Марина стояла на кухне и резала овощи для салата. За окном уже темнело, хотя было всего пять вечера. Декабрь в Москве - это вечная темнота после обеда.
«Ты опять эту морковку по-корейски делаешь?» - голос свекрови прозвучал откуда-то из-за спины.
Марина не обернулась. Продолжала резать.
«Да, Валентина Сергеевна. Игорь любит».
«Игорь любит... А что я люблю, никого не интересует? Я вот терпеть не могу эти острые запахи. У меня голова потом болит».
Марина отложила нож. Посмотрела на свекровь. Та стояла в дверном проеме, сложив руки на груди. Классическая поза - я хозяйка, а ты здесь временно.
«Хорошо. Сделаю обычный салат».
«Вот и правильно. Надо думать не только о муже, но и о других членах семьи».
Валентина Сергеевна развернулась и ушла в свою комнату. Марина выдохнула. Три месяца. Всего три месяца они живут в этой квартире, а кажется - целую жизнь.
История началась еще летом. Игорь пришел домой с работы какой-то напряженный. Они тогда снимали двушку на севере Москвы. Не самый удобный район, зато своя территория. Никаких родственников, никаких советов.
«Мне мать звонила», - сказал он, снимая ботинки.
«Что-то случилось?»
«Она хочет, чтобы мы к ней переехали. Говорит, одной тяжело, квартира большая, пустая. И мы сэкономим на аренде, сможем быстрее на ипотеку накопить».
Марина тогда промолчала. Они действительно копили на первоначальный взнос. Снимали квартиру за сорок пять тысяч, а могли бы жить бесплатно. Логика железная. Только вот что-то внутри сжалось в тугой комок.
«Давай подумаем», - сказала она.
Игорь кивнул. Но она видела в его глазах - он уже решил. Просто ждал, когда она согласится.
Через неделю они переехали. Квартира действительно большая - трехкомнатная в хорошем районе. У них своя спальня, у свекрови своя, плюс гостиная. Вроде бы места всем хватает.
Первый месяц прошел относительно спокойно. Валентина Сергеевна вела себя приветливо, даже помогала готовить. Марина расслабилась. Может, зря волновалась? Может, все будет хорошо?
А потом начались мелочи. Сначала свекровь стала делать замечания по поводу уборки. «Ты вытерла пыль на этой полке? А то что-то не видно». Потом по поводу готовки. «В мое время молодые жены старались для семьи, а не полуфабрикаты разогревали». Хотя Марина готовила сама, практически каждый день.
Игорь отмахивался. «Не обращай внимания. Она просто привыкла, что тут все по-ее. Притрется».
Но свекровь не притиралась. Наоборот, с каждой неделей комментариев становилось больше. И острее.
Однажды вечером Марина пришла с работы позже обычного. Совещание затянулось. Валентина Сергеевна встретила ее в прихожей.
«Игорь уже час как дома. Голодный сидит. Жена должна думать о муже, а не по офисам шататься до ночи».
Было семь вечера.
«Я предупреждала, что задержусь», - Марина старалась говорить спокойно. - «Игорь взрослый человек, мог сам поесть».
«Мог. Но не должен. У него мать есть, она покормила. А жена где была?»
Марина прошла на кухню. Игорь действительно сидел за столом, перед ним тарелка с котлетами и пюре. Классический набор маминого сына.
«Привет», - она поцеловала его в щеку.
«Привет. Как совещание?»
«Нормально. Долго, но продуктивно».
Марина открыла холодильник, достала йогурт. Есть не хотелось. Комок в горле мешал.
Ночью она не могла заснуть. Лежала, смотрела в потолок и думала - как долго это продлится? Они копили уже восемь месяцев до переезда. На счету было триста тысяч. Прибавились еще сто тридцать пять за три месяца жизни без аренды. Четыреста тридцать пять тысяч. При московских ценах - капля в море.
Зато какой ценой.
Следующий удар пришел неожиданно. Марина работала финансовым аналитиком в крупной компании. Хорошая должность, приличная зарплата. Она гордилась своей работой.
Однажды вечером зашла речь о деньгах. Валентина Сергеевна сидела на кухне, пила чай. Марина мыла посуду.
«Скажи, Мариночка, а сколько ты зарабатываешь?»
