Внизу пищевой цепочки идёт привычный шум: кого он заменит первым, дизайнеров или программистов, и можно ли «спрятаться» в креативе. А наверху люди с каменными лицами и большими подбородками обсуждают вещи попроще — например, что вообще человеку теперь имеет смысл работать. Маск, у которого денег уже столько, что сама идея «зарплаты» выглядит нелепо, рассуждает про «универсально высокий доход». Не базовый, не «чтобы хватило на гречку», а сразу высокий. Он пишет, что бедности в будущем не будет, копить деньги станет бессмысленно, а на подкасте у Рогана вообще описывает это как нечто райское. Только без крыльев. В целом логично: если у тебя сотни миллиардов, рай, видимо, выглядит довольно убедительно. Билл Гейтс в ответ говорит ещё скромнее: ну, может, люди будут работать два–три дня в неделю, не больше. Потому что производство, логистика и еда — «почти решённые задачи». Банкиры и корпоративные начальники осторожно поддакивают и начинают прикидывать трёх- или четырёхдневную рабочую неде