Найти в Дзене
Неприятно, но честно

- А что ты хочешь взамен?

- А что ты хочешь взамен? - спросила Ирина, когда я согласилась посидеть с её детьми на выходных. Я замерла с телефонной трубкой в руке. Вопрос прозвучал так странно, будто она спрашивала на иностранном языке. - Как это - взамен? - Ну, ты мне помогаешь, я тебе чем-то помогу. Так справедливо же, Света. Я растерялась. Мне пятьдесят восемь лет, и впервые кто-то спрашивал, что я хочу взамен за помощь. Обычно люди просто брали. Брали мое время, мои силы, мою готовность прийти на помощь. А Ирина спрашивала. - Не знаю даже, - честно призналась я. - Не надо ничего. Я же просто помогу. - Света, так нельзя. Нельзя всё раздавать просто так. Подумай и скажи мне. Она положила трубку, а я осталась стоять на кухне с телефоном в руках и думать. Что я хочу взамен? Господи, да ничего особенного. Я вообще не привыкла хотеть что-то взамен. Я привыкла отдавать. Ирина была моей коллегой по работе в поликлинике. Она медсестра, я - регистратор. Работаем вместе уже четыре года, но близко общаться начали только

- А что ты хочешь взамен? - спросила Ирина, когда я согласилась посидеть с её детьми на выходных.

Я замерла с телефонной трубкой в руке. Вопрос прозвучал так странно, будто она спрашивала на иностранном языке.

- Как это - взамен?

- Ну, ты мне помогаешь, я тебе чем-то помогу. Так справедливо же, Света.

Я растерялась. Мне пятьдесят восемь лет, и впервые кто-то спрашивал, что я хочу взамен за помощь. Обычно люди просто брали. Брали мое время, мои силы, мою готовность прийти на помощь. А Ирина спрашивала.

- Не знаю даже, - честно призналась я. - Не надо ничего. Я же просто помогу.

- Света, так нельзя. Нельзя всё раздавать просто так. Подумай и скажи мне.

Она положила трубку, а я осталась стоять на кухне с телефоном в руках и думать. Что я хочу взамен? Господи, да ничего особенного. Я вообще не привыкла хотеть что-то взамен. Я привыкла отдавать.

Ирина была моей коллегой по работе в поликлинике. Она медсестра, я - регистратор. Работаем вместе уже четыре года, но близко общаться начали только в последние месяцы, когда она развелась и осталась одна с двумя детьми. Я помогала ей, как могла. То продукты занесу, то с детьми посижу, когда ей на дежурство надо.

А она вдруг начала спрашивать: что мне взамен? Раньше такого никто не спрашивал. Раньше брали и молчали. Моя сестра Алла, например. Она всю жизнь у меня что-то просила. То денег взаймы, то с племянниками посидеть, то на даче помочь. Я помогала. Всегда помогала. А когда мне самой нужна была помощь, она говорила: извини, занята. И всё. Никакого взамен.

Или дочка моя, Полина. Живет в другом городе, звонит раз в неделю, и то больше для галочки. Но стоит ей что-то понадобиться, так сразу: мама, ты же не откажешь? И я не отказывала. Деньги переводила, посылки отправляла, советы давала по первому зову. А что я получала взамен? Короткие спасибо и снова тишину.

Вечером я сидела на диване и пыталась вспомнить, когда последний раз кто-то спрашивал, что я хочу. Не получалось вспомнить. Наверное, это было так давно, что память стёрла.

Зазвонил телефон. Алла.

- Света, привет. Слушай, мне нужна твоя помощь. У Дениса день рождения, хотим отметить на даче, но там ремонт недоделанный. Ты не могла бы в субботу приехать? Ну там полы помыть, окна протереть, стол накрыть помочь.

Я посмотрела на календарь. Суббота. Как раз тот день, когда я обещала Ирине посидеть с детьми.

- Алла, я не смогу. Я уже обещала помочь коллеге.

- Как не сможешь? - в голосе сестры прозвучало искреннее недоумение. - Света, это же день рождения племянника! Семья важнее каких-то коллег!

- Я обещала, Алла.

