Сообщение пришло, когда я застрял в пробке на Садовом. Просто светилось на экране: «Неизвестный номер». Я открыл его, думая о спаме или рекламе кредитов. А там — они. Лика и тот, кого я считал её братом. В парке. Она смеялась, запрокинув голову, а он целовал её в шею. Подпись была дерзкой и простой: «Ваш тёзка Слава — не брат вашей жене. Проверьте её прописку».
Рука сама сжала телефон так, что треснул защитный стекляшка. Я не почувствовал горя или ярости. Первой волной накатила... облегченная злость. Идеально. Теперь она точно подпишет.
Я ехал к адвокату, чтобы подписать последние бумаги к суду. Мой план, который я вынашивал три месяца, наконец обрел последний, идеальный козырь.
---
А началось всё, конечно, не с этого. Месяцев пять назад за ужином.
— Макс, давай купим Славе нормальные ботинки? — сказала Лика, ковыряя салат. — А то в этих его китайских «адидасах» он как бомж.
— Он у нас полгода как бомжует в моей квартире, — парировал я. — Может, хватит? Пора бы и работу найти.
— Да куда он устроится без опыта? Ты вот не хочешь помочь, вот он и мыкается.
— Лик, я ему уже помог. Крыша над головой, моя еда, моя бытовая химия. Его «мыкание» — это лежание на диване с моим PlayStation. Я в его годы уже два кредита выплачивал.
Она отодвинула тарелку. Знаменитое движение — подбородок вверх, губы трубочкой. Я когда-то это обожал, сейчас видел только манипуляцию.
— У тебя деньги есть! С него взять нечего! Он же семья!
— Моя семья — это ты. Потенциально — наши дети. А он — взрослый мужик. Пусть съезжает. Я ту квартиру продам, мы начнём строить дом.
— Ой, только не эта песня про дом в лесу! — она закатила глаза. — Я из этой сказки сюда, в цивилизацию, сбежала. Никаких огородов, покосов и запаха коровника. Ты хочешь, чтобы я обратно в этот ад?
— Да при чём тут коровник? — я уже начал злиться. — Речь о нашем будущем!
— Моё будущее — здесь, в городе. И Слава тут останется. Я не брошу его.
Это был тупик. Все разговоры упирались в этого «Славу». Я старше Лики на 15 лет, и в какой-то момент поймал себя на мысли: я не муж, а спонсор её «хрупкой» самостоятельности. Включая содержание её «брата».
---
План родился из злости. Я позвонил своему другу-юристу, Андрею.
— Слушай, ситуация идиотская. Жена, её «брат» на моей шее. Я хочу развестись так, чтобы она сама от всего отказалась.
— Без скандалов? — усмехнулся он в трубку.
— Без скандалов. Скучно, цинично и по-бухгалтерски невыгодно для неё.
— Хочешь сыграть в долги? — спросил Андрей. — Единственное, что пугает таких больше, чем остаться ни с чем, — это получить половину обязательств.
Мы придумали схему. Я оформил кредит на безумно дорогой участок в элитном посёлке. На двоих, как честный супруг, мечтающий о семейном гнезде. Под это же взял большой потребительский кредит — «на первоначальный взнос для строительства». Деньги со счетов я вывел через пару дней, оставив копейки. Лике я сказал одно:
— Ладно, Славу не трогаем. Но давай строить мечту? Я уже всё начал.
Она сияла. Думала, я сдался. Думала, её брат — вечный жилец, а я — вечный дойный банкомат.
Я ждал. Ждал, когда она перейдёт черту, чтобы моя месть не казался мне в зеркале совсем уж подлой. И вот это сообщение стало последней каплей. Теперь у меня была не только финансовая ловушка, но и причина, которая в суде сделает меня белым и пушистым.
Поездка в ту самую деревню, на «прописку», была формальностью. Мне нужны были доказательства. Её родители, бодрые пенсионеры, обрадовались гостю.
— Лидка наша? Да она в городе! Со Славой, своим парнем. А вы кто?
— Коллега, — соврал я. — Хотел передать документы. Они как, хорошо?
— Да уж не знаю! — махнула рукой мать. — Раз в полгода звонок. Говорят, работают. Славка машину купил, хвастался. Значит, неплохо.
Славка. Машину. На мои, выходит, деньги.
Вечером того дня, когда пришло фото, я вернулся домой не один. Зашёл с Андреем, будто по делу. Лика сидела на кухне.
— Лик, нам надо поговорить, — сказал я спокойно, доставая телефон. — Про Славу.
— Опять начал? — она даже не обернулась.
— Да. Вот, посмотри.
Я положил телефон перед ней на стол. Она взглянула — и обмякла вся. Потом резко вскочила.
— Это что? Это что это?! Фотошоп! Кто это прислал?!
— Неважно кто. Я был сегодня в Заречье. У твоих родителей. Здоровы, кстати. Спрашивают про тебя и твоего парня Славку.
