— Слушай, Лен... А давай попробуем свободные отношения? — осторожно предложил Виктор.
— Чего? — не сразу поняла Елена. — Ты серьёзно, что ли?
— А что такого? Это нормально, — муж пожал плечами, старательно сохраняя напускное спокойствие. — Вон в Европе люди так и делают, у них это очень распространено. Они считают, что это даже подогревает брак. Ты же сама говорила, что немного сладкого на диете не навредит, помогает не сорваться. Вот и о том же, во всем должно быть разнообразие.
Елена медленно моргнула, пытаясь осознать сказанное. Сравнивать любовницу с шоколадкой было феерично глупо. Или нагло.
— Витя... — начала она. — Ты если хочешь уйти, так уходи нормально. Свободу я тебе дам, но только меня в эту пакость не втягивай.
— Лен, ну чего ты сразу иголки выставляешь! Я ж тебя люблю. Просто... искры уже нет. Огоньку бы подбросить, а то спим спина к спине, а говорим только о покупках и счетах за свет. Ну пресно это как-то, встряска нам обоим нужна. Я же тебя не ограничиваю. Пообщаешься с кем-нибудь другим, развеешься. Плохо что ли?
Елена прищурилась. Она вдруг явственно поняла: муж ей врёт. Эти бегающие глазки, нервное постукивание пальцами по столу... Да, ему нужна свобода. Но не сегодня и не завтра. Кажется, она была нужна ему ещё вчера.
— Витя, скажи честно. Ты уже кого-то нашёл, да? И теперь предлагаешь мне такое, чтобы совесть не мучила?
— Ой, ну началось! — Виктор махнул рукой. — Стал бы я тогда задавать тебе такие вопросы? Я вообще уже жалею, что спросил. Ты ж у нас барышня из прошлого века. Ладно, забудь...
После этих слов муж поднялся с видом оскорблённого святого и ушёл в другую комнату. А Елена осталась наедине со своими мыслями.
Двадцать пять лет. Она отдала ему лучшие годы, терпела его взлёты и падения, безденежье, постоянные задержки на работе, которые теперь виделись в совершенно ином свете... А он сидит сейчас, сытый, довольный, и предлагает ей стать соучастницей преступления против семьи. Развеяться... Да уж. Какое удобное слово.
Спали они той ночью в разных комнатах. Ну, как, спали... Елене, конечно, не спалось. Она всё лежала, смотрела то в потолок, то в окно, и думала, как они докатились до такого. Ведь когда-то Виктор дарил ей огромные охапки сирени, усердно работал, чтобы сыграть красивую свадьбу, и радовался рождению дочери. А теперь... Лучше бы действительно просто ушёл.
Где была та точка невозврата? Может, когда она перестала краситься дома, чтобы быть красивой для него? Или когда он впервые забыл про годовщину, сославшись на аврал на работе? А впрочем, какая уж теперь разница?
С одной стороны, хотелось просто подать на развод и всё забыть. С другой — да разве ж можно так легко выкинуть из головы почти половину жизни?
Может, между ними и не было страсти, зато была привычка, совместно нажитое имущество и налаженный быт. Вдобавок казалось, что Виктор — крепкий тыл. Дочь давно съехала, впереди старость, а с мужем они не единожды выручали и выхаживали друг друга. Однажды он даже взял на себя кредит, чтобы помочь её матери. Далеко не каждый человек пойдёт на такое.
В душе Елены кипела целая смесь эмоций. И обида, и страх, и злость. «Может, он считает, что я никого не найду?» — вдруг подумалось ей: «Что я старая тётка, которая никому не нужна? Что я буду сидеть дома, варить ему борщи, вязать носки внукам и преданно ждать, пока он, нагулявшись, соизволит заглянуть домой?»
Ну уж нет.
— Хорошо, — заявила она мужу утром. — Пусть будет по-твоему.
— В смысле?
— Согласна я на твои свободные отношения.
Виктор чуть не подавился чаем. Он ожидал очередного скандала, а она просто спокойно сказала «да».
— Ну... Вот и хорошо. Может, тебе ещё понравится, — бросил он. — Кстати, я сегодня задержусь вечером.
