— Вали отсюда, надоела! — рявкнул Сергей, не отрываясь от телевизора. — Видеть тебя не могу!
Я застыла в дверях гостиной, держа в руках чашку чая, которую только что заварила для него. Горячий пар поднимался к потолку, смешиваясь с запахом его сигарет и моих слёз.
— Серёж, что случилось? — Голос дрогнул, хотя я старалась говорить спокойно.
— А то ты не знаешь! — Он наконец повернулся ко мне, и в его глазах полыхала такая злость, что я невольно отступила. — Достала со своими заботами! «Серёженька, поешь. Серёженька, таблетки выпей. Серёженька, к врачу сходи».
— Но я же волнуюсь за тебя...
— Не надо волноваться! — Он вскочил с дивана. — Надоело! Как будто я инвалид какой-то!
Чашка выпала из моих рук и разбилась о паркет. Осколки фарфора разлетелись по комнате, а горячий чай впитался в светлый ковёр тёмным пятном.
— Вот и прекрасно! — зло усмехнулся Сергей. — Теперь ещё и пол залила! Руки у тебя не из того места растут!
Я опустилась на колени, собирая осколки. Острый кусочек больно вонзился в палец, выступила капелька крови.
— Серёж, пожалуйста, не кричи на меня. — Слёзы капали на пол рядом с осколками. — Я просто хочу, чтобы ты был здоров и счастлив.
— Счастлив? — Он засмеялся, но смех вышел горьким, злым. — С тобой счастлив? Ты посмотри на себя! Вечно недовольная морда, вечные упрёки!
— Какие упрёки? — Я поднялась, прижимая к груди осколки. — Я никогда...
— Молча упрекаешь! — перебил он. — Этими своими взглядами! Как будто я тебе что-то должен!
За окном шёл мелкий осенний дождь, капли стекали по стеклу, как по моим щекам. В квартире пахло застоявшимся дымом и разочарованием — запах, который преследовал нас уже несколько месяцев.
— Серёж, давай поговорим спокойно. — Я осторожно положила осколки на журнальный столик. — Что происходит с нами?
— А происходит то, что мне тридцать пять лет, а я чувствую себя как восьмидесятилетний дед! — Он прошёлся по комнате, как загнанный зверь. — Из-за тебя!
— Из-за меня?
— Ты душишь меня своей заботой! — Сергей остановился у окна. — Не даёшь дышать! Хочу с друзьями встретиться — ты недовольна. Хочу рыбалку съездить — опять твоя кислая морда!
— Но я же не запрещаю...
— Не запрещаешь, но портишь настроение! Вздыхаешь, грустишь, намекаешь!
— На что намекаю?
— На то, что я должен сидеть дома и с тобой чай пить! — Он развернулся ко мне. — Надоело, Таня! Я устал быть примерным мужем!
Примерным мужем. Десять лет брака, а он считает себя примерным за то, что просто живёт со мной под одной крышей.
— Серёж, если тебе так тяжело со мной, может, нам стоит...
— Что стоит? Развестись? — Он усмехнулся. — Да пожалуйста! Только вали отсюда сама! Квартира моя, я до свадьбы купил!
Сердце ёкнуло. Неужели он серьёзно?
— Ты правда хочешь, чтобы я ушла?
— Хочу! — рявкнул он. — Чтобы духу твоего здесь не было! Надоела до чёртиков!
Я стояла посреди гостиной — нашей гостиной, где мы вместе выбирали каждую деталь интерьера, где отмечали дни рождения и новые годы — и чувствовала, как рушится мой мир.
— Хорошо, — сказала я тихо. — Соберу вещи и уйду.
— Вот и отлично! — Сергей плюхнулся обратно в кресло. — И побыстрее!
Я пошла в спальню на ватных ногах. Достала из шкафа большую дорожную сумку — ту самую, с которой мы ездили в медовый месяц на море. Тогда она была полна летних платьев и надежд на счастливое будущее.
Складывала вещи механически. Джинсы, свитеры, нижнее бельё. Косметика с туалетного столика. Книги с прикроватной тумбочки. Каждый предмет напоминал о счастливых днях, которые, оказывается, давно закончились.
— Ну что, скоро? — крикнул Сергей из гостиной.
— Почти! — отозвалась я.
В самом низу шкафа лежала коробка с фотографиями. Наша свадьба, поездки, дни рождения... Я взяла одну карточку — мы с Сергеем на даче у его родителей, обнявшись, смеёмся над какой-то шуткой. Такие молодые, такие счастливые...
