Александр осторожно повернул ключ в замке, стараясь не издать ни звука. В руках он держал огромный букет белых роз, любимых цветов Елены, и маленькую бархатную коробочку с браслетом, который высматривал полгода. Пять лет вместе. Пять лет счастья, как он думал.
Часы показывали семь вечера. Елена должна была вернуться с работы через полчаса. Александр улыбнулся, представляя её удивлённое лицо. Он планировал спрятаться в кладовке у прихожей и выскочить с криком «Сюрприз!», как только она переступит порог.
Он залез в узкую кладовку, прикрыл дверь, оставив небольшую щель. Темнота, запах старых пальто. Александр усмехнулся, как в детстве, когда играл в прятки с младшей сестрой.
Прошло минут двадцать. Входная дверь открылась. Александр напрягся, готовясь к выходу, но замер - вместе с Еленой в квартиру вошёл кто-то ещё. Мужской голос. Знакомый голос.
— Саша сегодня задерживается на работе? — спросил Денис, лучший друг Александра.
Сердце Александра ёкнуло. Что Денис делает здесь?
— Он сказал, что будет к девяти, — ответила Елена. В её голосе звучали нотки, которых Александр никогда раньше не слышал. Мягкость. Нежность. — У нас есть время.
Шаги приблизились к гостиной. Александр сжал букет так сильно, что шипы впились в ладони сквозь обёртку.
— Лена, я больше не могу так, — голос Дениса был напряжённым. — Эти встречи украдкой, вранье... Когда ты наконец скажешь ему?
Тишина. Александр почувствовал, как холодеет кровь в жилах.
— Завтра, — тихо произнесла Елена. — Я завтра все ему расскажу и подам на развод.
— Ты серьёзно? — в голосе Дениса прорезалась надежда. — Не передумаешь в последний момент?
— Нет. Сегодня последний раз притворяюсь. Последний вечер в этом театре.
Смех. Елена смеялась — легко, свободно.
— Он такой наивный, твой Саша, — продолжала она. — Месяц назад переписал на меня трёхкомнатную квартиру на Садовой. Сказал, что хочет, чтобы я чувствовала себя защищённой. Идиот.
Это слово ударило Александра, как пощёчина. Та квартира... Он купил её давно на все свои сбережения, хотел сделать инвестицию в их будущее. Переписал на Елену, потому что она мечтала о собственной недвижимости.
Александру в голову пришла мысль включить диктофон, включил.
— Лен, ты уверена, что так правильно? — голос Дениса вдруг стал серьёзным. — Он мой друг...
— Был твоим другом, — перебила его Елена. — Ты сделал выбор два года назад, когда поцеловал меня на дне рождения. Или ты жалеешь?
— Нет! Нет, конечно. Я люблю тебя. Просто... у меня неприятное чувство, он такого не заслужил.
— Заслужил, — голос Елены стал жёстким. — Заслужил тем, что всегда ставил работу на первое место, тем, что скучный, предсказуемый, с ним нет никакой страсти.
Александр зажал рот рукой, чтобы не закричать. Букет выскользнул из пальцев и беззвучно упал на пол кладовки.
— И я хочу детей, — продолжила Елена. — Он не смог мне дать их. А мне тридцать восемь, Денис. Тридцать восемь! С тобой у меня ещё есть шанс.
— Мы заведём детей, обещаю, — в голосе Дениса была такая нежность, что Александра затошнило. — Как только ты разведёшься, мы сразу...
— Тише, — Елена его прервала. — Пойдём в спальню. У нас мало времени.
Шаги, скрип паркета, звук закрывающейся двери.
Александр сидел в темноте кладовки, не в силах пошевелиться.
Два года они его предавали. Два года Денис приходил к ним в гости, хлопал его по плечу, а потом...
Александр медленно поднялся. Ноги едва держали. Он тихо вышел из кладовки, потом достал телефон и открыл контакты.
Адвокат. Ему нужен адвокат. Немедленно.
Пока набирал номер, до него донёсся смех из спальни. Её смех. Тот самый, который он так любил слышать. Только теперь этот смех предназначался не ему.
