– Ну что, солнышко, папа скоро приедет за тобой. Два-три дня максимум, – Галина Петровна поправила розовый шарфик на шее внучки. – Не скучай тут с бабушкой-то.
– Бабуль, а можно я твои старые фотографии посмотрю? Те, где папа маленький? – Лиза подпрыгивала от нетерпения, пока Алексей загружал её вещи в прихожую.
– Конечно, милая. Вечером достанем альбомы.
Алексей стоял в дверях, переминаясь с ноги на ногу. Зимняя куртка нараспашку, в руках ключи от машины – весь вид говорил о спешке.
– Мам, ну я тогда поехал. Срочный рейс до Новосибирска, тройная ставка платят. После праздников все грузы скопились.
– Леш, подожди. Хоть чаю попей с дороги.
– Некогда, мам. К вечеру на трассе уже быть надо. Документы Лизкины в рюкзаке, там и медкарта, и справка из школы. Завтра как раз десятого занятия начинаются.
Галина Петровна кивнула, обнимая внучку за плечи. Лиза прижалась к бабушке, провожая отца задумчивым взглядом.
– Пап, а ты точно через три дня?
– Точно-точно, малышка. Может, даже через два. Как рейс отгружу – сразу к вам.
Алексей быстро чмокнул дочь в макушку, кивнул матери и выскочил за дверь. Галина Петровна подошла к окну – внизу во дворе стояла его серебристая "Газель". Сын забросил в кабину сумку, оглянулся на окна третьего этажа и помахал рукой. Мотор взревел, и машина выкатилась со двора.
– Бабуль, а давай блинчики сделаем? – Лиза уже стягивала розовые варежки. – Папа всё равно в дороге поесть не успеет.
– Давай, солнышко. Ты пока вещи в комнату отнеси, а я тесто заведу.
На кухне привычно зашумел холодильник. Галина Петровна доставала яйца, молоко, муку. Руки двигались автоматически – за годы она могла готовить с закрытыми глазами. В голове крутились мысли: странно, что Лёша так торопился. Обычно хоть полчаса посидит, расскажет про дорогу, про заказы. А тут – словно убегал от чего-то.
– Баб, а у тебя есть цветные карандаши? – Лиза заглянула на кухню. – Мне к рисованию надо принести.
– В верхнем ящике письменного стола посмотри. Там целая коробка должна быть.
Первый блин вышел комом – Галина Петровна рассмеялась. Примета хорошая, говорят. Лиза устроилась за кухонным столом с альбомом для рисования, сосредоточенно выводя контуры какого-то сказочного замка.
– А знаешь, папа раньше тоже любил рисовать, – Галина Петровна переворачивала блинчик. – Особенно машины. Все тетрадки были изрисованы грузовиками.
– Правда? А почему он сейчас не рисует?
– Вырос. Взрослым некогда рисовать, работать надо.
Лиза задумчиво покусывала карандаш. На её носу появились веснушки – совсем как у Светланы в детстве. Галина Петровна вздохнула. Развод сына с невесткой далcя всем тяжело, но больше всего – ребёнку. Хорошо хоть Лёша дочку не бросил, забрал к себе, когда Света уехала на заработки.
Вечер прошёл спокойно. Посмотрели старые фотографии, Лиза хохотала над папиными детскими снимками. Потом читали "Волшебника Изумрудного города" – Галина Петровна специально сохранила все детские книжки сына. В десять уложила внучку спать, поцеловала в лоб.
– Спокойной ночи, солнышко.
– Бабуль, а папа точно приедет?
– Конечно, милая. Папа всегда слово держит.
Галина Петровна прикрыла дверь и прошла на кухню. Набрала Алексея – длинные гудки, потом автоответчик. Наверное, за рулём, не может ответить. Написала сообщение: "Доехал? Лиза спрашивает". Ответа не было.
Утром повела внучку в школу. Лиза бодро вышагивала по заснеженным дорожкам, рассказывая про одноклассников. У школьных ворот обернулась:
– Баб, ты меня заберёшь?
– Конечно. В два часа буду здесь ждать.
День на работе пролетел незаметно. В библиотеке после праздников было тихо – читатели ещё не вернулись к привычному ритму. Галина Петровна расставляла книги по полкам, попутно проверяя телефон. От Алексея – тишина.
– Галь, ты чего такая задумчивая? – Нина Васильевна, коллега и давняя подруга, присела рядом за кафедру.
– Да так. Лёшка вчера Лизу привёз, в рейс уехал. Не отвечает на звонки.
– Ну мало ли. На трассе связь плохая бывает. Не накручивай себя.
В два часа Галина Петровна стояла у школы. Лиза выбежала в числе первых, размахивая дневником.
– Баб, смотри! Пятёрка по математике!
– Молодец, умница моя. Пойдём домой, пообедаем.
Дома Лиза делала уроки, а Галина Петровна снова пыталась дозвониться до сына. Телефон упорно отправлял на автоответчик. Беспокойство росло, но она старалась не показывать этого внучке.