Сунула фото в карман и закрыла коробку. Пусть остаётся. Как и вся наша прошлая жизнь.
— Серёж, — позвала я, выходя с сумкой в прихожую.
— Что ещё? — буркнул он, не поворачивая головы.
— Ключи оставлю на полке.
— Оставляй.
Я надела куртку и взяла сумку. Тяжёлая, как и на душе.
— Серёж...
— Ну что?!
— Прощай.
Он промолчал. Только телевизор бубнил про погоду на завтра.
Я вышла на лестничную площадку и тихо закрыла дверь. Ключи со звоном упали на кафельный пол. Десять лет жизни остались за этой дверью.
Неделя прошла как в тумане. Сестра Лена приютила меня в своей однушке, не задавая лишних вопросов. Спала я на раскладушке в гостиной, работала как робот, а вечерами сидела у окна и смотрела на огни города.
— Таня, он звонил? — спрашивала Лена каждый день.
— Нет, — отвечала я.
— Может, сама позвонишь?
— Зачем? Он же сказал — надоела.
Но в глубине души я всё ждала. Ждала, что Сергей одумается, поймёт, что натворил, позвонит и попросит вернуться. В конце концов, десять лет — не шутка!
На восьмой день после разрыва я шла с работы домой к сестре и увидела знакомую машину у подъезда. Серёжина «Лада». Сердце заколотилось — неужели приехал мириться?
Но когда я подошла ближе, из машины вышел не Сергей. Молодая девушка лет двадцати пяти, красивая, ухоженная. Она открыла багажник и начала доставать сумки.
— Девушка, простите, — обратилась я к ней. — А вы случайно не перепутали машину?
Она обернулась и улыбнулась:
— Нет, не перепутала. А что?
— Просто эта машина принадлежит моему... бывшему мужу.
— А, вы Таня! — Девушка радостно кивнула. — Серёжа про вас рассказывал! Я Кристина.
Мир поплыл перед глазами. Серёжа про меня рассказывал? И кто такая Кристина?
— А вы... — начала я и осеклась.
— Я его невеста! — гордо объявила Кристина. — Через месяц свадьба! Представляете, какое счастье?
Невеста. Через неделю после нашего расставания у него уже невеста.
— Поздравляю, — выдавила я из себя.
— Спасибо! — Кристина захлопнула багажник. — Серёжа такой романтичный! Вчера предложение сделал прямо на коленях, с кольцом! А сегодня говорит: переезжай ко мне, дорогая!
Вчера предложение. Значит, через шесть дней после моего ухода.
— Давно вы знакомы? — спросила я, хотя понимала, что лучше не знать ответа.
— Уже три месяца! — засветилась Кристина. — Познакомились на корпоративе у него на работе. Любовь с первого взгляда, как в кино!
Три месяца. Пока я варила ему борщи и покупала лекарства от кашля, он встречался с другой.
— Ну ладно, мне пора! — Кристина подхватила сумки. — Серёжа ждёт! Он обещал сегодня ужин приготовить. Говорит, у него золотые руки!
Золотые руки. За десять лет нашего брака Сергей даже яичницу ни разу не поджарил. Всегда говорил: «Ты же лучше готовишь, зачем мне мешать?»
Кристина исчезла в подъезде, а я осталась стоять на тротуаре, чувствуя, как ноги подкашиваются. Значит, всё это время он лгал. Изменял. А потом выгнал меня, чтобы освободить место для любовницы.
Телефон зазвонил. Незнакомый номер.
— Алло?
— Таня? — Голос Сергея. — Это я.
— Что тебе нужно? — Я удивилась собственному спокойствию.
— Слушай, можешь завтра подъехать? Забрать остальные вещи. А то у меня... того... место нужно освободить.
— Для невесты?
Повисла пауза.
— Откуда ты знаешь?
— Встретила её у твоего подъезда. Очаровательная девушка.
— Таня, послушай...
— Что послушать, Серёж? Как ты три месяца изменял мне с коллегой? Или как через неделю после расставания сделал ей предложение?
— Это не то, что ты думаешь...
— А что это? — Я засмеялась. — Любовь с первого взгляда?
— Таня, ну не надо так...
— Как именно не надо? — Голос сорвался на крик. — Не надо узнавать правду? Не надо понимать, что десять лет жизни были обманом?
— Не десять лет! — возразил он. — Последние три месяца!
— Ах, только три месяца! — Я вытерла глаза рукавом. — Ну тогда всё в порядке!
— Таня, я не хотел, чтобы ты так узнала...
— А как хотел? Прислать приглашение на свадьбу?
