смотрела в окно, но уже не видела города. Перед глазами стояло его лицо в момент, когда он сказал «Я уважаю волю к борьбе». Впервые за много месяцев кто-то увидел в ней не слабость, не проблему, а силу. И этот человек оказался тем, от кого она ожидала всего, кроме понимания. Эта мысль была одновременно пугающей и волнующей, как первый шаг в темноту, где неизвестно, что ждет впереди — пропасть или новая земля.
Подписывайтесь на дзен-канал Реальная любовь и не забудьте поставить лайк))