— Алло, Виктор Петрович? Это Александр Морозов. Мне нужна консультация. Срочно. Завтра утром. Нет, не могу ждать до понедельника... Да, я понимаю, что завтра суббота... Виктор Петрович, речь идёт о разводе, мошенничестве с недвижимостью и разделе имущества. Я заплачу двойной гонорар, но мне нужна встреча завтра в девять утра.
Он говорил тихо, но твёрдо. Каждое слово давалось с болью, но он продолжал.
Закончив разговор, Александр посмотрел на коробочку с браслетом, лежавшую на столе. Сто пятьдесят тысяч рублей. Платина и бриллианты. Он мечтал увидеть его на её запястье. А теперь…
Он взял ключи и бесшумно вышел из квартиры. На лестничной площадке остановился, достал телефон и отправил одно сообщение Елене: «Задержусь. Не жди».
Пусть они наслаждаются своей последней ночью обмана.
А завтра начнётся борьба. И Александр не собирался проигрывать.
Он спустился по лестнице, вышел на улицу. Шёл снег. Крупные белые хлопья кружились в свете фонарей. Александр поднял голову к небу, чувствуя, как холодные снежинки тают на лице, смешиваясь со слезами, которые он больше не сдерживал.
Несколько лет семейной жизни закончились в одночасье. В кладовке, среди старых пальто и нафталина.
И всё, что осталось это снег, тишина и жгучая боль предательства, которая, он знал, не утихнет никогда.
Утро после
Александр не спал всю ночь. Сидел в машине на пустой парковке у торгового центра, смотрел в одну точку и прокручивал в голове каждое слово, каждую фразу. «Идиот». «Скучный». «Последний раз притворяюсь».
В шесть утра он поехал в круглосуточное кафе, выпил три чашки кофе подряд, пытаясь привести мысли в порядок.
Ровно в девять он поднялся в офис адвоката на двенадцатом этаже бизнес-центра. Виктор Петрович Самойлов, мужчина лет шестидесяти с проницательным взглядом, встретил его с чашкой крепкого чая.
— Рассказывайте, — коротко сказал он, усаживаясь за стол.
Александр рассказал всё. Каждую деталь. Адвокат слушал молча, изредка делая пометки в блокноте.
— Квартиру переписали на супругу месяц назад? — уточнил Виктор Петрович.
— Да. Трёхкомнатная на Садовой. Куплена на мои деньги до свадьбы, но месяц назад я переоформил на неё.
— У вас есть доказательства того, что квартира приобретена именно на ваши средства?
— Все банковские выписки, договор купли-продажи. Я всё сохранил.
Адвокат кивнул.
— Хорошо. Теперь главное: у вас есть доказательства измены и сговора по завладению имуществом?
— Я слышал их разговор, частично записал. Могу в деталях пересказать.
— Этого недостаточно для суда. Нужно больше записей, переписки, фото. — Виктор Петрович постучал ручкой по блокноту. —Вот что предлагаю. Вы возвращаетесь домой и записываете все разговоры на диктофон телефона. Спровоцируйте откровенный разговор. В России аудиозапись, сделанная одним из участников разговора, допустима как доказательство.
— Вы хотите, чтобы я пришёл домой и... что? Устроил сцену?
— Нет. Хочу, чтобы Вы включили голову. — Адвокат снял очки, посмотрел Александру прямо в глаза. — Они считают Вас идиотом. Используйте это. Сыграйте роль. Пусть они думают, что вы ничего не знаете. А сами соберите доказательства - записи разговоров, скриншоты переписок, если доберётесь до её телефона. Чем больше, тем лучше. Затем подаём на развод первыми и оспариваем оформленные документы на квартиру.
— А если она подаст завтра, как обещала Денису?
— Тогда у Вас меньше козырей. Но даже в этом случае мы можем бороться. — Виктор Петрович надел очки обратно. — Идите домой, Александр. И будьте актёром. Лучшим актёром в своей жизни.