- Ну отмени! Скажи, что не получается. Ты же всегда нам помогала!

- Именно поэтому сейчас не смогу. Я устала всегда помогать только вам.

Повисла тишина. Я слышала, как Алла дышит в трубку. Тяжело, с обидой.

- Понятно, - наконец сказала она холодно. - Значит, чужие люди тебе дороже родной сестры. Ну что ж, запомню.

Она бросила трубку. Я посмотрела на погасший экран телефона и почувствовала странное облегчение. Впервые я отказала сестре. Впервые поставила себя и свои обещания выше её требований.

На работе Ирина встретила меня с улыбкой.

- Ну что, придумала, что хочешь взамен?

- Нет пока, - призналась я. - Я вообще не умею хотеть что-то для себя.

- Тогда давай так. Я буду должна тебе. И когда ты придумаешь, скажешь. Договорились?

Мне стало легче от этих слов. Не знаю почему, но важно было знать, что кто-то готов дать мне что-то взамен. Не из обязанности, а просто потому, что это справедливо.

В субботу я пришла к Ирине рано утром. Она собиралась на дежурство, дети ещё спали. Маша, старшая, семь лет, и Петя, пять. Хорошие, спокойные ребята.

- Спасибо тебе огромное, Света, - Ирина натягивала куртку. - Вернусь часов в восемь вечера. В холодильнике всё есть, можешь готовить что хочешь.

- Не переживай, справлюсь.

Когда она ушла, я села на кухне с чашкой кофе. Квартира была маленькая, двухкомнатная, но уютная. Повсюду детские рисунки, игрушки, книжки. Жизнь била ключом в этих стенах. А у меня дома тишина. Пустота. Полина выросла и уехала, муж умер пять лет назад. Осталась я одна в трёхкомнатной квартире, где эхо отдаётся от стен.

Дети проснулись ближе к девяти. Маша сразу побежала умываться, а Петя вылез из-под одеяла взъерошенный и сонный.

- Тётя Света, а мама скоро?

- Вечером придёт. А пока я с вами.

- А давайте играть! - обрадовалась Маша. - У нас тут столько игрушек!

Мы играли весь день. Строили дома из конструктора, рисовали, читали книжки. Я забыла, когда последний раз так смеялась. Когда последний раз кто-то был рад моему присутствию просто так, без заднего умысла.

Вечером, когда дети уснули, а Ирина вернулась усталая с работы, она села рядом на диван и тяжело вздохнула.

- Спасибо тебе. Ты не представляешь, как ты мне помогла.

- Да ладно, это же просто посидеть с детьми.

- Нет, не просто. Ты подарила мне целый день без переживаний. Я знала, что они в хороших руках. Это дорогого стоит. Так что ты хочешь взамен? Может, я тебе ужин приготовлю? Или деньги дать?

- Не надо денег, - я замахала руками. - Ирин, правда не надо.

- Тогда что? Ну должна же я как-то отблагодарить!

Я задумалась. Чего я хочу? Денег у меня достаточно, я всегда экономная была. Готовить я и сама умею. Что же мне нужно?

- Знаешь, есть одна вещь, - сказала я неуверенно. - Я хочу научиться водить машину. Права получила десять лет назад, но так ни разу и не села за руль. Страшно было. Муж всегда сам возил. А теперь хожу пешком или на автобусах. А хотелось бы ездить самой.

Ирина улыбнулась широко.

- О! Так у меня как раз есть машина! Я тебя научу! Правда научу! У меня стаж пятнадцать лет, я отличный водитель. Договорились?

Я не верила своим ушам.

- Серьёзно?

- Серьёзнее некуда. В воскресенье свободна? Поедем на площадку, попрактикуемся. Я тебе всё покажу.

Мы ударили по рукам, как дети. И я вдруг поняла, что это и есть то самое - взамен. Не деньги, не одолжения. А что-то настоящее, что мне нужно.

В воскресенье мы встретились рано утром на пустой парковке возле старого завода. Ирина усадила меня за руль своей красной малолитражки.

- Не бойся. Сначала просто заведём двигатель. Почувствуй машину.