Вечером позвонила Светлане. Бывшая невестка ответила после третьего гудка.
– Алло, Галина Петровна? Что-то случилось с Лизой?
– Нет-нет, с ней всё хорошо. Света, ты с Лёшей не общалась последние дни?
– А что такое? Он же сказал, что сам справляется. Я деньги на карту перевожу каждый месяц.
– Да он в рейс уехал, Лизу мне оставил на пару дней. Но на связь не выходит.
– Странно. Обычно он всегда предупреждает, если задерживается. Хотя... – Светлана замолчала.
– Что?
– Да так, ничего. Просто он последнее время какой-то скрытный стал. Ладно, Галина Петровна, если объявится – пусть мне позвонит. Лизочку поцелуйте от меня.
На третий день ожидания Галина Петровна начала по-настоящему волноваться. Алексей так и не вышел на связь. Она даже позвонила в компанию, где он работал. Диспетчер сухо ответил, что Воронцов взял отгул на неделю по семейным обстоятельствам.
Отгул? Но он же говорил про срочный рейс!
– Бабуль, папа когда приедет? – Лиза сидела за кухонным столом, размазывая кашу по тарелке.
– Скоро, солнышко. Наверное, задержался с грузом.
– А почему он не звонит?
– Может, телефон сломался. Знаешь, как на трассе бывает.
Лиза кивнула, но в глазах читалось сомнение. Дети всегда чувствуют, когда взрослые что-то скрывают.
На четвёртый день случилось неожиданное. Галина Петровна забирала Лизу из школы, когда девочка вдруг сказала:
– Баб, а папина новая тётя Оля говорила, что они поедут отдыхать, когда папа вернётся из рейса.
Галина Петровна остановилась посреди тротуара.
– Какая тётя Оля, солнышко?
– Ну, которая у нас дома живёт. Она красивая, с длинными волосами. Папа сказал, что она его подруга.
В голове зашумело. Подруга? Живёт дома? Почему Лёша ничего не рассказывал?
– Давно она у вас появилась?
– Не знаю. Может, месяц. Или два. Она добрая, конфеты мне покупает. Только говорит, что дети ей мешают работать.
Галина Петровна взяла внучку за руку и повела домой. В груди разливалась обида – как же так, родной сын скрыл такое важное событие. Новая женщина в доме, а мать узнаёт об этом от семилетнего ребёнка.
Вечером, уложив Лизу, она набрала Светлану.
– Света, прости, что беспокою. Ты знала, что у Лёши кто-то появился?
На том конце провода повисла тишина. Потом тяжёлый вздох.
– Знала. Полгода назад он сказал, что встретил женщину. Ольга, кажется. Работают вместе, она тоже в логистике.
– И ты молчала?
– А что я должна была сказать? Мы разведены, Галина Петровна. Он имеет право на личную жизнь.
– Но Лиза! Как же Лиза?
– Вот поэтому я и уехала. Понимала, что новой женщине чужой ребёнок будет обузой. Хотела забрать дочку с собой, но Лёша сказал, что справится. Обещал, что Лизе будет хорошо.
Галина Петровна опустилась на стул. Вот оно что. Сын не просто скрыл новые отношения – он обманул всех. И Светлану, и мать, и дочь.
– Света, а что ты знаешь об этой Ольге?
– Немного. Младше его лет на семь, без детей. Лёша говорил, что она умная, целеустремлённая. Хочет открыть свой бизнес.
– И он ей в этом помогает?
– Наверное. Галина Петровна, если он не объявится завтра – я приеду. Возьму выходной и приеду.
На пятый день терпение лопнуло. Галина Петровна отвела Лизу в школу и поехала к сыну домой. Трёхкомнатная квартира на окраине города – они со Светланой купили её в ипотеку ещё до рождения Лизы.
Дверь никто не открыл. Галина Петровна позвонила соседке – та охотно поделилась новостями. Да, Алексей с какой-то женщиной уехали дня четыре назад. На большой машине, с чемоданами. Сказали, что в командировку.
Вечером за ужином Лиза неожиданно расплакалась.
– Бабушка, а папа нас бросил, да?
– Что ты, солнышко! С чего ты взяла?
– Тётя Оля говорила папе, что я мешаюсь. Я слышала, как они ругались. Она сказала, что не хочет воспитывать чужого ребёнка.
Галина Петровна обняла внучку, чувствуя, как внутри поднимается волна гнева. Значит, вот как. Новая пассия решила избавиться от "обузы", а Лёша пошёл на поводу.
На седьмой день Алексей наконец позвонил. Голос усталый, виноватый.
– Мам, привет. Как вы там?
– Где ты, Алексей? Семь дней прошло!
– Мам, я... Тут такая ситуация сложилась. Можешь ещё подержать Лизку?
– Какая ситуация? Ты обещал забрать её через два дня!