Сердце снова болезненно кольнуло. Вот так быстро?..
...Вечер выдался серым и тихим. Елена чувствовала себя разбитой и брошенной. Как будто её оценили и сочли недостойной, как вышедшую из моды модель телефона.
Она подошла к зеркалу. Ну, да, уставшие глаза, морщинки в уголках, уже не такая идеальная кожа, как прежде. Но фигура всё ещё подтянутая. Волосы густые. Может, она всё ещё красивая? Может, это с Виктором что-то не так?
Другим-то мужчинам она нравилась. Взять хотя бы Андрея, начальника соседнего отдела. Его перевели к ним из другого филиала месяц назад.
Симпатичный мужчина с лёгкой сединой на висках, чуть хрипловатым голосом и лукавым прищуром. Он сразу положил глаз на Елену: делал комплименты, придерживал дверь, приносил кофе. Пару раз звал на обед, а неделю назад предложил поужинать в ресторане.
— Андрей Валерьевич, я на диете. Называется «замужем», — отмахнулась Елена тогда.
— Леночка, замужество — это штамп в паспорте, а не клеймо, — улыбнулся Андрей. — Но настаивать не буду.
Виктор хотел свободных отношений? Хотел, чтобы она «развеялась»? Что ж, почему бы и нет.
— Добрый вечер, Андрей. Ваше приглашение на ужин ещё в силе? Кажется, у меня появилось свободное время и желание нарушить диету, — написала она в мессенджере.
Это была даже не месть. Елене просто хотелось почувствовать себя женщиной. Вдохнуть жизнь в собственное «я», которое муж топтал вот уже второй день.
...Остаток вечера прошёл в смешанном настроении. Андрей казался идеальным кавалером. Он пододвигал стул, вовремя наполнял бокал, внимательно слушал Елену, а уж как смотрел... Как будто она была единственной женщиной в этом ресторане.
Елене было стыдно, но в то же время в ней действительно пробудились давно забытые чувства: азарт и желание почувствовать себя в центре внимания. Наконец-то в её жизни появилось хоть что-то, кроме плиты и грязных носков Виктора.
— Поедем ко мне? — предложил Андрей, когда она доела десерт. — Заедем по пути за вином, посмотрим что-нибудь интересное... Продолжим приятный вечер.
Она кивнула. Внутри что-то кричало: «Опомнись!». Но тут же вспоминалось лицо Виктора, когда он предложил ей «развеяться».
И вот, когда они уже были у Андрея, её телефон вдруг начал надрываться. Муж. Она сбросила звонок один раз, другой. Не помогло.
— Да, — ответила она, стараясь сохранять спокойствие.
— Ты где шляешься?! — сразу набросился на неё Виктор. — Десять вечера! В холодильнике мышь повесилась, жрать нечего, тебя нет! Ты совсем берега попутала?
Елена аж опешила. Андрей, услышав их перепалку, вежливо ретировался в другую комнату. Романтический флёр стремительно исчезал.
— Вообще-то... я на свидании, Витя.
— В смысле? На каком ещё, к чёрту, свидании?!
— Мне тебе как маленькому объяснять? Ты же сам вчера предложил свободные отношения. Сказал: развейся, пообщайся с кем-нибудь другим. Ну вот я и общаюсь. Что, стрелочка не поворачивается?
Повисла тяжёлая пауза, нарушаемая лишь сопением мужа. А потом плотину молчания прорвало.
— Ты... Ты что, реально попёрлась к кому-то? Да я же пошутил! Я тебя проверить хотел! Понимаешь? Про-ве-рить! А ты только и ждала повода, да? Подулась для вида денёк и сразу к кому-то побежала?
Елена совсем растерялась.
— А ты-то сам к кому сегодня ходил?
— Да ни к кому! На работе я был, вот и всё, — отмахнулся Виктор. — Значит так... Мне всякая зараза от тебя не нужна. Или ты собирай вещи, или я уеду. Выбирай. Будем разводиться.
Муж бросил трубку. Елена в шоке уставилась куда-то в стену. Она чувствовала себя оплёванной и униженной.
— Всё в порядке? — раздался голос Андрея.