Молчание повисло густое, тяжёлое. Она смотрела на меня, и в её глазах бегали мысли, как мыши в ловушке: отрицать? Скандалить? Рыдать?
— Ну и что? — выдавила она вдруг, и в голосе появились стальные нотки. — Ну да, он не брат. Мы... мы боялись, что ты не поймёшь. Что прогонишь.
— Лика, я тебя содержу полтора года. И его полгода. Вы просто на мне паразитировали.
— Не смей так говорить! Ты сам всё предлагал! Сам лез с помощью!
— А ты ловко пользовалась, — я устало вздохнул. — Всё, спектакль окончен. Завтра Андрей принесёт тебе бумаги на развод. Ипотеку на участок и кредиты мы, разумеется, пополам.
— Какие кредиты?! — её глаза округлились.
— На нашу с тобой «мечту», дорогая, — я открыл папку с документами. — Вот твоя подпись, вот договоры. Твоя доля — около сорока тысяч в месяц. Плюс доля в коммуналке тут.
Она молча листала бумаги, бледнея. Цифры действовали лучше любого крика.
— Ты... ты подстроил. Это ловушка.
— Это страховка, — поправил я. — От твоей алчности. Подписывай отказ от раздела имущества — и я беру долги на себя. Не подписываешь — платишь. Выбирай.
Она смотрела то на меня, то на адвоката. В её лице шла война: гордость против прагматизма.
— Я... я ничего не подпишу! Это всё нечестно! Мы пойдём в суд!
— Ради бога, — сказал Андрей, впервые вмешиваясь. Его голос был ледяным. — Но учтите, у нас уже есть показания от ваших родителей и это фото. Судья точно проникнется историей про «несчастную сестру и брата». Вам грозят не только долги, но и, возможно, признание брака фиктивным. Со всеми вытекающими.
Она замолчала. На следующий день подписала.
---
Через месяц после развода начальник вызвал меня в кабинет.
— Максим, поздравляю. Новый филиал — твой. Команду набирай сам. Кстати, Ирина из аналитического согласилась быть замом. Вы сработаетесь, она о тебе высокого мнения.
— Ирина? — я с трудом вспомнил тихую девушку, которая всегда сидела в дальнем углу на планерках.
— Да. Скромная, но гениальный аналитик. Крышесносные отчёты пишет.
Мы встретились с ней в переговорке, чтобы обсудить дела. Деловая, собранная, говорила чётко и по делу. В конце я, как полагается, сказал:
— Давай на всякий пожарный обменяемся личными номерами?
Она вдруг смутилась. Достала телефон.
— У меня... он уже есть. Я сейчас позвоню, чтобы ты мой сохранил.
Мой телефон завибрировал в кармане. На экране всплыло: «Неизвестный номер». Тот самый формат.
Я поднял глаза и посмотрел на неё. Она смотрела прямо, не отводя взгляда.
— Это был ты? — спросил я тихо.
Она кивнула. Один раз, коротко.
— Почему?
— Потому что была на той же помойке, — сказала она просто, без пафоса. — Мой «Слава» потратил пять лет моей жизни и все мои накопления на бизнес, который оказался фейком. Я его вычислила по чекам в его телефоне. А твоя жена... я видела их вместе в автосалоне. Они выбирали машину на твои, как я поняла, деньги. У меня сдали нервы. Не смогла молчать. Каюсь, подловила их в парке, как парочку влюблённых подростков.
— Ты рисковала. Я мог не поверить, принести тебе кучу проблем.
— Я аналитик, — она чуть отвела глаза. — Я просчитала риски. И твой характер. Шанс, что ты устроишь истерику, был менее 5%. Шанс, что начнёшь тихо собирать информацию — 89%.
Я рассмеялся. Впервые за много месяцев — искренне.
— Страшная женщина. А что с остальными 6%?
— Что я ошиблась в человеке, — она пожала плечами. — Но, кажется, нет.
Мы стали работать вместе. Потом — ужинать после работы. Потом она как-то сказала:
— Знаешь, а кредит на тот участок — не такая уж плохая идея. Место там и правда классное. Деньги есть, долг закрыть недолго.
— Предлагаешь реализовать легенду? — пошутил я.
— Предлагаю построить дом, — она сказала серьёзно. — Но только если там не будет «братьев» на диване. Ни моих, ни твоих.
Так и получилось. Мы его строим. Иногда я думаю о том странном сообщении. И понимаю, что лучшие инвестиции иногда приходят в самых неприглядных обёртках — в виде горькой правды от незнакомого номера.
А вам доводилось получать такие «неудобные» сообщения или правду от посторонних? Как вы поступали — благодарили или злились на вмешательство? Пишите в комментариях, тема благодатная. И если моя история хоть чем-то задела — поставьте, пожалуйста, лайк. Мой внутренний бухгалтер, который всё ещё подсчитывает убытки от прошлого, любит позитивную статистику.