– Понимаешь, тут работа подвернулась. Выгодная очень. Но надо уехать недели на две.
– Не ври мне, Лёша. Я знаю, что ты отгул взял. И про Ольгу знаю.
Молчание. Потом тяжёлый вздох.
– Мам, давай не по телефону. Я завтра приеду, всё объясню.
– Жду.
Но завтра он не приехал. И послезавтра тоже. Галина Петровна методично водила Лизу в школу, готовила обеды, проверяла уроки. Девочка больше не спрашивала про отца, только иногда грустно смотрела в окно.
На десятый день произошла неожиданная встреча. Виктор Иванович, сосед с четвёртого этажа, постучался вечером.
– Галина Петровна, извините за беспокойство. Я тут вашего Алексея видел сегодня.
– Где? – сердце ёкнуло.
– В автосалоне на Мира. Я за запчастями ездил, а он там с молодой женщиной машину смотрел. Новую, импортную.
– Вы уверены, что это был он?
– Ну как же не узнать-то. Столько лет соседствуем. Точно он. Женщина красивая такая, в дорогой шубе. Они документы какие-то оформляли.
Галина Петровна поблагодарила соседа и закрыла дверь. Значит, никакого рейса не было. Сын просто обманул её, чтобы спокойно заниматься своими делами. А Лиза? Что же Лиза – помеха для новой жизни?
Утром она решилась на крайний шаг. Отпросилась с работы и поехала к бывшей свекрови Светланы. Анна Ивановна жила в частном доме на другом конце города.
– Галина, какими судьбами? – женщина впустила её в дом. – Что-то случилось?
– Анна Ивановна, мне нужна помощь. Вы со Светой общаетесь?
– Конечно. Она в Екатеринбурге сейчас, в частной клинике работает. Медсестрой устроилась, платят хорошо.
– А она может приехать? Тут такая ситуация с Лёшей...
Галина Петровна рассказала всё. Анна Ивановна слушала, качая головой.
– Эх, знала я, что до добра не доведёт. Света предупреждала – появилась у него баба, вертит как хочет. Но чтоб ребёнка родного бросить...
– Он не бросил. Пока не бросил. Но боюсь, что к этому идёт.
– Позвоню Свете. Она в ночную смену работает, днём должна ответить.
Светлана перезвонила через час. Голос встревоженный.
– Галина Петровна, мама всё рассказала. Я завтра же приеду.
– Но работа?
– Отпрошусь. Это важнее. Держитесь там с Лизой.
Вечером Галина Петровна сидела на кухне, обхватив голову руками. Лиза уже спала, накрывшись одеялом с головой – так она всегда делала, когда было грустно.
Виктор Иванович принёс молоко – у него была знакомая молочница на рынке. Увидел состояние соседки и остался.
– Чай поставить?
– Спасибо, Виктор Иванович. Сама справлюсь.
– Галина Петровна, вы уж простите за совет. Но может, лучше сразу к участковому обратиться? Мало ли что.
– Рано ещё. Он же не пропал, просто... скрывается.
– А девочка как?
– Молчит. Вопросов не задаёт, но я вижу – переживает. Вчера папин портрет час рассматривала.
– Эх, дети за взрослых страдают. Может, сводить её куда? Отвлечь?
– Да куда тут сводишь. Январь, холодно. Да и настроения нет.
– У меня есть знакомая в театре кукол. Могу билетики достать на выходные. Для ребёнка самое то.
Галина Петровна благодарно кивнула. Хороший человек Виктор Иванович. После смерти жены совсем один остался, но не озлобился. Всем помогает, особенно детям.
На двенадцатый день Алексей появился. Без предупреждения, просто позвонил в дверь утром, когда Лиза была в школе.
– Привет, мам.
Галина Петровна молча пропустила его в квартиру. Сын выглядел помятым – небритый, с красными глазами.
– Чаю налить?
– Давай.
Сели на кухне. Алексей вертел в руках кружку, не поднимая глаз.
– Мам, я понимаю, ты злишься.
– Злюсь? Лёша, ты оставил мне ребёнка на два дня. Прошло почти две недели! Ты хоть понимаешь, что Лиза пережила?
– Понимаю. Но у меня... сложная ситуация.
– С Ольгой?
Алексей вздрогнул.
– Ты знаешь?
– Теперь знаю. Почему не рассказал? Почему скрывал?
– Да какая разница! Моя личная жизнь.
– Твоя личная жизнь перестаёт быть личной, когда страдает ребёнок.
Алексей отставил кружку, по лицу пробежала тень раздражения.
– Мам, давай без нотаций. Я приехал по делу.
– По какому делу?
Сын достал из сумки папку с документами.
– Мне нужно уехать. Надолго. Работа в другом городе, вахтовым методом. Платят очень хорошо.
– И?
– Лизу с собой взять не могу. Там общежитие, условий для ребёнка нет.
– То есть ты хочешь оставить её мне?
– Временно. На пару месяцев. Потом заберу.
