– Алёна, это я, Вика! У меня такие новости! – в трубке звучал восторженный голос, от которого у меня заныло где-то под рёбрами.
Мы с Викой не разговаривали больше полугода. Последний раз виделись на дне рождения общей знакомой, обменялись парой фраз о погоде и разошлись по разным углам кафе.
– Привет, – я перехватила телефон поудобнее и отложила калькулятор. Квартальный отчёт мог подождать.
– Я выхожу замуж! Через три недели! И знаешь что? Я хочу, чтобы именно ты была моей свидетельницей!
Я молчала. В голове проносились картинки из прошлого: как мы с Викой в пятом классе клялись в вечной дружбе, как вместе поступали в университет, как она забыла про мой день рождения, когда начала встречаться с очередным "принцем".
– Алён, ты там? Ты же согласна? Мы же лучшие подруги!
"Лучшие подруги". Эти слова она произносила с такой лёгкостью, словно между нами не было этих лет отчуждения.
– Конечно, – услышала я свой голос. – Поздравляю. А кто жених?
– Сергей! Я же рассказывала о нём... Ах да, мы давно не общались. Он предприниматель, у него транспортная компания. Такой заботливый, внимательный! Свадьба будет в "Лесной сказке", это загородный ресторан, очень красивый. Ты же знаешь, я всегда мечтала о зимней свадьбе!
Я знала. Когда-то мы часами обсуждали наши будущие свадьбы, листая глянцевые журналы в её комнате.
– И ещё, Алён, – голос Вики стал чуть тише, доверительнее. – Я знаю, у тебя сейчас всё хорошо с работой. Ты же понимаешь, свадьба – это такое событие... Хочется, чтобы всё было на высшем уровне. И подарки соответствующие...
– Что ты имеешь в виду?
– Ну, ты же моя лучшая подруга! Я видела в магазине потрясающую кофемашину, профессиональную. Как раз для нашей с Серёжей новой квартиры. Стоит, правда, недёшево, но я подумала – кто, если не ты?
Восемьдесят тысяч. Я посмотрела на экран компьютера, где открыта была моя зарплатная ведомость. После всех вычетов у меня оставалось тысяч сорок. На жизнь хватало, но не на такие подарки.
– Я подумаю, что смогу подарить.
– Я знала, что могу на тебя рассчитывать! Завтра встретимся, обсудим детали. И платье подберём для тебя. Что-нибудь скромненькое, чтобы не затмевать невесту!
После звонка я долго сидела, глядя в окно. За стеклом кружил январский снег, прохожие кутались в шарфы. Почему я согласилась? Наверное, потому что где-то глубоко внутри всё ещё жила та девочка, которая считала Вику лучшей подругой.
На следующий день мы встретились в торговом центре. Вика выглядела счастливой – глаза блестели, на щеках играл румянец. Она без умолку рассказывала о Сергее, о предстоящем празднике, о платье, которое шьют специально для неё.
– А Наташку я тоже позвала, – между делом бросила она, рассматривая фасон очередного платья для свидетельницы. – Она будет помогать с причёской и макияжем. Ты же не против?
Наташа появилась в нашей компании лет пять назад. Работала в салоне красоты, куда Вика ходила на маникюр. Постепенно они сблизились, начали проводить вместе выходные, ездить отдыхать. Меня в эти поездки не звали – "Ты же всё время занята своими цифрами", смеялась Вика.
– Конечно, не против, – я примеряла бледно-розовое платье, которое делало меня похожей на зефир.
– Отлично! Кстати, насчёт подарка. Я присмотрела модель, могу скинуть ссылку. Там есть рассрочка, если что.
Рассрочка. Кредит на подарок подруге, которая вспомнила обо мне только перед свадьбой. Но я кивнула, разглядывая своё отражение.
Вечером я сидела на сайте банка, оформляя кредит. Восемьдесят тысяч на полгода. Проценты небольшие, но всё равно выйдет под сто. Зачем я это делаю? Наверное, пыталась доказать сама себе, что наша дружба ещё что-то значит.
Девичник назначили за неделю до свадьбы. Собрались в кафе в центре города – я, Вика, Наташа и ещё несколько девушек из салона, где работала невеста. Атмосфера была напряжённой с самого начала.
– Представляете, я так удивилась, когда Вика сказала, что ты будешь свидетельницей, – Наташа покачивала бокал с шампанским. – Мы же последние годы неразлучны. Каждые выходные вместе, отпуск вместе проводили.
– Наташ, ну что ты, – Вика неловко рассмеялась. – Вы обе мои лучшие подруги. Просто Алёна... мы дольше знакомы.
