Представьте: вы садитесь ужинать в кругу знатной компании, тянетесь к аппетитному куску мяса и… достаёте вилку. В ту же секунду разговоры стихают. На вас смотрят с ужасом, кто-то шепчется, а самые набожные — украдкой крестятся.
Бред? Фантазия? Нет. Это реальность европейского Средневековья.
Этот привычный предмет, без которого мы не мыслим обеда, сотни лет считался не просто дурным тоном, а настоящим дьявольским изобретением. Как обычная вилка превратилась в атрибут Сатаны и почему за её использование можно было поплатиться репутацией, а то и свободой?
«Искусственные пальцы»: оскорбление для Бога
Главная претензия церкви была простой и убийственно логичной: «Бог дал человеку пальцы, чтобы есть. Зачем ему искусственные?»
Использование вилки считалось прямым оскорблением Творца. Это было проявлением гордыни, изнеженности и, что хуже всего, — нежелания прикасаться к пище, дарованной свыше. Священники гремели с кафедр, что это «излишняя и греховная деликатность».
- Идея №1: Вилка — это неестественно. Зачем нужны какие-то металлические костыли, если у тебя есть руки?
- Идея №2: Вилка — это грех чревоугодия. Она позволяла есть более горячую и изысканную пищу, а значит, потакала плотским удовольствиям.
Но самый мощный удар по репутации вилки нанесло её внешнее сходство с одним очень известным инструментом…
Два зубца — прямая отсылка к дьяволу
Именно двузубая вилка, прародительница современной, стала настоящим «красным флагом» для средневекового человека. Её форма до ужаса напоминала дьявольские вилы, которыми мучают грешников в аду.
В глазах верующих, есть таким прибором было всё равно что подписывать договор с нечистой силой. Это был вызов, демонстрация своего пренебрежения к божественным законам.
Один из самых ярых противников вилки, кардинал Пётр Дамиани, в XI веке прямо писал, что это — «инструмент дьявольской суетности».
Божественная кара: как вилка «убила» принцессу
Откуда вообще взялась эта «зараза»? Из Византии — средоточия роскоши, богатства и, как считали в «простой» Европе, порока.
В 1004 году византийская принцесса Мария Аргиропулина прибыла в Венецию, чтобы выйти замуж за сына дожа. С собой она привезла сундук с приданым, где среди прочих диковинок лежали золотые вилочки. На свадебном пиру, на глазах у ошеломлённой венецианской знати, она принялась есть ими, а не руками.
Венецианцы были в шоке. А через пару лет принцесса умерла от чумы.
Вердикт Петра Дамиани был скор и беспощаден: «Это божественная кара!» За свою гордыню и использование «дьявольского инструмента» принцесса поплатилась жизнью. После этого репутация вилки была уничтожена на несколько столетий.
Медленное завоевание мира
Даже спустя века вилка оставалась «итальянской штучкой», символом изнеженности. Когда Екатерина Медичи в XVI веке привезла её во Францию, мужчины-аристократы долгое время отказывались ею пользоваться, считая это «не по-мужски». Сам «король-солнце» Людовик XIV демонстративно ел руками до конца своих дней.
Лишь к XVIII-XIX векам, когда изменились представления о гигиене, вилка наконец-то победила. Люди поняли, что есть общими руками из общего блюда — не лучшая идея.
Так, «греховный прибор», прошедший путь от символа дьявольщины до незаменимого атрибута на нашей кухне, стал молчаливым свидетелем того, как меняется мир. История, которая доказывает: то, что сегодня кажется нам дикостью, вчера было нормой. И наоборот.
Как вы думаете, какие привычные нам сегодня вещи или технологии наши потомки сочтут дикостью и почему? И как часто мы сами боимся нового, просто потому что оно кажется нам «неестественным»?