Иногда кажется, что слово «вездеход» придумали для маркетинга. Ну правда, сегодня им называют всё подряд — от приподнятого кроссовера до трактороподобного чуда с лебёдкой. Но если отмотать время назад, в СССР, это слово означало совсем другое. Там вездеходом называли машину, которая реально ехала везде. Без скидок на погоду, сезон и здравый смысл.
Причём делали такую технику не ради рекордов и выставок. Просто была задача: добраться туда, где нет дорог, и желательно вернуться обратно. Иногда с грузом, иногда с людьми, а иногда — с космонавтами. Да, и такое бывало.
Начну, пожалуй, не с самой эффектной машины, а с самой живучей.
Машина, которую до сих пор не списали
ДТ-30 «Витязь» — редкий случай, когда техника не превратилась в музейный экспонат, а продолжает работать. Его придумали для условий, где слово «дорога» звучит как издёвка. Снег, тундра, болота, вода вперемешку со льдом — обычный рабочий день.
Вся фишка в двухзвенной конструкции. Машина как будто состоит из двух половинок, соединённых шарниром. Одна — для экипажа, вторая — для груза. И этот шарнир позволяет «Витязю» изгибаться, повторяя рельеф, не теряя сцепления. Выглядит странно, но работает отлично.
Он спокойно тянет до 30 тонн, берёт рвы, стенки и не тонет там, где обычная техника сдаётся. Кабина утеплена так, что думать о морозе просто некогда. Возможно, именно поэтому «Витязь» до сих пор в строю — менять его, по большому счёту, не на что.
Эксперимент, который зашёл слишком далеко
А вот ЗИЛ-4904 — полная противоположность. Это тот случай, когда инженеры явно сказали себе: «А давайте попробуем». И попробовали.
Вместо колёс и гусениц — гигантские шнеки. По сути, вращающиеся винты, которые вгрызаются в снег, грязь или болото. Машина могла ехать вперёд, назад, боком и разворачиваться на месте. Смотрелось это, мягко говоря, необычно.
Корпус сделали герметичным, поставили насосы, два бензиновых двигателя, управление — как у гусеничной техники, рычагами. По снегу и воде всё это работало вполне убедительно.
Проблема начиналась, когда под шнеками оказывался асфальт. Он стирался так быстро, что про самостоятельное передвижение по дорогам можно было забыть. В итоге вездеход приходилось возить на платформе. Проект признали слишком прожорливым и узкоспециализированным. В серию он не пошёл, зато навсегда остался в истории как один из самых странных советских вездеходов.
Когда космос приземляется не туда
История ПЭУ-1 вообще родилась из нервов. После одного неудачного приземления стало ясно: спускаемый аппарат может оказаться где угодно. Тайга, болото, снег — неважно. А люди внутри ждать долго не могут.
Так появилась идея поисково-эвакуационной машины. Не просто вездехода, а амфибии с большим запасом хода, хорошей связью и заметной внешностью.
ПЭУ-1 получила огромные колёса, которые позволяли ехать и по пересечёнке, и по воде. Яркая окраска — не ради красоты, а чтобы машину было видно с воздуха. На суше она шла довольно бодро, на воде — медленно, но уверенно.
Несколько лет такие машины реально дежурили и были готовы выехать туда, где обычная техника просто не доедет. Потом их заменили более современными версиями, но свою роль ПЭУ-1 сыграла честно.
Дом, который ездит по Антарктике
«Харьковчанка-2» — это уже не просто транспорт. Это дом на гусеницах. Причём дом, рассчитанный на условия, где ошибка в конструкции может стоить жизни.
Машину делали специально для арктических и антарктических экспедиций. Улучшенная теплоизоляция позволяла сохранять тепло даже при выключенном отоплении. Автономный генератор обеспечивал свет и обогрев. Внутри — жилой модуль с койками, рассчитанный на длительные переходы.
Во второй версии наконец-то разделили кабину и жилое пространство. Казалось бы, мелочь, но раньше выхлопные газы могли напоминать о себе самым неприятным образом.
Таких машин сделали всего пять. И что характерно — после окончания службы их не стали эвакуировать. «Харьковчанки» так и остались в Антарктике, словно ржавеющие памятники эпохе, когда технику делали «на совесть и навсегда».
Слишком хорош, чтобы пойти в серию
ЗИЛ-Э167 был экспериментальным, но очень серьёзным. Два мощных двигателя, каждый работал на свой борт. Такая схема позволяла машине буквально выгрызать себе путь через снег и болота.
Её гоняли по зимнему бездорожью специально, уводя маршруты подальше от трасс. Уклоны, броды, целина — всё это было частью испытаний. И машина справлялась.
Но в итоге победила экономика. Гусеничные транспортеры оказались дешевле и проще. А ЗИЛ-Э167 так и остался единственным экземпляром — слишком сложным и дорогим для массового производства.
Все эти машины разные. Где-то странные, где-то гениальные, где-то откровенно спорные. Но объединяет их одно — они создавались для реальной работы, а не для красивых отчётов.
Напишите в комментариях: какой из этих вездеходов кажется вам самым безумным или, наоборот, самым практичным. Хочется понять, что цепляет вас больше — инженерный авангард или суровая надёжность.
Если вам было интересно, поддержите пожалуйста статью лайком, подпишитесь на канал.