– Да я не обижаюсь, – Наташа улыбнулась, но в глазах мелькнуло что-то недоброе. – Просто удивилась. Вы же практически не общаетесь.
Остаток вечера прошёл в обсуждении свадебных деталей. Вика рассказывала о меню, о музыкантах, о фотографе – двоюродном брате Сергея. Я слушала вполуха, думая о том, что завтра нужно забрать кофемашину из магазина.
За три дня до свадьбы я поехала в торговый центр за туфлями к платью. В отделе бытовой техники наткнулась на знакомую спину. Сергей – я видела его только на фотографиях – стоял у стенда с микроволновками. Рядом с ним была девушка – невысокая шатенка в дублёнке. Она что-то оживлённо рассказывала, положив руку ему на плечо.
Я хотела уйти, но Сергей обернулся. Наши взгляды встретились. Он побледнел, что-то быстро сказал девушке и направился ко мне.
– Алёна? Вы Алёна, да? Подруга Вики?
Я кивнула. Девушка осталась у стенда, но смотрела в нашу сторону. Только сейчас я заметила, что дублёнка топорщится на животе.
– Это... это моя двоюродная сестра, – быстро заговорил Сергей. – Помогаю выбрать технику. У неё новоселье.
Ложь была настолько очевидной, что мне стало неловко за него. Девушка тем временем подошла ближе.
– Серёж, ты долго ещё? Мне тяжело стоять.
– Ксюша, подожди в машине, – он не оборачивался. – Алёна, можно вас на пару слов?
Мы отошли к эскалатору. Сергей nervно поправлял шарф, не глядя мне в глаза.
– Послушайте, это не то, что вы думаете. Ксения – моя бывшая. Мы расстались больше года назад, но она... она говорит, что беременна от меня. Это невозможно, мы не виделись столько времени. Она пытается меня шантажировать, требует деньги.
– И вы встречаетесь с ней в торговом центре?
– Она позвонила, сказала, что плохо себя чувствует. Я не мог не приехать, вдруг правда что-то серьёзное? Но Вике об этом знать не обязательно. Зачем её расстраивать перед свадьбой?
Я смотрела на него и думала: вот он, выбор моей подруги. Красивый, успешный и насквозь фальшивый.
– Я ничего не скажу Вике.
– Спасибо! Вы настоящая подруга! – он с облегчением выдохнул. – До встречи на свадьбе!
Дома я долго не могла заснуть. Стоило ли молчать? Но какое я имею право разрушать счастье Вики за три дня до свадьбы? Может, Сергей говорит правду?
Утро свадьбы выдалось морозным и солнечным. Идеальная погода для зимнего торжества. Я приехала к Вике домой в семь утра – нужно было помочь с подготовкой.
– Ты просто спасение! – Вика порхала по квартире в халате с надписью "Невеста". – Мама опаздывает, Наташа приедет только к девяти. Поможешь с платьем?
Следующие два часа мы суетились, как в старые времена. Я зашнуровывала корсет, поправляла фату, держала зеркало. Вика сияла от счастья.
– Знаешь, я так рада, что ты согласилась быть свидетельницей, – она взяла меня за руку. – Мы ведь правда лучшие подруги, несмотря ни на что?
– Конечно, – я сжала её пальцы.
Приехала Наташа с чемоданом косметики. Елена Петровна, мама Вики, появилась в самый разгар сборов.
– Доченька, ты прекрасна! – она всплакнула, размазывая тушь. – Как быстро ты выросла!
К одиннадцати мы были готовы. Лимузин ждал у подъезда. В ресторан ехали весело – шампанское, музыка, смех. Вика рассказывала, как волновался Сергей вчера вечером.
– Представляете, он три раза перепроверял кольца! Боялся забыть!
Церемония прошла трогательно. Сергей действительно выглядел взволнованным, руки чуть дрожали, когда он надевал кольцо. Вика плакала от счастья. Я стояла рядом, держала букет и думала о беременной девушке из торгового центра.
После поздравлений все двинулись в банкетный зал. Я помогала Вике поправить платье, когда к нам подошла администратор.
– Простите, вы свидетельница? Я покажу ваше место.
Мы прошли через весь зал. Я ожидала увидеть своё имя рядом с молодожёнами, но карточка с надписью "Алёна" оказалась за дальним столом.
– Здесь какая-то ошибка, – я растерялась. – Я свидетельница, должна сидеть за главным столом.
– Сейчас уточню, – администратор ушла и вернулась через минуту. – Всё правильно. За столом молодых будет сидеть мама невесты. Такое пожелание молодожёнов.