***
В половине одиннадцатого Александр вставил ключ в замок своей квартиры. Рука дрожала. Он сделал глубокий вдох, включил диктофон на телефоне в кармане пиджака и толкнул дверь.
Елена вышла из спальни в халате, волосы растрёпаны, на лице удивление.
— Саш? Ты когда вчера вернулся? Я не слышала.
Жена даже не заметила, что его не было всю ночь.
— Не стал тебя будить, — он заставил себя улыбнуться. — А утром вышел прогуляться. Ты ещё не завтракала?
— Нет, только встала. — Она зевнула, потянулась. — Я тебе кофе сварю.
Александр прошёл в гостиную, сел на диван. Смотрел, как она ходит по кухне, насыпает кофе в турку, достаёт чашки. Те же движения, что и тысячу раз до этого. Но теперь каждый её жест казался фальшивым.
— Лен, — позвал он. — Помнишь, какой вчера день был?
Она замерла на секунду, потом обернулась с улыбкой.
— Конечно помню. Пять лет нашей свадьбы. Прости, любимый, я так устала на работе, что просто вырубилась. Ты же вернулся поздно, я уже спала, да?
Ложь. Спокойная, уверенная ложь.
— Да, — кивнул Александр. — Я тоже забегался. Думал, мы сегодня отметим?
— Конечно! — Елена принесла ему кофе, села рядом. — Давай сегодня вечером сходим в ресторан? В наш любимый?
Она положила руку ему на колено. Прикосновение, которое раньше согревало, теперь обжигало.
— Лен, а ты счастлива? — вдруг спросил он, глядя ей в глаза. — С нами? Со мной?
Её глаза расширились. Секундная заминка.
— Что за странный вопрос? Конечно, счастлива. Саша, что случилось?
— Просто... — он сделал паузу. — Иногда мне кажется, что ты далеко, а я все время занят работой. Мне не хочется тебя потерять.
Елена замялась, а потом обняла его за плечи.
— Ты меня не потеряешь. Никогда. Это навсегда.
«Навсегда», — повторил про себя Александр. Ещё вчера он верил в это слово.
Телефон Елены зазвонил. Она метнулась к сумке, схватила его, посмотрела на экран. Лицо дрогнуло.
— Извини, надо ответить. — Она быстро вышла в спальню, закрыла дверь.
Александр остался один в гостиной. Достал свой телефон, остановил запись. Одна есть. Нужно больше.
Он подошёл к двери спальни, прислушался. Елена говорила тихо, но слова различались:
— Не сейчас... Я не могу... Он дома... Нет еще не сказала…. Вечером, ладно? Да, я тоже... Пока.
Дверь распахнулась. Елена вышла, натянуто улыбаясь.
— Дизайнер. Проблемы с заказом. — Она посмотрела на часы. — Слушай, хоть и выходной, но мне нужно съездить на работу. Ты не против? К ресторану успею.
— Конечно, езжай. Работа важна.
— Ты лучший! — Она чмокнула его в щёку, быстро оделась и выбежала из квартиры.
Александр проводил её взглядом. Потом вернулся в гостиную, сел на диван и опустил голову в ладони.
Играть роль было невыносимо больно. Смотреть в глаза и делать вид, что веришь. Обнимать и не чувствовать отвращения.
***
В четверг Александр вернулся домой раньше, чем обычно. В квартире было тихо, только в спальне горел свет. В прихожей он услышал приглушённые голоса. Дверь спальни была прикрыта, как тогда.
Он шагнул ближе, остановился у тонкой стены. Сердце стучало в горле. Голоса становились отчётливее.
— Лена, сколько ещё это будет продолжаться? — голос Дениса был раздражённым, сорванным. — Ты говорила: после годовщины сразу подашь на развод. Уже почти неделя прошла.
— Тсс, не кричи, — зашипела Елена. — Он может прийти в любую минуту.
— Ты сказала, что всё решила, — Денис не унимался. — Что изменилось?
Пауза. Александр почти видел, как она закатывает глаза.
— Ты не видел его в тот день. Такой… внимательный, романтичный. У меня язык не повернулся. Я что, совсем монстр?