Галина Петровна встала, отошла к окну. Во дворе Виктор Иванович чистил снег у подъезда – взял эту обязанность на себя после того, как дворник запил.
– А Ольга? Она тоже едет на эту... вахту?
– При чём тут Ольга? – Алексей нахмурился.
– При том, что ты врёшь мне в глаза. Никакой вахты нет. Вы с ней решили начать новую жизнь, а Лиза вам мешает.
– Кто тебе сказал такую чушь?
– Неважно. Лёша, я готова помочь. Но давай честно – что происходит?
Сын молчал, сжимая кулаки. Потом резко встал.
– Знаешь что, мам? Достали вы все! И ты, и Светка! Вечно лезете, вечно учите! Да, я встретил женщину. Да, мы хотим жить вместе. И да – она не готова воспитывать чужого ребёнка! И что?
– И то, что у тебя есть дочь. Родная дочь.
– Которую мне повесила на шею бывшая жена! Сама смоталась, а я разбирайся!
– Светлана уехала на заработки. Она присылает деньги.
– Деньги! – Алексей рассмеялся. – Мне не деньги нужны, мам. Мне жизнь нужна. Нормальная жизнь.
Галина Петровна села обратно за стол, чувствуя, как устала. Устала от вранья, от этого разговора, от всей ситуации.
– Хорошо. Давай документы. Что подписать?
– Это временная опека. На три месяца. Потом продлим, если надо.
– Если надо кому?
Алексей промолчал. Достал ручку, придвинул бумаги. Галина Петровна читала мелкий шрифт, понимая, что "временное" легко может стать постоянным.
– И деньги. – Сын вытащил конверт. – Тут на месяц. Потом ещё пришлю.
– Лёша, ты хоть с Лизой поговоришь? Объяснишь?
– А что объяснять? Скажи, что я в командировке. Она поймёт.
– Она уже всё понимает. Дети не дураки.
– Мам, ну не начинай! Я и так... – он махнул рукой. – Ладно, мне пора.
текст оборвался
18:41
– Подожди. Телефон Ольги дай. На всякий случай.
– Зачем тебе?
– Затем, что ты мой сын, а Лиза – моя внучка. Если что случится, мне нужно знать, как вас найти.
Алексей нехотя написал номер на листочке. Поднялся, застегнул куртку.
– Мам, спасибо. Правда. Я знаю, что ты всегда поможешь.
– Иди уже. И подумай хорошенько, что ты делаешь.
Сын ушёл, а Галина Петровна ещё долго сидела на кухне. Потом позвонила на работу – отпросилась до конца дня. Нужно было подготовиться к разговору с Лизой.
Забирая внучку из школы, она старалась вести себя как обычно. Но девочка сразу почувствовала неладное.
– Баб, папа приезжал?
– Откуда знаешь?
– У тебя глаза грустные. Как всегда после папы.
Дома Галина Петровна усадила внучку на диван, села рядом.
– Лизонька, папа действительно приезжал. Он уезжает на работу в другой город.
– Надолго?
– На несколько месяцев. Ты пока поживёшь у меня. Ты же не против?
Лиза покачала головой, но губы предательски дрогнули.
– А тётя Оля тоже едет?
– Да, милая.
– Она не любит детей. Я слышала, как она папе говорила.
– Откуда ты знаешь?
– Они на кухне разговаривали, а я в туалет встала. Она сказала, что не собирается возиться с чужим ребёнком. А папа молчал.
Галина Петровна обняла внучку, чувствуя, как маленькое тельце вздрагивает от сдерживаемых слёз.
– Плачь, солнышко. Поплачь, легче будет.
– Я не хочу плакать! – Лиза уткнулась лицом в бабушкино плечо. – Я большая!
– Даже большие иногда плачут. Это нормально.
Вечером позвонила Светлана. Она уже была в поезде, ехала ночным рейсом.
– Завтра утром буду. Встречать не надо, сама доберусь.
– Света, он документы на временную опеку принёс.
– Знаю. Мне тоже копию прислал. Сволочь. Простите, Галина Петровна.
– За правду не ругают. Как думаешь, что делать?
– Поговорим завтра. Главное – Лиза. Как она?
– Держится. Но тяжело ей.
Ночью Галина Петровна не спала. Ходила по квартире, думала. В комнате внучки горел ночник – Лиза боялась темноты. Девочка спала, обняв плюшевого медведя. На щеке блестела дорожка от слезы.
Утром Светлана приехала раньше, чем обещала. Похудевшая, с тёмными кругами под глазами, но решительная.
– Мама! – Лиза бросилась к ней.
– Доченька моя! Как я соскучилась!
Они обнимались, плакали, смеялись. Галина Петровна поставила чайник, нарезала бутерброды. Семья должна быть вместе хотя бы за завтраком.
– Мам, можно я сегодня в школу не пойду? – Лиза прижималась к Светлане.
– Конечно, солнышко. Сегодня мы весь день вместе.