Я села на своё место. За столом уже расположились пожилая пара – дальние родственники жениха, как я поняла из их разговора, и какие-то знакомые Сергея по работе. За соседним столом я увидела Наташу с мужем. Они сидели с друзьями жениха, весело о чём-то беседовали.
– Ты тоже свидетельница? – спросила пожилая дама справа от меня. – Странно, что тебя сюда посадили.
– Видимо, не хватило мест, – я пыталась улыбаться.
Тамада объявил первый танец. Сергей и Вика кружились под "Мой ласковый и нежный зверь". Красивые, счастливые. Потом начались конкурсы, тосты. Я поднимала бокал вместе со всеми, но шампанское казалось кислым.
Во время перерыва я вышла покурить, хотя бросила ещё год назад. На террасе стоял мужчина с фотоаппаратом.
– Олег, – представился он. – Фотограф. Вы свидетельница, да? Я вас в загсе снимал.
– Да. Алёна.
– Не обижайтесь на рассадку, – он понимающе улыбнулся. – Вика всегда была... практичной. Она рассадила гостей по принципу полезности. За главными столами – бизнес-партнёры Сергея, потенциальные клиенты. Ну и те, от кого ждут хорошие подарки в будущем.
– В смысле?
– Ну вот Наташа с мужем. Муж работает прорабом, может помочь с ремонтом в новой квартире. А вы... простите, кем работаете?
– Бухгалтером.
– Вот видите. Не обижайтесь, но от бухгалтера особой пользы нет. Подарок подарили – и спасибо.
Он ушёл снимать гостей, а я осталась стоять на морозе. Значит, вот как всё устроено. Меня позвали быть свидетельницей только ради подарка. Восемьдесят тысяч за место в дальнем углу.
Я вернулась в зал, когда начиналась церемония дарения подарков. Гости выстроились в очередь. Я встала в конец, держа красиво упакованную коробку.
– От родителей невесты – спальный гарнитур! – объявлял тамада.
– От компании "ТрансЛогистик" – сертификат на путешествие в Таиланд!
Очередь двигалась медленно. Каждый подарок сопровождался овациями, фотографиями. Наташа с мужем подарили сертификат в мебельный магазин.
Наконец дошла моя очередь. Вика радостно всплеснула руками, увидев коробку.
– Алёночка! Что же ты придумала?
Она развернула упаковку. Кофемашина блестела хромированными боками.
– Боже, это же именно та модель! Серёжа, смотри! Я так мечтала! – Вика обняла меня для фотографии, чмокнула в щёку и тут же повернулась к следующему гостю. – Ой, тётя Люда! Как я рада!
Я вернулась за свой стол. Больше меня никто не звал для фотографий, не приглашал в конкурсы. Я сидела, ковыряла салат оливье и думала о том, что кредит придётся платить ещё полгода.
В разгар веселья я решила уйти. В гардеробе возилась с замком на сапоге, когда услышала знакомый голос.
– Можно мне пальто? Чёрное, с меховым воротником.
Я подняла голову. Ксения – та самая беременная девушка из торгового центра. Она была в тёмном платье, которое уже не скрывало живот.
– Вы что здесь делаете? – я встала, забыв про сапог.
Она повернулась, узнала меня.
– А, это вы. Подруга невесты. Пришла поздравить молодых. Имею право, как считаете?
– Послушайте, не надо устраивать скандал. Давайте выйдем, поговорим.
– О чём говорить? – Ксения устало опустилась на банкетку. – О том, что мой ребёнок будет расти без отца? Что Серёжа бросил меня, как только узнал, что я беременна? Сказал, что встретил другую, что с ней всё серьёзно.
– Он говорил, что вы расстались год назад...
– Год назад? – она горько рассмеялась. – Мы жили вместе до октября. Снимали квартиру, планировали свадьбу. А потом он познакомился с вашей подругой. Сказал, что Вика из хорошей семьи, у её отца связи. Полезный брак, понимаете?
Я села рядом. История обрастала неприглядными подробностями.
– Знаете что? Не пойду я туда, – Ксения поднялась. – Какой смысл? Он всё равно всё будет отрицать. А вашей подруге плевать, даже если она узнает правду. Ей нужен успешный муж, а не честный.
– Может, вам стоит обратиться к юристу? Если ребёнок от Сергея, он обязан платить алименты.
– Уже обратилась. И тест ДНК сделаю, как только малыш родится. – Ксения накинула пальто. – Знаете, мне вас жаль. Вас тоже использовали, да? Вижу по глазам.