Марина напряглась. Вопрос был задан легким тоном, но она почувствовала подвох.
«Сто двадцать тысяч».
«А Игорь?»
«Восемьдесят».
Свекровь отпила чай. Помолчала. Потом сказала:
«Понимаешь, в нормальной семье муж должен зарабатывать больше. Это правильно. Это природой заложено. А когда жена больше - мужчина чувствует себя... неполноценным».
Марина обернулась.
«Игорь никогда не жаловался».
«А он и не скажет. Мужчины не говорят о таких вещах. Но я вижу. Он напряженный стал. Замкнутый».
«Может, потому что мы втроем в одной квартире живем?»
Слова вырвались сами. Марина тут же пожалела. Валентина Сергеевна поставила чашку на стол. Лицо окаменело.
«Это моя квартира. Я вас пустила, чтобы помочь. Чтобы вы деньги копили на свое жилье. А ты неблагодарная».
«Я не это имела в виду...»
«Имела. Я все понимаю. Тебе бы отдельно жить, без свекрови. Чтобы никто не видел, как ты дома себя ведешь. Как мужа не уважаешь».
Марина промолчала. Спорить было бесполезно. Любое слово обернется против нее.
Вечером она рассказала Игорю о разговоре. Он лежал на кровати, смотрел в телефон.
«Ну и что ты хотела услышать?» - спросил он, не поднимая глаз.
«Поддержки. От мужа».
«Марин, ты правда не понимаешь? Она старой закалки. Для нее это важно - кто сколько зарабатывает. Не принимай близко к сердцу».
«То есть мне терпеть?»
«Потерпи. Еще немного. Накопим на первоначальный взнос - и съедем».
Марина посмотрела на него. На мужчину, за которого вышла два года назад. Они встретились на корпоративе общих знакомых. Игорь был обаятельным, внимательным. Ухаживал красиво - цветы, рестораны, поездки на выходные. Казался самостоятельным.
А сейчас? Сейчас он прятался за маму. За ее квартиру. За ее правила.
Прошел еще месяц. Ситуация не улучшалась. Валентина Сергеевна становилась все более придирчивой. То салфетки не так сложены. То в ванной волосы остались. То голос слишком громкий, она отдыхала.
Марина держалась. Ходила на работу, приходила домой, старалась не попадаться свекрови на глаза. Игорь все чаще задерживался в офисе. Или говорил, что задерживается. Марина не проверяла. Понимала - ему проще не быть дома.
Однажды утром она проснулась от тошноты. Еле успела добежать до ванной. Игорь спал, не слышал. Она умылась холодной водой, посмотрела на себя в зеркало. Бледное лицо, темные круги под глазами.
Купила тест по дороге на работу. Две полоски.
Беременна.
Марина села на скамейку у метро и заплакала. От счастья и от ужаса одновременно. Она хотела ребенка. Мечтала. Но не здесь. Не в этой квартире, не с этой свекровью над душой.
Вечером сказала Игорю. Он обнял ее, поцеловал.
«Это прекрасно. Я так рад».
«А как же квартира? Мы же копили...»
«Успеем накопить. Всему свое время».
Его радость была искренней. Марина позволила себе поверить - может, это все изменит. Может, теперь будет по-другому.
Валентина Сергеевна узнала через два дня. Марину тошнило по утрам, скрывать стало невозможно. Свекровь сидела на кухне, когда Игорь сообщил новость.
«Беременна?» - переспросила она.
«Да, мам. Ты будешь бабушкой».
Валентина Сергеевна посмотрела на Марину. Долго, оценивающе.
«Ну что ж. Поздравляю».
Голос был ровным. Слишком ровным. Марина почувствовала холод.
А через неделю начались «советы». Свекровь словно ждала этого момента.
«Тебе нельзя так много работать. Подумай о ребенке».
«Тебе нельзя нервничать. Это вредно для плода».
«Тебе нужно правильно питаться. А ты что ешь? Одни перекусы».
Каждый день. Каждый разговор. Марина начинала сходить с ума.
Кульминация наступила в субботу. Марина убиралась в квартире. Валентина Сергеевна ходила следом, давала указания.
«Здесь плохо протерла. Видишь, разводы остались?»
«Да, сейчас исправлю».
