Танкер шёл в международных водах, под российским флагом и без оружия. Но этого оказалось достаточно, чтобы США подняли вертолёты, подключили авиацию и объявили захват «выполнением президентской задачи».
История с задержанием танкера Marinera в северной Атлантике выглядит не столько как операция по обеспечению безопасности, сколько как демонстрация того, где, по мнению Вашингтона, заканчивается международное право и начинается американская юрисдикция.
Американское командование в Европе сообщило о задержании судна, ранее известного как Bella 1, которое до недавнего времени ходило под панамским флагом.
После выхода из венесуэльских вод танкер сменил флаг на российский и тем самым признал юрисдикцию Российской Федерации.
Официальное объяснение США звучит привычно:
нарушение санкционного режима. Министерство юстиции, при поддержке военных, действовало на основании ордера федерального суда. Формула отработанная, почти универсальная. Проблема в том, что захват произошёл в международных водах — там, где американские ордера традиционно не имеют автоматической силы.
Тем не менее, операция была проведена как по учебнику силового давления. Вертолёты США, авиационная поддержка Великобритании, присутствие Береговой охраны и, по данным Reuters, российская подлодка и военные корабли неподалёку, шедшие навстречу танкеру.
Ситуация балансировала на грани прямого инцидента, но была разыграна в формате «молча и быстро».
Американская сторона подчёркивает: всё сделано в рамках задач президента США по обеспечению безопасности в Западном полушарии. Формулировка широкая и удобная. Под неё при желании можно подвести любой корабль, любой флаг и любую точку океана.
Москва отреагировала сдержанно, но жёстко. В МИД РФ заявили, что с тревогой отслеживают «аномальную ситуацию» вокруг российского судна, которое следовало в международных водах в полном соответствии с нормами морского права, как сообщал ТАСС.
Отдельно было подчеркнуто: внимание со стороны военных США и НАТО явно не соответствует мирному статусу танкера.
Контекст принципиален.
США с декабря обеспечивают фактическую морскую блокаду судов, связанных с Венесуэлой. Под санкции попадают не только компании, но и маршруты, флаги и даже будущие намерения.
Более того, ранее американский спецназ захватил президента Венесуэлы Николаса Мадуро и доставил его в США для судебного преследования. Каракас назвал это похищением и прямой попыткой присвоить нефтяные ресурсы страны.
На этом фоне история с Marinera выглядит не исключением, а продолжением политики: санкции больше не ограничиваются экономикой — они становятся инструментом силового контроля за морскими коммуникациями.
Ирония ситуации в том, что всё это подаётся как защита международной безопасности. Хотя по факту речь идёт о расширении санкционного режима до масштабов океана, где правила пишутся не конвенциями, а возможностями авиации и флота.
История с Marinera — это не про нефть и не про Венесуэлу. Это тест на прочность международного морского права и сигнал всему миру.
Понравилось? Поставь лайк и подпишись. В следующих публикациях ещё больше интересного!