Валентина Петровна произнесла это своим хриплым голосом, который напоминал карканье вороны, и в нём сквозила какая-то настойчивость, словно она пыталась настоять на своём, что раздражало Олю. Когда же ты наконец встретишься с Димой? Он так сильно тебя ждёт, и мне кажется, что в доме отдыха у озера вам обоим будет комфортно и спокойно, без лишних глаз. Оля ответила с загадочной улыбкой, не спеша раскрывать все карты, держа интригу при себе. На днях, точно, но сначала нужно разобраться с накопившимися рабочими вопросами, вы же знаете, как это бывает у взрослых людей с их обязанностями. Наверное, в пятницу, как только он вернётся из своей поездки. Пожилая женщина оживилась, и в её тоне проявилась теплота, которая была ей не очень-то свойственна, но сейчас она казалась искренней. Я так рада, что вы наконец вместе, это же видно, как вы подходите друг другу.
Анастасия стояла за стеллажом с хозяйственными товарами, чуть дальше от них, и в тот момент ей казалось, что она застыла на месте, не в силах пошевелиться от шока, сердце колотилось как сумасшедшее. Больше всего ей хотелось сейчас просто исчезнуть, провалиться сквозь пол, и забыть, зачем она вообще зашла в этот магазин. А впереди, у кассы, её свекровь и подруга Оля продолжали болтать о своих делах, не подозревая о её присутствии.
В магазин она забежала скорее по прихоти, просто чтобы развеяться после того, как проводила Дмитрия в командировку на вокзал. Она помогла ему сесть в поезд, поцеловала мужа на прощание, и потом, в приподнятом настроении, направилась домой пешком. Анастасия всегда любила этот оживлённый район с шумом и суетой привокзальной площади. Там можно было неспешно пройтись и посмотреть на витрины магазинов. Именно тогда она и увидела сквозь стекло эту пару – свою подругу и с ней мать мужа. До этого момента Анастасия была убеждена, что эти две женщины едва знакомы между собой, но они общались так свободно, словно были давними приятельницами. Анастасия решила пошутить над ними, подкрасться и неожиданно появиться, чтобы удивить, но вместо этого сюрприз поджидал её саму. Она простояла у стеллажа так долго, что к ней даже подошёл продавец и предложил помощь в выборе товаров.
Она вежливо отказалась, а потом, краснея от смущения, поспешила к другому выходу и быстрым шагом пошла дальше по улице. Её хорошее настроение улетучилось в один миг. Анастасия не могла поверить, что Оля способна на такое предательство по отношению к ней. Они дружили уже пять лет, с тех пор как вместе трудились на одной работе, и для Анастасии это общение значило очень много, ведь настоящих подруг у неё было не так уж много.
Сама не заметив как, Анастасия расплакалась прямо на улице. Больше всего её задела позиция свекрови, которая явно одобряла и даже скрывала эту связь сына с другой женщиной. Это было за гранью понимания Анастасии. Она вспомнила, как полгода назад, когда они взяли пятилетнего Мишу из детского дома, Валентина Петровна устроила настоящий скандал, хотя раньше как-то сдерживала свои негативные замечания в адрес невестки, но в тот раз выплеснула всё накопившееся.
— Ты неполноценная, — кричала тогда свекровь, размахивая руками, — семь лет вместе, а толку ноль! Семь лет уже живёте вместе, а ты всё не можешь забеременеть как положено. Другая женщина на твоём месте от докторов бы не вылезала, бегала по всем специалистам, а ты решила взять приёмного ребёнка в семью, будто своего недостаточно.
— Но ребёнок же ни в чём не виноват, что оказался в детском доме, — возразила Анастасия, стараясь сохранить спокойствие. — Он такой же, как все дети, и заслуживает семьи.
— Ой, конечно, он прямо ангел с небес сошёл, подарок судьбы, — продолжала вопить Валентина Петровна, не унимаясь. — А ты хоть представляешь, какие у него гены могут быть? Вся родня, может, сплошные алкоголики в нескольких поколениях, или ещё хуже — плохая наследственность. Нет, нам обязательно нужно в благотворителей поиграть, всех сирот приютить. Уж лучше бы ты котёнка взяла, если так материнский инстинкт разыгрался.
— Миша хороший мальчик, и вы его полюбите, когда узнаете поближе, — убеждала Анастасия, не сдаваясь.
— Вот ещё новости, — фыркнула Валентина Петровна, отмахиваясь. — Чужой ребёнок в доме — это всегда чужие хлопоты и проблемы. Ты сама своими руками сеешь несчастье в семье. Я про приметы читала, так вот, это дурной знак, очень плохой.
— Валентина Петровна, это просто ребёнок, обычный мальчик, — вздохнула Анастасия, которую уже утомляли эти суеверные разговоры свекрови. — Вы сами таким образом притянете к себе негатив, если будете так думать.
— Ой, лучше бы мой сын вообще не женился на тебе, — плюнула свекровь прямо на только что вымытый пол. — Попомни мои слова, этот мальчишка счастья вам не принесёт.
