Чем ближе по времени к нам, современникам, жил гений, тем больше легенд и слухов ходит вокруг его жизни и смерти. Для многих не имеют значения ни официальные версии, ни возможность мыслить критически. Они смотрят на всё со своей колокольни и утверждают только свою правду. Таких обычно очень много в комментариях. Они лично присутствовали во время прощания Колчака и Анны Тимирёвой, видели как Есенин затягивал петлю на шее и точно уверены, что «Высоцкий никогда-никогда-никогда не доставал сём себе «лекарство».
Да, официальные версии есть. Но один наш читатель Геннадий Бульба утверждает, что у него есть личный архив, по которому можно восстановить последние полгода жизни Высоцкого. И это интересная версия, похожая на возможную правду.
UGC – это источник спорный. Однако нам показалось, что доля истины в этом есть.
Простите нас, Владимир Семёнович, мы не устаем говорить о Вас только по одной причине. Эта причина – любовь.
Последнее лето Владимира Высоцкого
Геннадий Бульба:
«7 января 1980 года Высоцкий подал Любимову заявление: «Прошу предоставить мне творческий отпуск сроком на один год...» Любимов заявление подписал. Высоцкий практически из театра ушёл, оставив за собой право играть по договору в спектаклях — «Гамлет», «Вишнёвый сад» и «Преступление и наказание».
Из интервью В. Высоцкого корреспонденту иновещания Московского радио И. Шестаковой, данного 8 января 1980 года в антракте спектакля «Гамлет»: «...Но я ведь не очень люблю актёрскую профессию и сейчас ухожу из неё потихоньку — из театра и из кино. Я предпочитаю исполнительской работе творческую, авторскую, когда сам делаешь и сам воплощаешь...»
Высоцкий не «ходил за своим горьким спасением» никогда сам.
Да, 22 июля Высоцкому позвонили из ОВИРа и пригласили зайти за загранпаспортом. Но какая «таёжная глушь»? В этот же день Высоцкий покупает билет в Париж; вечером он позвонил Марине Влади и сообщил ей, что приобрёл билет в Париж на 29 июля.
Консилиум врачей 23 июля вынес приговор: транспортировать нельзя. А. Федотов: «23 июля при мне приезжала бригада реаниматологов из Склифасовского». Федотов, как обычно, врёт. Вот слова одного из реаниматоров, приезжавшего к Высоцкому в тот день, — Леонида Сульповара: «23-го я дежурил. Ко мне приехали Янклович и Федотов. Говорят, что Высоцкий совсем плохой. Мы посоветовались (вместе со мной был Стас Щербаков, он тоже работал в реанимации и хорошо знал Володю) и решили: надо его брать в больницу. Договорились, что заберём Володю 25 июля, когда освободится бокс».
24 июля. «Мама, я сегодня умру...» — этих слов Высоцкий не произносил, об этом вспоминала сама мать Высоцкого. В первой половине дня из Днепропетровска прилетел В. О. Абдулов. Ближе к вечеру приехали В. Янклович, А. Федотов и О. Афанасьева. Все вместе поднялись к В. Нисанову — фотографу и другу В. Высоцкого. У Нисанова друзья пробыли до двух ночи. Потом спустились к Высоцкому. В 2:30 Нисанову позвонили и попросили принести немного вина Высоцкому. Он спустился — все пятеро были на кухне, жарили яичницу. Нисанов отдал вино и ушёл. В 3:00 уехали Янклович и Абдулов. Остались Высоцкий, Федотов и Афанасьева.
О том, что произошло дальше, и Федотов, и Афанасьева врут. Видимо, кто-то им приказал говорить именно так. Кто? А может, они сами сговорились так говорить? И Федотов, и Афанасьева говорят, что оба уснули, как умер Высоцкий, — не видели. По материалам моего архива я могу смоделировать, что было дальше. Кому звонил Федотов, кто приехал и чем всё закончилось».
Сомнений не может быть только в том, что в тот день Владимира Высоцкого, легенды и гения, не стало.
Версия, основанная на данных из открытых источников:
Высоцкий: последнее предчуствие в последний день жизни
Изображение создано при помощи ИИ