Когда Лиза ушла смотреть мультики, женщины остались на кухне.
– Рассказывайте, Галина Петровна. Всё как есть.
Галина Петровна рассказала. Про обман с рейсом, про Ольгу, про вчерашний визит.
– Я так и знала, – Светлана сжала кулаки. – Когда он сказал, что познакомился с женщиной, я поняла – добром не кончится.
– Но ты уехала.
– А что мне оставалось? Сидеть и смотреть, как он приводит её в наш дом? Я подумала – пусть живут. Главное, чтобы Лизу не обижали. Он клялся, что будет хорошим отцом.
– Света, что теперь делать? Документы я подписала.
– Правильно сделали. По крайней мере, всё официально. Галина Петровна, я понимаю, что прошу многого... Но можно Лиза побудет у вас ещё немного? Я комнату снимаю в коммуналке, там тараканы, соседи пьющие. Не могу туда ребёнка привезти.
– Конечно, побудет. Сколько нужно.
– Я буду помогать. Деньгами, продуктами. И приезжать буду каждые выходные. Обещаю.
– Я не о деньгах. Просто... ей нужна мать.
– Знаю. Но сейчас важнее, чтобы она была в тепле, сытая, в хорошей школе. Через полгода я накоплю на первый взнос за квартиру. Заберу её.
Остаток дня провели втроём. Сходили в парк, слепили снеговика. Лиза повеселела, щёки разрумянились на морозе. Светлана купила дочке новые варежки и шарф – розовые, любимого цвета.
Вечером зашёл Виктор Иванович. Принёс билеты в кукольный театр.
– На завтра, на утренний спектакль. "Золушка" показывают.
– Спасибо, Виктор Иванович! – Лиза подпрыгнула от радости. – Мам, мы пойдём?
– Конечно, пойдём.
Виктор Иванович улыбнулся, поправил очки.
– А можно я с вами? Один билет лишний оказался.
Светлана переглянулась с Галиной Петровной.
– Если не помешаем...
– Что вы! Наоборот, компания веселее.
Ночью Светлана спала на раскладушке в комнате дочери. Галина Петровна слышала, как они шептались, хихикали. Сердце сжималось от нежности и боли одновременно.
В театр пошли все вместе. Лиза сидела между мамой и бабушкой, Виктор Иванович устроился с краю. Спектакль был чудесный – яркие куклы, красивая музыка. Лиза смотрела не отрываясь, иногда хватая то маму, то бабушку за руку.
После театра зашли в кафе. Виктор Иванович заказал всем мороженое, несмотря на зиму.
– От мороженого никто ещё не простужался! – заявил он.
– А вы добрый, дедушка Витя, – Лиза облизывала ложечку.
Виктор Иванович смутился. Галина Петровна улыбнулась – внучка сама решила, как называть соседа.
Вечером Светлана собралась обратно. Поезд через три часа.
– Мам, ты скоро приедешь? – Лиза не отпускала её руку.
– Через неделю, солнышко. Обещаю. Буду звонить каждый день.
– И сказку на ночь расскажешь по телефону?
– Обязательно.
На вокзале Галина Петровна отвела невестку в сторону.
– Света, не корите себя. Вы делаете что можете.
– Знаю. Но всё равно... Бросаю же её.
– Не бросаете. Боретесь за лучшую жизнь. Для неё же стараетесь.
– Спасибо вам, Галина Петровна. За всё.
Обратно ехали молча. Лиза уснула в машине такси, привалившись к бабушке. Галина Петровна гладила её по голове, думая о том, как странно устроена жизнь.
Прошла неделя. Жизнь вошла в привычную колею. Школа, уроки, библиотека. По вечерам Виктор Иванович заходил "на чай", приносил то молоко, то творог. Лиза привыкла к нему, показывала рисунки, рассказывала школьные новости.
От Алексея – тишина. Только раз прислал сообщение: "Устраиваемся. Всё нормально".
Светлана звонила каждый день, как обещала. По выходным приезжала, привозила гостинцы, новые книжки. Лиза ждала эти встречи, считала дни.
Как-то вечером, когда Лиза делала уроки, зазвонил телефон. Незнакомый номер.
– Алло?
– Галина Петровна? – женский голос, низкий, уверенный. – Это Ольга. Можно поговорить?
Галина Петровна прошла на кухню, прикрыла дверь.
– Слушаю вас.
– Я... хотела объясниться. Насчёт Лизы.
– Что тут объяснять? Вы не хотите чужого ребёнка. Ваше право.
– Не всё так просто. Я не монстр, как вы думаете. Просто у меня свои планы на жизнь. В них нет места для... осложнений.
– Ребёнок – это осложнение?
– Для меня – да. Я честная, не буду врать. Алексей сделал выбор.
– В вашу пользу.
– Он взрослый человек. Галина Петровна, я звоню предложить компромисс. Мы готовы платить алименты, помогать финансово. Но жить с нами Лиза не будет.