— Таня...
— Знаешь что, Серёж? Не звони больше. Вещи заберу, когда тебя не будет дома. Ключи у меня есть.
— Какие ключи? Ты же оставила...
— Запасные. От почтового ящика. Забыл?
Я отключилась и села на скамейку. Руки дрожали, в горле стоял ком. Десять лет. Десять лет я думала, что мы счастливы. А он последние три месяца строил новые отношения.
Вспомнила его фразы: «Надоела со своими заботами». «Не даёшь дышать». Наверное, Кристина не надоедает. Наверное, она не варит борщи и не покупает лекарства. Она молодая, весёлая, без обязательств.
На следующий день я дождалась, пока Сергей уедет на работу, и поднялась в квартиру. Пахло незнакомыми духами и счастьем. На кухонном столе стояли два бокала и остатки романтического ужина.
Я прошла в спальню за оставшимися вещами. На кровати лежало чьё-то розовое платье. На туалетном столике — чужая косметика. В ванной — женский шампунь с запахом клубники.
Как быстро мои следы стёрлись из этого дома. Как будто меня здесь никогда и не было.
Собрала последние вещи в пакет и уже собралась уходить, когда зазвонил домашний телефон. Автоответчик включился сам.
«Серёженька, дорогой!» — зазвучал голос Кристины. — «Я в салоне красоты, опоздаю. Не скучай! А ещё хотела сказать — я вчера с мамой разговаривала, она так рада нашей свадьбе! Говорит, что ты намного лучше всех моих предыдущих парней. И потом... ой, мне кажется, я уже беременна! Может быть, конечно, рано говорить, но задержка уже неделя! Представляешь, какое счастье? Целую!»
Я застыла с пакетом в руках. Беременна. Через неделю после нашего расставания она думает, что беременна.
Быстро посчитала в уме. Если задержка неделя, то зачатие произошло как раз тогда, когда я ещё жила здесь. Когда варила ему ужины и покупала лекарства от кашля.
Значит, он не просто изменял. Он планировал новую семью, пока старая ещё существовала.
Я вышла из квартиры и аккуратно заперла дверь. Ключи опустила в почтовый ящик — пусть найдёт.
На улице светило солнце, впервые за много дней. Я шла по знакомым улицам и чувствовала странное облегчение. Да, больно. Да, обидно. Но правда всегда лучше лжи.
Телефон зазвонил. Сергей.
— Таня, ты была в квартире?
— Была. Забрала вещи.
— Слушай, а ты случайно не слушала сообщения на автоответчике?
— Слушала. Поздравляю с пополнением.
— Таня, это не мой ребёнок!
— Не твой? — Я остановилась посреди тротуара. — А чей же?
— Не знаю! — Голос дрогнул. — Кристина говорит, что мой, но я-то знаю — мы предохранялись!
— Серёж, ты хочешь сказать, что твоя невеста тебе изменяет?
— Не знаю! Может быть! Она же не девочка, у неё до меня кто-то был!
— И что ты будешь делать?
— Не знаю! — Он звучал растерянно. — Таня, а можно... можно мы встретимся? Поговорим?
— О чём поговорим?
— Ну... я думал... может, мы ошиблись? Может, не стоило так резко...
Я засмеялась. Впервые за неделю — искренне, от души.
— Серёж, ты хочешь, чтобы я вернулась?
— Ну... в общем... да, — пробормотал он. — Я понял, что натворил. С Кристиной это всё... ерунда какая-то получилась.
— Ерунда? — Я прислонилась к стене дома. — Три месяца романа, предложение руки и сердца, беременность — это ерунда?
— Таня, ну не издевайся! — взмолился он. — Я запутался! Мне казалось, что я влюбился, а оказалось...
— Что оказалось?
— Что она меня использует! — Голос стал жалобным. — Представляешь, вчера потребовала кольцо за двести тысяч! Говорит, если любишь — не пожалеешь денег!
— И ты пожалел?
— Конечно пожалел! Где я такие деньги возьму? А она сразу истерику: не любишь, жадный, никчёмный...
Я слушала и не могла поверить. Неужели тот мужчина, который неделю назад орал на меня за разбитую чашку, сейчас жалуется на капризы любовницы?
— А квартиру она уже обживает? — спросила я.
— Обживает! — возмутился Сергей. — Говорит, обои некрасивые, мебель старая. Хочет всё переделать! На мои деньги, естественно!
— Естественно.
— Таня, а помнишь, как мы делали ремонт? Ты всё сама выбирала, цены сравнивала, экономила на всём...
— Помню.