Но тогда Анастасия буквально витала в облаках от радости, что наконец-то сможет ощутить, что такое быть матерью. С собственными детьми у них действительно ничего не получалось все эти годы. Дмитрий отказывался проходить обследования, сваливая всю вину на жену, а когда она уговаривала его взять ребёнка из приюта, он только посмеивался над этой идеей. Всё изменилось, когда компания, где Анастасия работала менеджером по продажам, взяла шефство над социальным проектом. Они начали ездить в разные приюты с подарками и поздравлениями. В одном из них она и заметила светловолосого мальчишку с ярко-зелёными глазами, которые так напоминали её собственные. Забыть о нём она не смогла. Сначала ездила к нему тайком, а потом Дмитрий заинтересовался этими её поездками.
К её удивлению, муж не отверг идею сразу, а даже согласился ходить с ней на курсы для приёмных родителей. Когда они наконец привезли Мишу домой, он какое-то время старался изображать счастливого отца. Но мальчик быстро начал его утомлять, да и постоянные наезды матери тоже сыграли свою роль. Впрочем, теперь Анастасии было всё равно на это. По документам Миша стал её сыном, и никто не смог бы это изменить. После скандала со свекровью Анастасия специально узнала о прошлом мальчика. Его родители были этнографами, погибли от редкой лихорадки после экспедиции в Африку. Ребёнок остался совсем один, без бабушек и дедушек, даже дальние родственники отказались от него, не желая брать на себя заботы.
Вся в слезах, Анастасия наконец добралась до дома. На работе у неё был короткий отпуск из-за установки новой системы в офисе, и весь процесс уже затянулся на целую неделю. Именно в этот период вынужденного отдыха она и поехала провожать мужа. Телефон пискнул — пришло сообщение от Дмитрия: серия глупых смайликов, которые нужно было разгадывать как загадку. Анастасия терпеть не могла эту манеру общения, словно в подростковом возрасте, без нормальных слов. А муж, как назло, постоянно слал ей именно такие послания. В итоге она ответила кратко, не желая ввязываться в долгую переписку. Предательство ранило её глубоко.
Она прошла в гостиную, села за стол у окна и вдруг осознала, что знает, о каком пансионате у озера шла речь в разговоре свекрови. В окрестностях было только одно такое место, где часто останавливались пары, ищущие уединения. Она решила поехать туда в пятницу и разобраться во всём на месте. Сына на это время можно было оставить у мамы. Та жила в посёлке неподалёку и всегда с радостью видела внука, в отличие от свекрови. А вечером Анастасия пошла забирать сына из детского сада. Мишу отдали в обычный муниципальный садик рядом с домом, но поблизости был элитный квартал, так что в группах явно прослеживалось разделение на детей из разных семей. Малыши из богатых семей в дорогой одежде часто подшучивали над теми, кто попроще.
Миша, который невинно рассказал, что недавно жил в детском доме, сразу стал объектом их насмешек.
Дни прошли незаметно. На работу их так и не вернули. Анастасия сделала в доме генеральную уборку и несколько вечеров посвятила играм с сыном, но мысли об измене не отпускали её ни на минуту. В пятницу воспитательница, избегая взгляда, сообщила, что сына опять обижали. Не помня себя от злости, Анастасия ворвалась в кабинет заведующей, которая в этот момент сидела и любовалась своим новым маникюром.
— Приветствую, мамочка, — произнесла Людмила Сергеевна, вздрогнув от неожиданности и с недовольством добавив: — Ну что, опять жалобы?
— Сколько это будет продолжаться? — сердито спросила Анастасия, — мой сын не заслужил такого! Над моим сыном издеваются другие дети, а вы ничего не предпринимаете, чтобы это прекратить.
— И что, по-вашему, я должна делать? — скривилась заведующая, откинувшись на стуле. — Ваш мальчик ведёт себя асоциально, он вырос в детском доме, с такими особенностями. Это ваша задача как родителей — научить его общаться с другими, а не наша, в саду.
— Я напишу жалобу в департамент, — пригрозила Анастасия.
— Ой, не пугайте меня, пожалуйста, — встала заведующая и подошла ближе. — Если наш сад вас не устраивает, ищите другой, где вам будет удобнее.
Анастасия вышла из кабинета, чувствуя себя побеждённой. Против заведующей она ничего не могла поделать. Потом она направилась на площадку, где гуляли дети. В этот момент один из мальчишек загнал её сына в угол веранды и кричал на него, обзывая беспризорником. Миша заплакал, слёзы катились по его щекам. Анастасия отогнала обидчика и взяла сына на руки. Тот обнял её за шею и уткнулся в волосы. Пока Анастасия утешала его, за хулиганом пришёл его отец — ухоженный мужчина, напоминающий упитанного борова на ярмарке.
Рубашка на его толстой шее была расстёгнута, обнажая грудь с массивной золотой цепью.
— Я хочу с вами поговорить, — решительно шагнула к нему Анастасия.
— А вы кто такая? — набычился он.
— О вашем сыне речь, он обижает моего мальчика, — объяснила она.
— А своего пацана лучше воспитывай, — скривился Евгений. — Пусть учится постоять за себя, раз твой муж по бабам бегает.