Руки дрожали, когда я поворачивала ключ. Мотор завёлся, и я вздрогнула от неожиданности.

- Молодец! Теперь попробуй тронуться. Педаль сцепления, первая передача, плавно газ.

Машина дёргалась, глохла, снова заводилась. Я потела от волнения, но Ирина была терпеливой. Она объясняла спокойно, подбадривала, смеялась вместе со мной над моими неуклюжими попытками.

Через час я проехала свои первые десять метров без рывков. Ирина захлопала в ладоши.

- Вот видишь! У тебя получается! Ещё пара занятий, и ты будешь ездить как профессионал!

Я остановила машину и посмотрела на неё.

- Спасибо, Ирин. Правда спасибо.

- Это тебе спасибо. Ты помогла мне, я помогаю тебе. Так и должно быть. Взаимопомощь, а не односторонняя раздача себя.

Мы встречались каждое воскресенье. Я садилась за руль и училась. Училась не только водить машину, но и брать что-то для себя. Брать без чувства вины. Без ощущения, что я кому-то должна.

Алла так и не позвонила после того разговора. Я ждала неделю, потом две. Потом перестала ждать. Зато позвонила Полина.

- Мам, привет. Слушай, мне нужна твоя помощь. Тут ремонт делаем, нужны деньги. Ты не могла бы перевести тысяч пятьдесят?

Раньше я бы сразу согласилась. Полезла бы в заначку, сняла с книжки, перевела. А теперь я спросила:

- Поля, а что ты дашь мне взамен?

Повисла пауза. Я слышала её удивлённое дыхание.

- Как это - взамен? Ты же мама. Родители должны помогать детям.

- Должны. Но дети тоже должны помогать родителям. Ты звонишь мне раз в неделю на пять минут. Ты не приезжаешь. Ты даже не спрашиваешь, как у меня дела. А просто требуешь денег.

- Мам, ну ты чего? Я занятая! У меня жизнь, работа!

- У меня тоже жизнь есть, Поля. И я больше не хочу быть банкоматом, который выдаёт деньги по первому требованию. Если хочешь помощи, будь готова помогать тоже. Взаимно.

- Не понимаю, что с тобой стало, - холодно сказала Полина. - Раньше ты такой не была.

- Раньше я была удобной. Теперь я хочу быть справедливой.

Она бросила трубку. Я села на диван и заплакала. Не от обиды, а от облегчения. Я наконец сказала то, что держала в себе годами. Сказала дочери правду.

На следующий день Полина написала сообщение: «Прости, мама. Ты права. Я действительно только брала и ничего не давала. Давай попробуем по-другому. Я приеду на выходных. Просто так. Поговорим».

Я перечитывала это сообщение раз десять и не верила. Неужели достаточно было просто спросить: а что ты хочешь взамен? Неужели достаточно было просто сказать правду?

С Ириной мы подружились по-настоящему. Я помогала ей с детьми, она учила меня водить. Но это была не просто взаимопомощь. Мы стали встречаться просто так, пить чай, болтать. Она рассказывала о своей жизни, я о своей. Мы смеялись, делились переживаниями. И ни одна из нас не чувствовала себя должной другой.

Однажды она спросила меня:

- Света, а почему ты раньше всем помогала просто так? Без всякого взамен?

Я задумалась.

- Наверное, думала, что так меня будут любить. Что если я буду нужна, меня не бросят. Что если я всегда буду помогать, я всегда буду важна для людей.

- И что, помогло?

- Нет. Меня не любили. Меня использовали. А когда я не могла помочь, от меня просто отворачивались.

- Вот видишь. А теперь, когда ты спрашиваешь, что хочешь взамен, что изменилось?

- Теперь я чувствую себя человеком. Не рабом. Не прислугой. А человеком, у которого есть право хотеть что-то для себя.

Ирина кивнула.

- Это и есть уважение к себе, Света. Ты научилась себя уважать. Наконец.

Прошло полгода. Я научилась водить машину и купила себе подержанную, но надёжную иномарку. Тёмно-синюю, красивую. Теперь я ездила сама. На дачу к знакомым, в магазин, к Ирине в гости. Свобода передвижения давала мне ощущение свободы вообще.

