На этой фотографии — настоящий жест власти, зафиксированный в пыли Вазиристана в 1936 году. Отряд Tochi Scouts, при поддержке сапёрных офицеров Британской Индийской армии, подрывает штаб-квартиру Факира Ипи у Арсал-Кота. Камера ловит момент усилия: тела наклонены, руки тянут за тросы, стены ещё стоят, но их судьба уже решена.
Факир Ипи (Мирза Али Хан) был не просто противником колониальной администрации, а символом пуштунского сопротивления. Его восстание в Вазиристане стало одной из самых затяжных и неудобных кампаний для Британской империи в межвоенный период. Против плохо вооружённых, но мобильных племенных отрядов применялись авиация, артиллерия и карательные экспедиции — так называемая «air control». Tochi Scouts, набранные из местных племён и формально служившие короне, оказывались в двойственной роли: они знали местность и людей, но действовали против той самой социальной ткани, из которой происходили.
Сила этого снимка — в его сдержанности. Здесь нет взрыва, нет дыма, нет тел. Только момент до — когда история ещё держится на камне и известке. Разрушение штаба Факира Ипи не означало конца сопротивления: он продолжал борьбу до конца 1940-х годов, пережив и Британский Радж, и рождение Пакистана. Поэтому фотография читается как парадокс: империя фиксирует свой «успех», но сам кадр уже знает, что стены можно снести, а идеи — нет. Это изображение о том, как колониальная война старалась выглядеть рациональной и инженерной — и как упрямо она оставалась войной за дух и землю.