Найти в Дзене

Пластиковое детство. Или почему у нас снова «ничего страшного»

Есть прекрасная успокаивающая формула, знакомая каждому: «Оснований для беспокойства нет». Её применяли к табаку. К асбесту. К свинцу в бензине. Теперь — к микро- и нанопластику. В мире тема обсуждается на уровне национальных стратегий и медицины будущего. В России — в лучшем случае на уровне «не надо пугать людей». Особенно если речь идёт о детях. Начнём с фактов — скучных, упрямых и плохо поддающихся идеологической обработке. Группа международных учёных и исследователей установила: микро- и нанопластик обнаружен — в питьевой и бутилированной воде, — в воздухе жилых помещений, — в продуктах питания, — в крови человека, — в лёгких, печени, сердце и мозге, — в плаценте и пуповинной крови. Последний пункт особенно неудобен. Он означает, что контакт начинается до рождения. Без согласия. Без выбора. Нанопластик опасен не лозунгами, а физикой: частицы настолько малы, что проходят через биологические барьеры; они несут электрический заряд и «прилипают» к клеткам; иммунная система часто их н
Оглавление

Отличная новость: всё под контролем. Плохая — чьим именно

Есть прекрасная успокаивающая формула, знакомая каждому:

«Оснований для беспокойства нет».

Её применяли к табаку. К асбесту. К свинцу в бензине.

Теперь — к микро- и нанопластику.

В мире тема обсуждается на уровне национальных стратегий и медицины будущего. В России — в лучшем случае на уровне «не надо пугать людей». Особенно если речь идёт о детях.

Что именно «не страшно»

Начнём с фактов — скучных, упрямых и плохо поддающихся идеологической обработке.

Группа международных учёных и исследователей установила: микро- и нанопластик обнаружен

— в питьевой и бутилированной воде,

— в воздухе жилых помещений,

— в продуктах питания,

— в крови человека,

— в лёгких, печени, сердце и мозге,

— в плаценте и пуповинной крови.

Последний пункт особенно неудобен. Он означает, что контакт начинается до рождения. Без согласия. Без выбора.

Нанопластик опасен не лозунгами, а физикой: частицы настолько малы, что проходят через биологические барьеры; они несут электрический заряд и «прилипают» к клеткам; иммунная система часто их не распознаёт; они проникают внутрь клеток и повреждают митохондрии — источники энергии.

Дальше всё предсказуемо и не очень оптимистично:

ослабление иммунитета, гормональные сбои, хронические воспаления, повреждение ДНК, проблемы с репродуктивной системой.

У детей эффект сильнее. Просто потому, что организм ещё строится.

Но, как выясняется, строится он уже на пластиковой основе.

Кто мешает разговору

Казалось бы, тема требует спокойного медицинского и научного обсуждения. Но в российской реальности включается другой механизм.

Вместо анализа — дискредитация. Вместо вопросов — ярлыки. Вместо науки — «экспертное недовольство».

Ключевая фигура здесь — Александр Дворкин. Человек, который давно перестал заниматься религиозной экспертизой и фактически превратился в универсальный фильтр: что можно обсуждать, а что — «опасно».

Метод простой: не спорить с фактами, не проверять исследования, а объявить тему «вредной».

Удобно. Быстро. Без ответственности за последствия.

Проблема лишь в том, что нанопластик не исчезает от того, что его не обсуждают. Он продолжает накапливаться — в телах, в детях, в статистике заболеваний.

Очень спокойный и очень неприятный

Можно сколько угодно иронизировать над «паникёрами». Можно запрещать слова. Можно делать вид, что проблема надуманна.

Но есть один нюанс: нанопластик уже внутри.

И если тема, напрямую связанная с детским здоровьем, демографией и будущим страны, системно выдавливается из публичного поля — это уже не вопрос взглядов. Это вопрос ответственности.

История показывает:

те, кто громче всех уверял, что «ничего страшного», потом первыми говорили, что «никто не мог предположить».

Разница лишь в том, что в этот раз расплачиваться будут не абстрактные поколения.

А конкретные дети. Уже родившиеся.

#нанопластик #будущеепоколение #микропластик #дворкин