— Костенька, подпиши здесь. И здесь.
Свекровь, Зинаида Петровна, суетилась вокруг сына.
— Вот видишь, как хорошо! Развод — это не страшно. Это новая жизнь! Найдем тебе девочку хорошую, хозяйственную. Не то что эта... фифа.
"Фифа" — это я, Катя.
Я стояла у окна и смотрела, как муж (почти бывший) подписывает исковое заявление.
Мы прожили вместе три года. Три года я пыталась быть хорошей женой. Готовила, убирала, терпела бесконечные визиты Зинаиды Петровны, которая учила меня "правильно" гладить носки и варить борщ.
Но главное яблоко раздора — квартира.
Мы купили её год назад. "Двушку" в новостройке.
На свадьбу мои родители подарили мне (нам, как они думали) крупную сумму — пять миллионов рублей. Они продали дачу и добавили накопления.
— Катюша, это тебе на жилье. Сами решайте, что брать, — сказала мама, вручая мне... нет, не конверт. Она просто перевела деньги на мой счет.
Зинаида Петровна тогда поджала губы:
— Пять миллионов? Ну, неплохо. Мы с отцом, конечно, столько не дадим, мы люди простые. Но мы подарим вам стиральную машинку! И свое благословение!
Благословение, видимо, стоило дороже пяти миллионов.
Костя сразу загорелся:
— Кать, давай возьмем тачку крутую! "Ауди"! И в Тайланд слетаем! А на остаток — первый взнос, ипотеку возьмем.
— Нет, — сказала я твердо. — Никаких машин. Берем квартиру. Без ипотеки. Вариант есть, на этапе котлована, как раз укладываемся.
— Ну ты и скучная, — надулся он. — Живем один раз!
Свекровь тоже лезла:
— Зачем вам квартира сейчас? Живите у нас! А деньги пусть полежат, или дачу купим, всем пригодится.
Но я настояла. Я оформила сделку. Я бегала по застройщикам. Костя только один раз приехал — в МФЦ, на подачу документов.
И вот теперь — развод.
Причина банальна — Костя нашел "повеселее". Коллегу с работы, которая не "пилит" за разбросанные носки и любит клубы.
— Кать, ну не сошлись характерами, — заявил он неделю назад. — Я ухожу. Мама сказала, так будет лучше.
— Хорошо. Уходи.
— Я-то уйду. Но квартиру мы поделим.
— В смысле?
— В прямом. Куплена в браке? В браке. Значит, совместно нажитое. Половина моя. Продадим, деньги пополам. Я себе "Ауди" наконец куплю.
Зинаида Петровна тут же примчалась контролировать процесс.
— И не спорь, Катерина! Закон есть закон! Костя имеет право! Он, может, морально страдал с тобой! И вообще, он муж! Глава семьи!
— Он ни копейки не вложил в эту квартиру, — тихо сказала я.
— А это неважно! — торжествовала свекровь. — В браке кошелек общий! Может, он тебя вдохновлял! И вообще, ты на его шее сидела, пока в декрете была (я не была в декрете, я работала удаленно дизайнером).
И вот — суд.
Костя сидел, развалившись на стуле. Он уже мысленно ехал на своей "Ауди".
— Истец, ваши требования? — спросила судья.
— Прошу расторгнуть брак и произвести раздел совместно нажитого имущества, а именно квартиры по адресу..., выделив мне 1/2 долю, — отчеканил Костя (по бумажке, написанной мамой).
Судья повернулась ко мне.
— Ответчик, вы согласны с иском?
— С расторжением брака — согласна полностью. С разделом имущества — нет.
— Почему? Квартира приобретена в период брака.
— Ваша честь, — я открыла свою папку. — Квартира приобретена в браке, но на мои ЛИЧНЫЕ средства, полученные в дар. Согласно статье 36 Семейного кодекса РФ, имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам, является его собственностью.
— У вас есть доказательства дарения? — спросила судья. — Договор дарения денег?
— Договора в письменной форме нет. Но есть банковские выписки.
Я протянула документы.
— Смотрите. 15 февраля 2022 года. Перевод со счета моей матери, Ивановой Т.П., на мой счет. Сумма: 5 000 000 рублей. В назначении платежа указано: **"Дарение дочери на покупку жилья"**.
Я выделила эту строчку маркером.
— Далее. 17 февраля 2022 года. Перевод с моего счета (того же самого) на эскроу-счет застройщика. Сумма: 5 000 000 рублей.
— Цепочка не прерывалась, — прокомментировала судья, изучая выписки. — Других поступлений на этот счет не было. Деньги "окрашены".
Костя перестал ухмыляться. Он толкнул мать локтем.
— Мам?
Зинаида Петровна покраснела.
— Это подделка! — выкрикнула она. — Они это нарисовали! И вообще, деньги дали на СЕМЬЮ! На свадьбу! Значит, это общий подарок!
— Ваша честь, — вмешался мой адвокат. — В назначении платежа четко указано: "Дарение ДОЧЕРИ". Не "детям", не "молодоженам". А именно дочери. Это адресный подарок. Верховный суд в таких случаях однозначно трактует это как личную собственность одаряемого.
— Кроме того, — продолжила я. — Муж в покупке финансово не участвовал. Его зарплата едва покрывала расходы на еду и обслуживание его машины. Сбережений у нас не было. Зато вот справка о продаже дачи моих родителей за неделю до этого перевода. Сумма совпадает. Источник средств прозрачен.
Судья кивнула.
— Истец, у вас есть доказательства вложения ваших средств в покупку?
Костя молчал.
— Может быть, вы добавили свои накопления? Взяли кредит?
— Нет... — буркнул он. — Но я... я обои клеил!
— Обои — это текущий ремонт, он не создает права собственности на объект недвижимости, — отрезала судья.
Решение было вынесено через 15 минут.
Брак расторгнуть. В разделе квартиры — отказать. Признать квартиру личной собственностью ответчицы (меня). Взыскать с истца судебные расходы.
— Как?! — Зинаида Петровна чуть не упала в обморок прямо в коридоре суда. — Вы... вы коррупционеры! Мы будем жаловаться! Костя, у нас отняли квартиру!
— Вы у меня ничего не отнимали, — сказала я, проходя мимо. — Потому что у вас ничего и не было. А стиральную машинку, которую вы подарили, можете забрать. Она все равно ломается.
Костя посмотрел на меня. В его глазах была тоска. "Ауди" уплыла в туман.
— Кать... ну может, договоримся? Я все-таки прописан там...
— Выписывайся. Сам. Или через суд выпишу, как бывшего члена семьи. Даю неделю.
— Ну ты и стерва, — сказал он с восхищением.
— Училась у твоей мамы, — улыбнулась я.
Они ушли. Ругаясь. Свекровь пилила сына: "Я же говорила, надо было с нее расписку брать, что это общие деньги! Лопух ты, Костя!".
А я поехала домой. В СВОЮ квартиру.
Где я сделаю тот ремонт, который хочу я. Без маминых советов.
И где больше не будет чужих носков.