Сегодня мы легко бросаем фразу «галопом по Европам», когда говорим о чём-то беглом, поверхностном и не слишком вдумчивом. Но у этого выражения есть вполне конкретный адрес, дата и даже герои.
В 1927 году Народный комиссариат просвещения отправил в Европу трёх молодых комсомольских поэтов — Александра Жарова, Александра Безыменского и Иосифа Уткина. Поездка была серьёзной: культурная программа, творческие вечера, встречи с зарубежными коллегами. За два месяца они успели побывать в Чехословакии, Австрии, Швейцарии, Франции и Италии.
Правда, не везде их принимали радушно. В Праге и Вене поэтов вызывали в полицию и просили срочно покинуть страну — мероприятия сочли пропагандистскими. Европа оказалась не только гостеприимной, но и настороженной.
Самым тёплым эпизодом путешествия стала Италия. В Сорренто молодые поэты провели десять дней у Максима Горького: гуляли вдоль Неаполитанского залива, читали стихи, устраивали музыкальные вечера.
Вернувшись в СССР, Александр Жаров опубликовал в «Комсомольской правде» путевые заметки под названием «Галопом по Европам». Советскому читателю они понравились. А вот Горькому — нет.
В 1928 году он публично раскритиковал очерки за небрежность и фактические ошибки. Особенно его возмутило, что Неаполь в тексте оказался на берегу Адриатического моря. Для Горького это было не просто географической оплошностью, а симптомом — поверхностного взгляда, спешки, нежелания всматриваться в чужую культуру.
Он язвительно заметил: современные путешественники приезжают в Европу будто бы лишь затем, чтобы посмотреть, как она «разваливается», и не считают нужным узнавать её по-настоящему. Так выражение «галопом по Европам» стало меткой формулой — сначала литературной критикой, а затем и крылатой фразой.
Сегодня мы используем её почти не задумываясь. А между тем за ней — спор о глубине взгляда, ответственности слова и умении видеть мир не на бегу, а всерьёз.