— Лена, не начинай, — отрезал Денис. — Мы уже два года так живём. Ты с мужем, а ко мне украдкой. Мне это надоело.
— Ещё пару дней, — устало сказала она. — Я всё продумала. Пусть немного расслабится - и всё. Подпишет документы на развод, даже не моргнёт.
— А квартира? — Денис понизил голос. — Ты уверена, что с ней всё чисто?
Елена усмехнулась.
— Дорогой, он месяц назад сам всё на меня переписал. Добровольно. Из любви, понимаешь? — в голосе зазвучала откровенная насмешка. — Я уже новую мебель присмотрела.
— То есть ты на сто процентов уверена? — Денис всё ещё сомневался. — Не боишься, что очнётся, передумает?
— А с чего ему очнуться? — холодно отрезала она. — Он меня на пьедестал поставил. Для него я святая жена. Скажу, что устала, что «надо подумать», разыграю пару сцен со слезами и он ещё виноватым себя почувствует. Он мягкий. Он не из тех, кто рвёт и бросает.
Слова «мягкий» и «не из тех» обожгли сильнее, чем «идиот» в тот первый вечер.
— Ладно, — Денис выдохнул. — Только смотри, Лена. Я не хочу ещё один год ждать. Либо мы живём нормально, либо я ухожу.
— Не уйдёшь, — уверенно сказала она. — Ты тоже меня любишь. Потерпи совсем чуть-чуть. Я всё держу под контролем.
Послышался шорох, приглушённый смех и поцелуй. Через минуту дверь спальни хлопнула, затем щёлкнул замок входной двери - Денис ушёл. Елена включила воду в ванной, напевая под нос.
Александр стоял в полутьме все в той же кладовки, сжимая телефон в кармане. Диктофон уже записывал - с той секунды, как он подошёл к стене. Ему даже не пришлось ничего делать: они сами сказали всё, что было нужно.
«Ещё пару дней», «Квартира уже моя», «Я всё держу под контролем», «Я уже новую мебель присмотрела».
Контроль был у него. Просто они об этом ещё не знали.
Развязка
Прошла неделя. Семь дней ада, которые Александр провел в маске покорного мужа. Улыбался Елене за завтраком, целовал её на ночь, благодарил за заботу. Всё это время он собирал улики: записи разговоров, скриншоты переписок из её незаблокированного ноутбука, фото сообщений Дениса с её телефона, который она оставляла в ванной. Всё отправлял адвокату.
Виктор Петрович работал параллельно. Проверял документы на квартиру, искал лазейки, готовил иск о мошенничестве. «У нас железный кейс», — написал он Александру на шестой день.
Седьмое утро. Александр сидел за кухонным столом с чашкой кофе. Елена вошла в кухню в шелковом халате, свежая и отдохнувшая.
— Доброе утро, любимый, — проворковала она, целуя его в макушку. — Сегодня какой-то особенный день? Ты загадочно выглядишь!
— Особенный, — согласился Александр. Голос ровный, как поверхность озера перед бурей. — Сегодня пять лет и неделя с нашей годовщины. Хочешь, отметим?
Елена улыбнулась. В её глазах блестел триумф, она думала, что победа близко.
— Конечно! Куда пойдём?
— Никуда. Устроим дома. Только ты, я... и ещё кое-кто.
Она замерла.
— Кто?
В этот момент раздался звонок в дверь. Александр встал, открыл. На пороге стоял Денис с цветами. Лицо жены вытянулось при виде Дениса.
— Денис? Ты... как здесь?
— Проходи, друг. — коротко ответил Александр — Нам нужно поговорить… Втроем.
Александр усадил жену и Дениса в гостиной напротив телевизора. Руки у обоих дрожали по‑настоящему, без игры.
— Сначала послушаем, — спокойно сказал он. — А потом поговорим.
Он открыл ноутбук, включил первую запись.
Из динамиков раздался знакомый голос Елены:
— Сегодня последний раз притворяюсь. Завтра подам на развод, и мы наконец будем вместе. Квартиру он переписал на меня месяц назад - идиот.