— А она! Вчера каталоги принесла — там одна кухня миллион стоит! Миллион, Таня!
— Жесть.
— Да! И потом... — Голос стал совсем тихим. — Она готовить не умеет. Вообще. Вчера пельмени варила — и те подгорели.
— Трагедия.
— Таня, ты что — смеёшься надо мной?
— Нет, Серёж. Просто удивляюсь.
— Чему удивляешься?
— Тому, как быстро твоя любовь с первого взгляда превратилась в раздражение.
— Ну... — Он замялся. — Может, это и не любовь была вовсе.
— А что?
— Не знаю. Увлечение какое-то. Она такая яркая, весёлая... Не то что...
— Не то что я?
— Таня, я не это хотел сказать!
— А что хотел?
— Хотел сказать, что ошибся. Что ты была права во всём. И что очень хочу, чтобы ты вернулась.
Я остановилась возле витрины цветочного магазина. Букеты роз, хризантем, тюльпанов... Красиво. Ярко. Как Кристина, наверное. А я всегда больше любила простые ромашки.
— Серёж, а если я не хочу возвращаться?
— Как не хочешь? — Он растерялся. — Но мы же десять лет прожили! У нас же дом, планы...
— Планы? — Я усмехнулась. — Какие планы? Ты же неделю назад сказал, что надоела до чёртиков.
— Ну я же в сердцах сказал! Не подумал!
— В сердцах? — Голос зазвенел от гнева. — Серёж, ты три месяца встречался с другой женщиной! Три месяца планировал новую жизнь! Это не сердца, это предательство!
— Таня, прости! — Он заплакал. — Прости меня, дурака! Я всё понял, исправлюсь!
— Что именно понял?
— Что ты — самая лучшая! Что таких жён, как ты, больше нет! Что я идиот, который променял алмаз на стекляшку!
Алмаз на стекляшку. Красивые слова. Жаль, что поздно.
— А Кристина знает о твоём прозрении? — спросила я.
— Знает. Я ей сегодня сказал, что свадьба отменяется.
— И как она отреагировала?
— Истерика, крики, угрозы... — Сергей вздохнул. — Говорит, что ребёнок мой и я должен на ней жениться.
— А ты как считаешь?
— А я считаю, что если ребёнок мой — сделаю тест ДНК. А если не мой — пусть ищет настоящего отца.
— Мудро.
— Таня, ну скажи хоть что-нибудь! — взмолился он. — Я же извиняюсь! Признаю, что был дураком!
Я стояла возле цветочного магазина и думала. Десять лет. Общий дом. Привычки, воспоминания, планы на будущее... Всё это было. И всё это он перечеркнул ради молодой любовницы.
— Серёж, а если через полгода появится новая Кристина?
— Не появится! — горячо заверил он. — Я понял свою ошибку! Больше никого не нужно!
— Откуда такая уверенность?
— Потому что без тебя я понял — что такое настоящее счастье! — Голос стал проникновенным. — Таня, помнишь, как мы мечтали о детях? Давай мечтать дальше! Я готов!
Дети. Мы действительно хотели детей. Но я всё откладывала — то карьера, то деньги, то время неподходящее... А теперь мне тридцать два. И муж, который готов к детям, только что пытался завести их с другой женщиной.
— Серёж, — сказала я наконец, — встретимся завтра. В кафе «Мечта». В семь вечера.
— Встретимся? — Он оживился. — Значит, есть шанс?
— Поговорим.
Я отключилась и зашла в цветочный магазин. Купила букет белых ромашек — простых, честных цветов без лжи и фальши.
В кафе я пришла на десять минут раньше. Заказала кофе и стала ждать. Сергей появился точно в семь, с огромным букетом роз и виноватым лицом.
— Таня! — Он кинулся ко мне, как к спасательному кругу. — Как я рад тебя видеть!
— Привет, Серёж. Садись.
Он сел напротив, положил розы на стол. Цветы были красивые, дорогие, но почему-то неуместные. Как его недавняя любовь.
— Таня, ты похудела, — заметил он. — И постриглась по-другому.
— Да, жизнь заставляет меняться.
— Тебе идёт, — робко улыбнулся он. — Ты стала ещё красивее.
Мы молчали несколько минут, изучая друг друга. Он выглядел усталым, растерянным. В глазах была та самая мольба, которую я видела у бездомных собак.
— Ну, — сказала я наконец, — рассказывай.
— Что рассказывать?
— Как всё было на самом деле.