— Да... так. Мелочи... — Елена попыталась улыбнуться, но не смогла.
— Лен... — Андрей посмотрел на часы. — Мне кажется, обстановка уже не располагает. Тебе, наверное, лучше поехать, разобраться со своими делами.
Сказка кончилась, карета превратилась в тыкву, а галантный кавалер — в человека, который не хотел испачкаться в чужой грязи. Его тоже можно было понять. Он рассчитывал на лёгкий, приятный вечер, а получил чужую семейную драму.
Наверное, лучше было просто сразу подать на развод. Но хорошая мысля, как всегда, приходит невовремя.
Той ночью Елена не вернулась домой. Она поехала в гостиницу. Возвращаться к взбешённому мужу не хотелось, да и требовалось время, чтобы осознать, что как раньше уже не будет никогда.
Прошло три года...
За это время жизнь, словно скульптор, сама отсекла всё лишнее, хоть и по живому.
Виктор подозрительно быстро обзавёлся новой пассией. Ещё до официального развода. Правда, она сбежала от него ровно тогда, когда они с Еленой продали общую квартиру. Заодно эта дамочка прихватила его часть денег.
С Андреем ничего не вышло. Они всё ещё пересекались в офисе, но уже без любезностей. Просто обменивались дежурными фразами. Елена поняла простую вещь: мужчины, которые радостно вписываются в роль любовников, при одном лишь виде вакансии «спутник жизни» или хотя бы «поддержка в трудную минуту» быстро растворяются в тумане.
Но Елена больше никого и не искала. Как только она оказалась одна в своей новой квартире, она вдруг обнаружила, что у неё появилась уйма времени и энергии. Раньше всё это сжирали быт и обслуживание капризов Виктора. Теперь она занялась собой. Уже не ради кого-то, а для себя.
Бассейн по утрам помог избавиться от боли в спине, а курсы английского держали мозг в тонусе. Она коротко подстриглась и полностью сменила гардероб.
А главное — она стала бабушкой.
Дочь, Марина, родила полгода назад. Поначалу, когда только разгорелся скандал с разводом, она ополчилась против матери. Виктор умело прикинулся жертвой. Он красочно расписывал дочери, как её мать загуляла, разбила семью ради любовника, предала его, бедного.
Но время всё расставило по своим местам. Марина приехала к матери, чтобы поговорить по душам, высказать претензии и посмотреть в глаза. Однако дочь увидела не гулящую бабу, о которой ей говорил отец, а уставшую, но честную женщину.
Елена рассказала всё как есть. Что Виктор предложил всё это сам. Что он ещё давно стал задерживаться на работе. Что она уже не первый год чувствовала себя с ним одинокой. Марина, уже будучи замужем, смогла понять мать. А уж когда Виктор стремительно обзавёлся любовницей, вовсе прочно заняла сторону Елены.
Сейчас Елена сидела на кухне Марины, держа на руках внучку. Маленькая Соня с энтузиазмом пыталась схватить бабушку за палец.
— Папа, кстати, опять звонил... — сказала дочь, поморщившись. — Хотел приехать, на Соню посмотреть.
— А ты что? — спокойно спросила Елена.
— Сказала, что нас не будет в городе, — Марина вздохнула. — Не хочу я его пускать, мам. Он то говорит о тебе гадости, то просит как-нибудь помочь снова свести вас. Я каждый раз нервничаю, когда он появляется. А ещё — не хочу, чтобы он и Соню пытался настраивать против тебя. Пусть и дальше живёт со своей свободой...
Елена промолчала, лишь чуть сильнее прижала внучку к себе.
Виктор получил то, что хотел: абсолютную свободу. Теперь никто не требовал внимания, никто не мешал смотреть телевизор. Вот только он распробовал эту свободу и понял, что у неё горький привкус одиночества. Но было слишком поздно.
Дорогие мои! Если вы не хотите потерять меня и мои рассказы, переходите и подписывайтесь на мой одноименный канал "Одиночество за монитором" в тг. Там вам предоставляется прекрасная возможность первыми читать мои истории и общаться лично со мной в чате) И по многочисленным просьбам мой одноименный канал в Максе. У кого плохая связь в тг, добро пожаловать!