Она ушла, а я осталась сидеть в гардеробе. Надо было возвращаться в зал, но я не могла заставить себя подняться. Достала телефон, вызвала такси.
Дома я скинула туфли, завернулась в плед и заварила чай. В телефоне уже было несколько сообщений от Вики: "Куда ты пропала?", "Мы тебя ищем!", "Будем бросать букет!"
Я не ответила. Выключила телефон и легла спать.
Следующий месяц прошёл в странном оцепенении. Вика написала пару раз, спрашивала, почему я ушла со свадьбы. Я отвечала уклончиво – плохо почувствовала себя, не хотела портить праздник. Она быстро успокоилась, увлечённая обустройством семейного гнезда.
В начале февраля позвонила Наташа.
– Алёна, ты слышала? У Вики такая драма!
– Что случилось?
– Сергей подал на развод! Представляешь? Месяц не прошёл! Оказывается, у него есть ребёнок от бывшей. Она тест ДНК сделала, всё подтвердилось. Теперь требует алименты, часть имущества. А Вика-то думала, что удачно замуж вышла!
– Кошмар, – я старалась изобразить удивление.
– Она теперь всех обвиняет. Говорит, мы все знали и молчали. Особенно ты. Типа, ты свидетельницей была, должна была проверить жениха. Я ей говорю – Алёна тебе не частный детектив! А она в истерике.
После звонка я открыла социальные сети. Вика постила грустные цитаты о предательстве, женской дружбе, разбитых надеждах. Под постами – десятки сочувствующих комментариев.
Я не стала читать до конца. Нажала "заблокировать пользователя" и закрыла ноутбук.
На работе в этот день вызвали к директору. Я шла по коридору, гадая, что могла натворить.
– Алёна Сергеевна, присаживайтесь, – директор был непривычно доброжелателен. – Хочу вас порадовать. По итогам года вы показали отличные результаты. Руководство приняло решение о премировании.
Он назвал сумму. Я не поверила своим ушам – ровно столько, сколько нужно для погашения кредита.
– Это... это точно мне?
– А кому же ещё? Вы у нас лучший специалист. Так держать!
Выходя из кабинета, я столкнулась с Костей из соседнего отдела. Мы иногда пересекались у кофемашины, обменивались парой фраз о погоде.
– Привет! Слушай, на выходных собираемся на каток в парке. Присоединишься? – он улыбался, чуть смущаясь. – Народу немного, человек пять всего. Потом можно в кафе посидеть, глинтвейна выпить.
Я хотела отказаться, как обычно. Но вспомнила пустые выходные, кредит за ненужный подарок, фальшивые улыбки на свадьбе.
– Давай. Во сколько встречаемся?
– Правда? Отлично! В субботу в два у центрального входа. Коньки есть?
– Найду.
Дома я достала с антресоли старые коньки, купленные ещё в студенчестве. Тогда мы с Викой собирались научиться красиво кататься, даже записались в секцию. Но она бросила после второго занятия – познакомилась с каким-то парнем.
В субботу я приехала в парк чуть раньше назначенного времени. Костя уже ждал с компанией – две семейные пары и его сестра.
– Вот и отлично, теперь все в сборе! – он помог мне надеть коньки. – Давно каталась?
– Очень давно.
– Ничего, вспомним! Главное – не бояться упасть.
Первые полчаса я передвигалась вдоль бортика, как маленький ребёнок. Костя катался рядом, подбадривал, иногда подхватывал за локоть. Постепенно движения становились увереннее.
– Смотри, у тебя отлично получается! – он улыбался, и от его улыбки становилось теплее.
К концу дня я уже могла проехать круг без поддержки. В кафе мы сидели шумной компанией, грелись глинтвейном, смеялись над шутками. Обычные люди, обычные разговоры, никто не пытался извлечь выгоду, никто не рассчитывал полезность.
– Спасибо за день, – сказала я Косте, когда он провожал меня до машины.
– Тебе спасибо, что согласилась. Может, повторим? Не обязательно каток. Можно в кино сходить или просто погулять.
– Давай.
Дома я удалила из телефона все фотографии со свадьбы. Кофемашина за восемьдесят тысяч теперь варила кофе для бывших молодожёнов, которые судились из-за квартиры. А я училась кататься на коньках и пить глинтвейн с людьми, которые звали меня не ради выгоды, а просто так.
Настоящие друзья проявляются не на свадьбах с рассадкой по полезности. Они рядом в обычный февральский день, когда ты учишься заново – кататься на коньках и доверять людям.