Праздник Обрезания Господня стоит в церковном календаре на восьмой день после Рождества. Евангелие говорит об этом кратко и спокойно: «По прошествии восьми дней, когда надлежало обрезать Младенца, дали Ему имя Иисус» (Лк. 2:21). Но за этой краткостью – глубокий смысл: здесь сходятся древний закон и откровение о том, что Христос вошел в человеческую жизнь по-настоящему.
Обрезание как знак Завета
В Ветхом Завете обрезание было установлено как знамение Завета между Богом и избранным народом. Оно восходит к Божию повелению Аврааму: «…обрезывайте крайнюю плоть вашу: и сие будет знамением завета между Мною и вами» (Быт. 17:10-11).
Это был не просто обряд – это был знак принадлежности к Божьему народу и принятия Завета, за которым стояла ответственность и послушание Богу. В Писании строго сказано, что отказ от этого знака понимался как нарушение Завета (Быт. 17:14).
Для христианина естественной параллелью становится Крещение: через него человек входит в Церковь и начинает жизнь в Новом Завете. Апостол Павел прямо сопоставляет эти реальности, говоря об «обрезании нерукотворенном» и о том, что мы «погребены с Ним в крещении» (Кол. 2:11-12).
Наречение имени: не деталь, а смысловой узел
Евангелие связывает обрезание и наречение имени: «…дали Ему имя Иисус, нареченное Ангелом прежде зачатия Его во чреве» (Лк. 2:21).
Имя в библейском сознании – не формальность. Оно указывает на личность и на призвание. В самом имени «Иисус» заключено исповедание: Бог приходит не как отвлеченная сила, а как Личность, входящая в человеческую историю.
Христос принимает Закон – и тем открывает Новый Завет
Особенно важно, что Сам Христос, родившийся без греха, принимает на Себя ветхозаветное установление. Он входит в жизнь народа не как сторонний наблюдатель, а как Тот, Кто разделяет человеческую участь и принимает законное устроение Своего времени.
Это помогает увидеть: воплощение было не "как будто". Христос не явился призрачно, не принял человеческую природу частично. Он стал человеком во всей реальности человеческой жизни. Апостол Павел выражает эту истину так: «…в Нем обитает вся полнота Божества телесно» (Кол. 2:9). Поэтому в празднике Обрезания слышится та же вера, что и в Рождестве: Бог действительно вошел в нашу плоть и нашу историю.
Именно против разного рода "высоких" объяснений, которые отрывали Христа от реального человеческого бытия, апостол и предостерегает: «Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас философиею и пустым обольщением… а не по Христу» (Кол. 2:8). Здесь речь не о презрении к разуму, а о том, что вера не может быть заменена идеями, если эти идеи искажают истину о Боговоплощении.
Обрезание Христово и Крещение
Закон обрезания не продолжается в Церкви как обязательный ветхозаветный знак – потому что Новый Завет дан иначе. Апостол Павел говорит, что во Христе мы «обрезаны … обрезанием Христовым» (Кол. 2:11). И поясняет, что это совершается через Крещение: «быв погребены с Ним в крещении, в Нем вы и совоскресли верою» (Кол. 2:12).
То есть смысл переносится с внешнего знака на внутреннее: совлечение "греховного тела плоти", начало новой жизни, соединение со Христом. В этом и раскрывается праздничная тема: Христос принял на Себя ветхозаветный знак, чтобы дать нам возможность войти в Новый Завет не через телесное действие, а через Таинство, которое делает человека участником Его жизни.
Праздник Обрезания Господня напоминает о двух вещах одновременно.
Во-первых, о реальности воплощения: Христос стал человеком не на словах, а в самой ткани человеческой жизни.
Во-вторых, о том, что Новый Завет требует не внешнего знака, а внутреннего обновления: соединения со Христом в Крещении и жизни, которая из этого соединения вырастает (Кол. 2:10-12).
Так восьмой день после Рождества становится не "добавлением" к празднику, а его продолжением: Церковь смотрит на Младенца Христа и исповедует – Он истинно Человек и истинно Бог, пришедший к нам и ради нас.
🌿🕊🌿