– А что скажет Алексей?
– Алексей согласен.
Галина Петровна молчала. В трубке слышалось дыхание.
– Галина Петровна? Вы меня слышите?
– Слышу. Спасибо за честность. Но деньги – это не всё, что нужно ребёнку.
– Я понимаю. Но лучше так, чем жить там, где тебя не хотят. Вы же умная женщина.
– Передайте Алексею, что я жду его звонка. Личного, не через посредников.
– Передам. До свидания.
Галина Петровна положила трубку. Вошла Лиза с тетрадкой.
– Баб, поможешь с задачей? Никак не получается.
– Конечно, солнышко. Давай посмотрим.
Они сидели над учебником, разбирая условие. Лиза старательно выводила цифры, кусая губу от усердия. Обычная картина, обычный вечер. Только сердце болело от понимания – сын сделал выбор. И выбор этот был не в пользу дочери.
На следующий день позвонил Алексей. Короткий разговор, сухие фразы.
– Мам, Оля сказала, что звонила.
– Сказала. Лёша, ты уверен?
– В чём?
– В том, что не пожалеешь.
– Мам, не начинай. Я всё решил.
– А Лиза? Ты с ней поговоришь?
– Зачем травмировать ребёнка? Скажи, что я работаю. Потом... потом что-нибудь придумаем.
– Врать, значит.
– Не врать. Просто... не говорить всей правды.
– Она не дурочка, Лёша. Дети всё чувствуют.
– Мам, мне пора. Деньги перечислю в конце месяца. Если что срочное – звони.
Он отключился. Галина Петровна смотрела на телефон, чувствуя пустоту. Родной сын стал чужим. Как так вышло?
Вечером рассказала всё Виктору Ивановичу. Тот слушал, кивал, потом вздохнул.
– Знаете, Галина Петровна, я своих детей не имел. Не дал Бог. Но всегда думал – вот было бы счастье. А люди счастье своё ногами пинают.
– Может, я виновата? Неправильно воспитала?
– Не корите себя. Каждый сам выбирает свой путь. Вы своё дело делаете – внучку растите. Это главное.
Прошёл ещё месяц. Февраль принёс метели, морозы. Лиза простудилась, неделю сидела дома. Галина Петровна отпросилась с работы, лечила внучку. Виктор Иванович приносил лимоны, мёд, варенье из чёрной смородины.
– Бабуль, а когда папа приедет? – спросила Лиза, укутанная в плед.
– Не знаю, солнышко. Работает он.
– А на мой день рождения придёт? Мне в марте восемь будет.
– Посмотрим. Может, успеет.
Лиза кивнула, но глаза были грустные. Она больше не спрашивала про отца, только иногда подходила к окну, смотрела на дорогу.
Светлана приезжала каждые выходные, несмотря на метели. Привозила подарки, водила дочь в кино, в цирк. Старалась наверстать упущенное время.
– Я присмотрела квартиру, – сказала она как-то. – Однокомнатная, но в хорошем районе. К лету накоплю на первый взнос.
– Не торопись. Мы не выгоняем.
– Знаю. Но Лизе нужен дом. Настоящий дом, где её ждут.
– А здесь её не ждут?
– Ждут. Но она должна жить с мамой. Это правильно.
В конце февраля случилось неожиданное. Галина Петровна возвращалась с работы, когда увидела у подъезда знакомую фигуру. Алексей стоял, переминаясь с ноги на ногу, руки в карманах.
– Лёша? Ты чего здесь?
– Мам, привет. Можно поговорить?
– Поднимайся. Лиза дома с Виктором Ивановичем, он математикой с ней занимается.
В подъезде Алексей остановился.
– Может, здесь поговорим? Не хочу при Лизке.
– О чём говорить-то?
Сын выглядел плохо. Похудел, осунулся, под глазами синяки.
– Мам, у меня... проблемы.
– Какие проблемы?
– С Ольгой расстались. Она встретила другого. Богаче, перспективнее. Бросила меня.
Галина Петровна молчала. Что тут скажешь?
– Мам, я дурак. Понимаю. Но может... может, всё вернуть можно?
– Что вернуть, Лёша?
– Ну... как раньше. Я заберу Лизку, буду нормальным отцом. Правда буду.
– А два месяца назад ты не мог быть нормальным отцом?
– Мам, ну не добивай! Я и так...
– Лёша, пойдём домой. Поговорим спокойно.
– А Лиза?
– А что Лиза? Твоя дочь. Соскучилась, наверное.
Поднялись. У двери Алексей замер. Из квартиры доносился смех – Лиза хохотала над чем-то.
– Весёлая она, – тихо сказал сын.
– Дети быстро забывают плохое. Это их защита.
В прихожей столкнулись с Виктором Ивановичем.
– О, Алексей! Давно не виделись.
– Здравствуйте, Виктор Иванович.
– Папа! – Лиза выбежала из комнаты. – Папа приехал!