Денис судорожно сглотнул, Елена побледнела.
— Это... это вырвано из контекста, — сипло сказала она. — Мы просто обсуждали...
Александр поднял руку.
— Тихо. Там есть продолжение.
Он перемотал чуть дальше - прозвучали слова про «скучного», «нет страсти», «он всё заслужил».
— Это первая запись, — ровно сказал Александр. — Годовщина. Пять лет брака. Я с цветами в кладовке, вы - с планом, как меня ободрать.
Он нажал другую кнопку.
— А теперь -вторая. Через неделю. Ты, Денис, должен её особенно оценить.
Послышался голос друга, резкий, нервный:
— Лена, сколько ещё это будет продолжаться? Ты говорила: после годовщины сразу подашь на развод. Уже неделя прошла.
— Ещё пару дней. Пусть расслабится после своей годовщины и всё. Подпишет, даже не моргнёт. Он мягкий, он не из тех, кто рвёт и бросает.
— А квартира?
— Он месяц назад сам всё на меня переписал. Добровольно. Я уже новую мебель присмотрела. Этот его «семейный» диван — на помойку.
Елена зажмурилась, как от пощёчины.
— Хватит, — прошептала она. — Выключи, пожалуйста...
Александр остановил запись.
— Вот теперь картина полная, — сказал он. — Первый разговор это планы на развод и делёж. Второй - контрольный: «ещё пару дней потерпеть мужа», «он подпишет, как миленький», «я уже мебель в мою квартиру присмотрела».
Он достал из папки бумаги и положил на стол.
— Здесь иск в суд. Развод по моей инициативе. Здесь — заявление об оспаривании квартиры как сделки, совершённой под влиянием обмана и заблуждения. Аудиозаписи, переписки и скриншоты к делу уже приложены.
Денис поднял глаза:
— Саш, подожди… Мы можем всё объяснить…
— Что именно? — Александр посмотрел на него холодно. — Что тебя «занесло» к ней в постель? Или что «новая мебель» в моей квартире важнее, чем пять лет моей жизни?
Елена сорвалась первой.
— Саша, я… Я не хотела так жёстко, правда! Я думала, мы разойдёмся мирно. Ты хороший, ты найдёшь другую… — слова путались. — Я просто устала жить как... как в болоте.
— В болоте, — кивнул Александр. — В болоте, где муж работает по двенадцать часов, чтобы ты «устала» в дизайнерском чате и могла присматривать новую мебель в квартире, которую муж оплатил. Понимаю.
Он встал.
— Всё просто. С этого момента вы оба мне никто. Квартира моя. Документы будем отменять. У меня адвокат, сильный адвокат. Вы идете за дверь.
— Куда я пойду? — Елена всхлипнула. — У меня тут всё…
— Не переживай, — голос Александра оставался ровным. — Ты же сама сказала: «Я не пропаду. Я всё держу под контролем». Вот и контролируй. У тебя есть Денис. У него тоже диван найдётся. Пока старый.
Денис сжал кулаки.
— Саш, это нечестно. Мы тоже люди, мы имеем право на счастье…
— Имеете, — перебил Александр. — Только не за мой счёт и не в моей квартире. Ваше счастье — за своим порогом.
Он подал Елене её сумку и куртку, Денису — цветы.
— Убирайтесь. Чем быстрее, тем лучше для всех нас.
Елена попыталась дотронуться до него.
— Саша, пожалуйста…
Он убрал её руку.
— Поздно. Это ты хотела суд. Документы уже поданы. Теперь всё будет честно - без «ещё пару дней потерпеть мужа».
Дверь хлопнула. Тишина казалась почти физической.
Александр подошёл к окну, открыл форточку. Холодный воздух ударил в лицо.
Контроль действительно был. Только не у неё - у него.
Пять лет брака закончились двумя записями: одной в кладовке, второй — через стену спальни. Этого хватило, чтобы разрушить их ложный мир и защитить свой.
Он взял ключи, ещё раз оглядел пустую гостиную, усмехнулся и вышел из квартиры навстречу новой жизни.