— Вы о чём вообще? — не поняла Анастасия.
— Я о твоём муже говорю, — буркнул он. — Не учи меня, в своей семье сначала порядок наведи, а потом уж морали читай.
Он развернулся и ушёл. Анастасия снова почувствовала себя униженной. О связях мужа, оказывается, знали даже посторонние люди. А она сама до недавнего времени даже не подозревала об этом, но теперь её трясло от ярости. Она собрала вещи Миши на выходные и повезла его к маме. Ирина Викторовна к приезду внука приготовила вкусный ужин и предложила дочери тоже остаться, но Анастасия была погружена в свои мысли. К тому же муж прислал сообщение, что командировка продлилась, и несколько дней он будет вне связи. Анастасия едва сдержала слёзы от жалости к себе и бессилия, но потом вызвала такси, решив ехать в тот пансионат прямо сейчас.
Что она там будет делать, она пока не представляла.
— Карета подана, — весело сказал водитель, вырывая её из раздумий.
У подъезда стояла машина с шашечками. За рулём сидел приятный молодой человек примерно её возраста.
— Привет, я Паша, — представился он.
— Анастасия, — ответила она машинально. — Мне нужно в Песочное, знаете, где база отдыха?
— О, решили отдохнуть? А где вещи? — поинтересовался шофёр, открывая дверь.
— Садитесь, прокачу с ветерком. Я без вещей, — вздохнула Анастасия. — И ненадолго, просто хочу проверить кое-какие подозрения, развеять их или подтвердить, сама ещё не знаю.
— А за мужем следите? — понимающе спросил Паша. — Дело, конечно, не моё, но если подозрения есть, то лучше разобраться сразу, не мучиться зря.
— Слушайте, а у вас дети есть? — поинтересовалась Анастасия, чтобы сменить тему.
— У меня сын, мы недавно взяли его из детского дома, — ответила Анастасия.
— Ничего себе, — присвистнул водитель. — Я, кстати, сам из детдома. Вся семья погибла в аварии, я уже взрослый был, так меня и не усыновили. Но вы не думайте, я не жалуюсь, жизнь сложилась нормально. Просто у меня такая идея в голове, что все дети на свете должны быть счастливы, без исключений.
— По будням я таксую, а на выходных устраиваю шоу с пиратом в парке, — продолжал Паша. — Это мой пёс, кстати, приходите с сыном, будет весело, и абсолютно бесплатно.
— Ого, спасибо, — кивнула Анастасия, погружённая в свои размышления.
— Пёс у меня тоже из приюта, так что мы с ним как родные души, — болтал водитель дальше. — Он долго скитался по улицам, но теперь я его, кажется, избаловал. Но ничего, он хорошо поддаётся дрессировке, очень умный и верный.
— А у меня никогда не было собаки, — вздохнула Анастасия. — В детстве родители не разрешали, а теперь даже не знаю, как-то странно заводить, если не умеешь с ними обращаться.
— Да уж, кстати, подождать вас? — поинтересовался Паша. — Я смену на сегодня закончил, ваш заказ последний. Стараюсь по ночам не работать, опасно это. Я ведь не самый крепкий парень, да и вообще на жизнь хватает.
— Если можно, то подождите, — решила Анастасия. — Я только пройдусь по территории и назад.
— Так может, с вами сходить? — предложил шофёр. — Вдвоём как-то спокойнее, сумерки уже сгущаются. Машину на стоянке оставим и пойдём.
Анастасия была благодарна за такое предложение. Оказавшись на базе отдыха, она почувствовала смутную тревогу. Идея с поездкой сюда теперь казалась ей глупой и неуместной. В ушах звучал насмешливый голос мужа, и она представляла, что он мог бы сказать в этой ситуации. Вскоре они с Пашей шли по территории. Административное здание было закрыто, свет не горел, и вся зона выглядела неприветливой и мрачной. Убедившись, что машины подруги здесь нет, а в домиках почти нет гостей, они повернули обратно к стоянке. И тут их внимание привлёк странный шум с берега озера.
Звук был таким, будто кто-то продирался сквозь камыши. Они замерли и увидели двух крепких мужчин, которые тащили тяжёлый мешок. Внутри него что-то шевелилось, явно живое и недовольное. Раздался плеск воды, и послышались голоса.
— Серёга, уходим, — сказал один. — Он сам утонет, не выберется.
— Я, кажется, близко к берегу кинул, — с сомнением спросил напарник.
— Из завязанного-то мешка, — хохотнул второй. — Только если он Гудини. Идём, Валёк долго не сможет отвлекать эту дуру на регистрации.
Они поспешно скрылись, а Анастасия бросилась к воде, где мешок уже ослаб и перестал двигаться. Она зашла по колено в озеро, намочив джинсы и кроссовки. Паша перехватил её взгляд и кинулся помогать. Вместе они вытащили мешок на берег. Водитель вспорол ткань перочинным ножом, и их глазам предстало тело мужчины. Он был без сознания, но дышал. Анастасия растерянно застыла над ним, а Паша крикнул, что сейчас подгонит машину. Вскоре они погрузили человека на заднее сиденье и быстро уехали.
Продолжение :