«И вообще, ты слишком вяло убираешься. В моем возрасте я за час всю квартиру приводила в порядок. А ты два часа возишься».
Марина выпрямилась. Посмотрела на свекровь.
«Валентина Сергеевна, я беременна. Мне тяжело».
«Беременна - не больна. Все работали, и ты работай. Думаешь, я во время беременности на диване лежала? Нет. Дом вела, мужа обихаживала».
«Времена были другие».
«Времена! Всегда находятся отговорки. Знаешь что? Ты недостаточно хороша для моего сына. Я сразу это поняла. Но он тебя выбрал, я смирилась. А теперь вижу - я была права. Ты и дом толком вести не умеешь, и готовить нормально не можешь, и зарабатываешь больше мужа. Какая из тебя жена?»
Тишина. Марина стояла с тряпкой в руках и смотрела на эту женщину. Женщину, которая только что сказала ей в лицо, что она недостойна.
«Понятно», - тихо сказала Марина.
Она положила тряпку, прошла в спальню. Игорь сидел за компьютером, играл в какую-то игру. Не слышал разговор. Или делал вид, что не слышал.
«Я ухожу», - сказала Марина.
«Куда?» - он не отрывался от экрана.
«Не знаю. Погулять».
Взяла сумку и вышла. На улице было холодно, шел мокрый снег. Марина шла не разбирая дороги. Просто шла.
Остановилась у кафе. Зашла, заказала чай. Села у окна и смотрела на улицу. Люди торопились по своим делам. У всех были свои жизни. Свои проблемы. Но никто из них сейчас не чувствовал себя так, как она.
Недостаточно хороша.
Марина достала телефон. Зашла в банковское приложение. Посмотрела на счет. Четыреста тридцать пять тысяч. Их общие деньги. Половина - ее.
И тут ее осенило.
Она работала финансовым аналитиком. Считала деньги компаний, составляла отчеты, делала прогнозы. А про свою жизнь не подумала с этой стороны.
Марина открыла заметки в телефоне. Начала считать.
Три месяца без аренды. Сорок пять тысяч в месяц. Сто тридцать пять тысяч сэкономили. Ее вклад - семьдесят тысяч чистыми, плюс она больше зарабатывала. Получается, она внесла около ста тысяч за три месяца.
Триста тысяч было до переезда. Она копила с самого начала их отношений. Половина - сто пятьдесят тысяч.
Итого двести пятьдесят тысяч - ее деньги.
А что взамен? Унижения. Упреки. Жизнь в чужом доме по чужим правилам.
Марина допила чай. Расплатилась. Вышла на улицу.
Она вернулась через час. Валентина Сергеевна сидела в гостиной, смотрела телевизор. Игорь все еще в спальне, за компьютером.
Марина прошла на кухню. Достала ноутбук. Открыла банковское приложение. Распечатала выписку со счета на три листа. Взяла маркер. Выделила все свои переводы.
Потом взяла листы и пошла в гостиную.
«Валентина Сергеевна, можно на минутку?»
Свекровь посмотрела на нее с недовольством.
«Что еще?»
Марина положила листы на журнальный столик.
«Вы сказали, что я недостаточно хороша для вашего сына. Давайте посмотрим».
Валентина Сергеевна взяла листы. Пробежала глазами.
«Это что?»
«Выписка со счета. Видите желтые строки? Это мои переводы. За два года отношений с Игорем я внесла на общий счет семьсот двадцать тысяч рублей. Игорь - пятьсот. Разница - двести двадцать тысяч».
Марина говорила спокойно, без эмоций. Как на работе, когда представляла отчет.
«Я зарабатываю сто двадцать тысяч в месяц. Плюс премии - в среднем двадцать тысяч в квартал. Игорь зарабатывает восемьдесят. Без премий. Вы говорите, я плохо готовлю. При этом я готовлю шесть дней в неделю. Покупаю продукты на свои деньги. Трачу на это в среднем пятнадцать тысяч в месяц».
Валентина Сергеевна молчала. Смотрела на листы.
«Вы говорите, я плохо убираюсь. При этом я убираю всю квартиру каждые выходные. Одна. Игорь помогает раз в месяц, когда попрошу. Вы не убираетесь вообще. Говорите, что в возрасте, тяжело».