Полина действительно приезжала. Мы разговаривали долго, по душам. Она призналась, что привыкла брать и не думать, что у меня могут быть свои потребности. Я призналась, что виновата сама, потому что не учила её уважать чужие границы.

- Давай по-новому, мам, - предложила она. - Я буду звонить чаще. Буду спрашивать, как ты. И если ты мне поможешь, я тоже тебе помогу чем-то. Договорились?

- Договорились, доченька.

Алла так и не позвонила. Я сама набрала её номер через месяц.

- Привет, Алла.

- О, вспомнила про сестру, - в голосе была обида.

- Алл, давай честно. Ты обиделась, что я отказала. Но ты же ни разу не подумала, чего я хочу. Ты просто привыкла, что я всегда соглашусь.

- Ну так ты же сестра! Сёстры должны помогать!

- Должны. Обе. Взаимно. А ты мне помогала когда-нибудь, когда мне было нужно?

Повисла тишина.

- Не помню, - наконец призналась Алла тихо.

- Вот именно. А я помню каждый раз, когда ты отказывала. И я больше не хочу быть сестрой в одни ворота. Либо мы помогаем друг другу, либо никак.

- Ты изменилась, Света.

- Изменилась. И знаешь что? Мне нравится эта новая я.

Мы помирились не сразу. Алле нужно было время принять новые правила. Но через какое-то время она позвонила и попросила помочь с огородом на даче. А потом добавила:

- А взамен я помогу тебе занавески повесить, ты же говорила, что сама не справляешься.

Я услышала эти слова и улыбнулась. Она поняла. Наконец поняла.

Сейчас прошёл год с того дня, как Ирина спросила меня: а что ты хочешь взамен? Этот простой вопрос перевернул мою жизнь. Я научилась не просто отдавать, но и брать. Не просто помогать, но и просить о помощи. Не просто жертвовать собой, но и ценить себя.

Вчера ко мне подошла соседка, бабушка Вера.

- Светочка, ты не могла бы мне лекарства из аптеки принести? Ноги болят, идти тяжело.

- Конечно, бабушка Вера. А что вы мне взамен дадите?

Она удивлённо посмотрела на меня.

- А что ты хочешь, деточка?

Я подумала.

- Вы же вяжете красиво. Может, свяжете мне шарф к зиме? Я давно мечтаю о вязаном шарфе.

Лицо бабушки Веры расплылось в улыбке.

- С удовольствием! Только пряжу красивую купи, я свяжу такой шарф, что все завидовать будут!

Мы договорились. И я шла в аптеку с лёгким сердцем. Потому что это была не просто услуга. Это был обмен. Справедливый, честный обмен. Где обе стороны получали то, что хотели.

Вечером я сидела на своём балконе с чашкой чая. Смотрела на вечерний город и думала о том, как много лет я потратила впустую. Отдавала себя направо и налево, не требуя ничего взамен. Думала, что так правильно. Что так делают хорошие люди.

А оказалось, что хорошие люди умеют не только давать, но и брать. Умеют не только помогать, но и принимать помощь. Умеют не только жертвовать, но и уважать себя настолько, чтобы сказать: а что ты хочешь мне дать взамен?

И это не эгоизм. Это справедливость. Это уважение к себе. Это понимание того, что твоя жизнь, твоё время, твои силы тоже имеют ценность. И что ты достойна получать столько же, сколько отдаёшь.

Телефон завибрировал. Сообщение от Ирины: «Спасибо за сегодня. Ты супер. На следующей неделе приглашаю тебя в театр. Билеты уже купила. Это тебе взамен за сегодняшнее сидение с детьми».

Я улыбнулась и написала в ответ: «Договорились. С удовольствием».

Вот так и живём теперь. В балансе. В уважении. Во взаимности. И знаете что? Так намного лучше, чем раньше. Намного честнее. Намного правильнее. Потому что отношения, где есть взаимность, крепче, чем те, где один только отдаёт, а другой только берёт. Это я поняла в свои пятьдесят девять лет. Лучше поздно, чем никогда.