Она повисла на отце, обнимая за шею. Алексей подхватил дочь на руки, закружил.
– Соскучилась?
– Очень! Ты надолго? Ты останешься?
– Я... я ненадолго, малышка. Проведать вас приехал.
Лиза сникла, но тут же оживилась.
– Пап, смотри, какие задачи я решаю! Дедушка Витя меня научил!
– Дедушка Витя?
– Ну да. Он очень умный, всё знает!
Виктор Иванович смутился, поправил очки.
– Я пойду, пожалуй. Галина Петровна, завтра зайду.
– Спасибо, Виктор Иванович. За всё спасибо.
Когда сосед ушёл, сели на кухне. Лиза притащила тетрадки, альбом с рисунками, хвасталась оценками. Алексей слушал, кивал, но взгляд был растерянный.
– Лизонька, иди мультики посмотри. Мне с папой поговорить надо, – Галина Петровна погладила внучку по голове.
– Ладно. Пап, ты не уйдёшь?
– Нет, малышка. Никуда не уйду.
Когда остались вдвоём, Алексей опустил голову.
– Мам, я идиот.
– Это не новость.
– Нет, серьёзно. Я всё потерял. Ольга ушла, работу я бросил ради неё, квартиру чуть не продал.
– Что значит чуть не продал?
– Она уговаривала. Говорила, купим дом за городом, начнём бизнес. Хорошо, что не успел.
– А Светлана знает?
– Нет. Я с ней не общаюсь. Стыдно.
Галина Петровна встала, налила чаю. Руки дрожали от злости, от жалости, от усталости.
– Лёша, что ты хочешь?
– Вернуть всё назад. Стать нормальным отцом. Мам, я понял – семья это главное. Без семьи человек никто.
– Поздно понял.
– Может, не поздно? Может, ещё можно что-то исправить?
– А ты думаешь, это так просто? Бросил ребёнка, ушёл к другой женщине, а потом вернулся – и все рады?
– Я не бросал! Я оставил Лизу с тобой, знал, что ты позаботишься.
– Удобно. А что чувствовала твоя дочь эти два месяца, ты подумал?
Алексей молчал, сжимая кружку с чаем.
– Мам, помоги. Пожалуйста. Поговори со Светкой, может, она простит.
– Света тут ни при чём. Она свою жизнь строит. Для Лизы старается.
– А я? Я тоже могу стараться!
– Можешь. Но сначала докажи. Не словами – делами.
– Как?
– Для начала найди работу. Потом начни регулярно видеться с дочерью. Не от случая к случаю, а постоянно. Покажи, что ты надёжный.
– Я буду, мам. Клянусь, буду.
Из комнаты выглянула Лиза.
– Можно мне к вам?
– Иди, солнышко.
Девочка примостилась на коленях у отца, обняла за шею.
– Пап, а ты правда будешь приходить?
– Правда, малышка. Каждую неделю.
– Обещаешь?
– Обещаю.
Галина Петровна смотрела на них, и сердце сжималось. Сколько раз Лёша обещал? Сколько раз не сдержал слово?
Алексей ушёл поздно вечером. Лиза долго не могла уснуть, всё спрашивала – когда папа придёт снова?
– Скоро, солнышко. Спи.
Ночью Галина Петровна позвонила Светлане. Рассказала о визите бывшего мужа.
– Пусть приходит к дочери. Я не против. Но ко мне у него дорога закрыта.
– Он хочет всё исправить.
– Поздно, Галина Петровна. Я тоже хочу многое исправить. Но время не вернёшь.
На следующий день Алексей позвонил. Голос бодрый, решительный.
– Мам, я на собеседование иду. В транспортную компанию, знакомый устраивает.
– Удачи.
– И ещё. Можно я в субботу заберу Лизу? В зоопарк сводить хочу.
– Спроси у неё. Света в субботу приезжает.
– А... ну тогда в воскресенье?
– Договаривайтесь.
Повесила трубку с надеждой. Может, и правда одумался? Может, не всё потеряно?
В субботу приехала Светлана. С ней был молодой мужчина – высокий, серьёзный.
– Галина Петровна, познакомьтесь. Это Михаил, мой коллега.
– Очень приятно.
Михаил оказался детским врачом в той же клинике. Спокойный, внимательный. С Лизой сразу нашёл общий язык – показывал фокусы с монетками, рассказывал смешные истории.
– Мама, а дядя Миша с нами в парк пойдёт? – Лиза прыгала от восторга.
– Если захочет.
– Конечно пойду. Люблю парки.
Галина Петровна наблюдала, как Светлана смотрит на Михаила. Мягко, тепло. Неужели устраивается личная жизнь?
В воскресенье Алексей забрал Лизу, как обещал. Вернул вовремя, довольную, с новой игрушкой.
– Баб, мы слона видели! И обезьянок! И папа мороженое купил!
– Замечательно. Руки мыть – и ужинать.
Алексей топтался в прихожей.