Сергей вздохнул и начал говорить. О том, как познакомился с Кристиной на корпоративе. Как она флиртовала, восхищалась им, смеялась над каждой шуткой. Как он почувствовал себя молодым и желанным.
— Понимаешь, — объяснял он, — с тобой я привык быть мужем. Ответственным, серьёзным. А с ней чувствовал себя свободным.
— И поэтому изменил?
— Не планировал! — горячо возразил он. — Просто так получилось. Сначала кофе пили после работы, потом в кино сходили...
— А потом в постель легли.
Сергей покраснел:
— Таня, ну зачем так прямо...
— А как? — Я отпила кофе. — Серёж, ты же взрослый человек. Знал, что женат, но всё равно завёл роман.
— Знал, — тихо признал он. — Но мне казалось... казалось, что с тобой мы превратились в соседей по квартире. Никакой страсти, никакого огня...
— А с ней был огонь?
— Был, — кивнул он. — Но быстро прогорел. Когда она стала требовать деньги, подарки, когда начала переделывать квартиру... Я понял, что ошибся.
— Понял только сейчас?
— Понял, когда ты ушла. — Сергей протянул руку через стол. — Таня, прости меня. Дай второй шанс.
Я посмотрела на его руку, но свою не протянула.
— Серёж, а помнишь, что ты мне сказал в последний день?
— Сказал много глупостей...
— Ты сказал, что я надоела до чёртиков. Что душу тебя заботой. Что устал быть примерным мужем.
— Таня, я же объяснил — говорил в сердцах!
— Нет, — покачала головой я. — Ты говорил правду. Ту правду, которую месяцами копил в себе.
— Это неправда!
— Правда, Серёж. И знаешь что? Мне это даже помогло.
— Как помогло? — растерялся он.
— Понять, что мы действительно превратились в соседей по квартире. — Я улыбнулась. — Только я этого не замечала.
— Но мы можем всё вернуть!
— Что именно вернуть? — Я наклонилась к нему. — Мою готовку, которая тебе надоела? Мою заботу, которая тебя душила? Мои попытки быть идеальной женой, пока ты искал страсти на стороне?
— Таня...
— Серёж, ты знаешь, что я поняла за эту неделю? — Я встала. — Что не хочу возвращаться.
— Что? — Он побледнел. — Но почему?
— Потому что наконец почувствовала себя свободной. — Я взяла свою сумочку. — Десять лет я жила твоими интересами, твоими потребностями. Забыла, кто я такая без роли жены.
— Но мы же любим друг друга!
— Любили. — Я поправила ремешок сумочки. — Когда-то давно. А последние годы просто существовали по привычке.
— Значит, всё? — В его голосе послышались слёзы. — Развод?
— Развод.
— Но Таня... — Он вскочил. — А квартира? Деньги? Мы же всё вместе нажили!
Вот он, настоящий Сергей. Только что клялся в любви, а теуже думает о материальных вопросах.
— На квартиру я претендовать не буду, — сказала я спокойно. — Она твоя добрачная собственность.
— А... а половину мебели заберёшь?
— Не нужна мне мебель с историей твоих измен. — Я направилась к выходу. — Оставляй себе.
— Таня, постой! — Он догнал меня у двери. — А если я докажу, что изменился? Если буду другим?
— Серёж, — я обернулась, — ты не изменишься. Просто в следующий раз будешь осторожнее и не попадёшься.
— Это неправда!
— Правда. — Я улыбнулась. — Знаешь, что самое смешное? Ты вернулся ко мне не потому, что понял мою ценность. А потому, что Кристина оказалась слишком дорогой игрушкой.
Сергей открыл рот, но ничего не сказал.
— Удачи с определением отцовства, — добавила я. — И спасибо.
— За что спасибо? — растерянно спросил он.
— За то, что выгнал меня. Иначе я бы ещё лет десять прожила в иллюзиях.
Я вышла из кафе и пошла по вечерней улице. Было прохладно, но на душе царила весна. Впереди была неизвестность — новая квартира, новые планы, возможно, новая любовь. И никто не скажет мне, что я надоела.
Телефон зазвонил. Лена.
— Ну как? Помирились?
— Нет, — ответила я. — Разводимся.
— И как ты себя чувствуешь?
— Свободной, — сказала я и засмеялась. — Впервые за десять лет — по-настоящему свободной.
А дома меня ждала коробка с документами о новой работе и письмо от подруги из Питера с предложением переехать к ней. Новая жизнь началась именно тогда, когда Сергей выгнал меня из старой.
Иногда самые болезненные события оборачиваются самыми счастливыми переменами. Просто нужно время, чтобы это понять.