Марина сделала паузу.
«И последнее. Вы говорите, что пустили нас в свою квартиру из доброты. Давайте посчитаем. Аренда аналогичной квартиры - сорок пять тысяч. За три месяца - сто тридцать пять. Коммунальные услуги мы оплачиваем полностью - в среднем восемь тысяч в месяц. За три месяца - двадцать четыре. Продукты - пятнадцать тысяч, за три месяца - сорок пять. Итого мы принесли в ваш дом двести четыре тысячи рублей за три месяца. Плюс я убираю, готовлю, терплю ваши упреки».
Она забрала листы со стола.
«Так что давайте больше не будем говорить, что я недостаточно хороша для вашего сына. Цифры показывают обратное».
Марина развернулась и вышла из комнаты.
В спальне Игорь все еще сидел за компьютером. Марина закрыла дверь.
«Собирай вещи».
«Что?» - он наконец оторвался от экрана.
«Мы съезжаем. Сегодня».
«Ты о чем? Куда мы съедем? У нас денег на первоначальный взнос еще нет».
«Снимем квартиру. Как раньше».
«Но мы же копили...»
«Игорь!» - Марина повысила голос. - «Твоя мать только что сказала мне в лицо, что я недостойна тебя. И ты молчал. Сидел здесь, играл в свою игру и молчал. Я больше не могу. Не буду. Либо мы уезжаем, либо я ухожу одна».
Он посмотрел на нее. Впервые за много месяцев действительно посмотрел.
«Марин...»
«Решай».
Игорь встал. Подошел к шкафу. Достал сумку.
«Хорошо. Поехали».
Они собрались за полчаса. Валентина Сергеевна сидела в гостиной, не выходила. Когда они уже стояли в прихожей с сумками, она появилась в дверном проеме.
«Игорь, ты правда уедешь? Из-за нее?»
«Мам, я ухожу со своей женой. Которая носит моего ребенка. Которая больше меня зарабатывает и содержит нашу семью. И которую ты оскорбила».
«Я не оскорбляла! Я правду сказала!»
«Нет, мам. Ты сказала то, что хотела сказать. А правду тебе Марина показала. С цифрами и фактами. И знаешь что? Мне стыдно. За себя. За то, что я молчал все это время. За то, что прятался».
Он взял сумки.
«Пойдем, Марин».
Дверь закрылась.
Они сняли квартиру на следующий день. Однушка, тридцать метров, на юго-западе. Маленькая, но своя. Без свекрови, без упреков, без унижений.
Первую ночь Марина спала как убитая. Проснулась от того, что Игорь обнимал ее сзади.
«Прости», - шепнул он.
«За что?»
«За все. За то, что не встал на твою защиту раньше. За то, что думал только об экономии. За то, что был слабым».
Марина перевернулась к нему.
«Не был ты слабым. Ты просто... запутался. Мама, жена, деньги, квартира. Я понимаю».
«Нет, не понимаешь. Я видел, как тебе плохо. Но делал вид, что не вижу. Потому что так проще. И потому что боялся конфликта».
Марина обняла его.
«Главное, что мы здесь. Вместе».
Прошло две недели. Они обустраивали квартиру, покупали мебель. Валентина Сергеевна звонила каждый день. Сначала требовала вернуться. Потом плакала. Потом обвиняла. Игорь разговаривал с ней коротко, но твердо.
«Мама, я люблю тебя. Но моя семья - это Марина и наш будущий ребенок. Когда ты будешь готова уважать мою жену - приходи в гости. А пока давай сделаем паузу».
Сейчас Марина сидит на диване в их маленькой квартире. За окном идет снег. Скоро Новый год. Игорь на кухне готовит ужин - учится. Плохо пока получается, но старается.
Телефон завибрировал. Сообщение от Валентины Сергеевны.
«Можно я приеду? Хочу поговорить. Нормально поговорить».
Марина показала Игорю. Он пожал плечами.
«Решай. Это твой выбор».
Марина подумала. Написала:
«Приезжайте послезавтра. На чай».
Будет ли это началом новых отношений? Неизвестно. Но Марина больше не боится. Она знает себе цену. Знает свои границы. И знает, что имеет право на уважение.
А цифры не врут.