– Мам, спасибо. Я... я буду приходить. Каждую неделю.
– Посмотрим.
Так и повелось. Светлана приезжала по субботам, часто с Михаилом. Алексей забирал дочь по воскресеньям. Лиза расцвела – столько внимания, столько любви.
Виктор Иванович стал своим человеком в доме. Помогал с уроками, водил Лизу на кружок рисования, который сам и организовал при библиотеке.
– Галина Петровна, а может, официально оформим занятия? – предложил он как-то. – У меня же педагогическое образование, опыт. Детям полезно, и вам подспорье.
– Отличная идея. Поговорю с директором библиотеки.
В марте отмечали день рождения Лизы. Собрались все – Светлана с Михаилом, Алексей, Виктор Иванович, даже Нина Васильевна зашла поздравить.
Лиза задувала свечи на торте, загадывая желание. Галина Петровна смотрела на неё и думала – какое же желание у восьмилетней девочки, пережившей предательство самых близких людей?
– Я загадала, чтобы мы всегда были вместе! – объявила Лиза.
Взрослые переглянулись. Алексей опустил глаза, Светлана сжала руку Михаила.
– Не все вместе в одном доме, – поспешно добавила девочка. – А просто чтобы никто не исчезал. Чтобы я знала – все мои родные рядом, просто иногда они заняты.
Мудрая девочка. Галина Петровна обняла внучку, чувствуя, как подступают слёзы.
После дня рождения жизнь вошла в спокойное русло. Алексей устроился на работу, исправно появлялся по выходным. Ольгу больше не вспоминал. Светлана готовилась к переезду – летом планировала забрать дочь. Михаил помогал искать квартиру, возил по объявлениям.
Как-то вечером, когда Лиза спала, Виктор Иванович засиделся на кухне дольше обычного.
– Галина Петровна, можно личный вопрос?
– Спрашивайте.
– Вы не жалеете? Что так вышло?
– О чём жалеть? Лиза со мной – это счастье.
– Но ведь планы были другие. Спокойная старость, внуки в гостях по выходным.
Галина Петровна усмехнулась.
– Планы – это одно, а жизнь – другое. Знаете, я многое поняла за эти месяцы. Семья – она не там, где удобно. Она там, где нужно.
– Мудро. А я вот... – он замолчал.
– Что?
– Привык я к вам. К Лизоньке привык. Будет грустно, когда уедет.
– Никуда она от нас не денется. Светлана обещала в том же районе квартиру искать.
– И всё же... Галина Петровна, а можно я иногда буду заходить? Даже когда Лиза уедет?
Она посмотрела на него внимательно. Добрый человек, надёжный. Одинокий.
– Заходите. Я буду рада.
В апреле Светлана нашла квартиру. Небольшую, но уютную. В пятнадцати минутах ходьбы от Галины Петровны.
– Ключи получу в июне. К школе как раз ремонт сделаю.
– Мам, а можно я иногда у бабушки ночевать буду? – Лиза обнимала Светлану.
– Конечно, солнышко. Хоть каждые выходные.
Алексей в разговоре о переезде не участвовал. Только спросил адрес, чтобы знать, где забирать дочь.
Майские праздники отмечали на даче у Виктора Ивановича. Маленький домик, но ухоженный сад. Жарили шашлыки, Лиза бегала с соседскими детьми.
– Хорошо у вас, – Светлана сидела в беседке, увитой виноградом.
– Приезжайте летом. Места всем хватит.
Алексей возился с мангалом, изредка поглядывая на бывшую жену. Михаил помогал ему, о чём-то рассказывал. Мужчины, кажется, нашли общий язык.
Галина Петровна накрывала на стол, Виктор Иванович помогал. Обычная картина, обычная семья. Только собранная из осколков, склеенная любовью к одной маленькой девочке.
– Баб, смотри, какую бабочку поймала! – Лиза подбежала с ладошками лодочкой. – Красивая, правда?
– Очень красивая. Отпусти её, пусть летит.
– Конечно отпущу. Бабочки должны летать.
Девочка раскрыла ладошки, и яркая бабочка вспорхнула вверх. Лиза смотрела ей вслед, улыбаясь.
– Знаешь, баб, я рада, что всё так получилось.
– Как получилось, солнышко?
– Ну, что я пожила с тобой. Что дедушку Витю узнала. Что мама с дядей Мишей дружит. Даже что папа... папа теперь чаще со мной играет.
– И я рада, милая.
– А ещё я поняла важное.
– Что же?
– Что семья – это не только кто с кем живёт. Семья – это кто друг друга любит. И неважно, в одном доме или в разных.
Галина Петровна обняла внучку, прижала к себе. Из взрослых слов, из детской боли родилась эта мудрость. Дорогая цена за урок, но урок усвоен.
Вечером, когда гости разъехались, они с Виктором Ивановичем сидели на веранде, пили чай.
– Славная у вас внучка.
– Золото, не внучка.
– Галина Петровна, а вы думали... ну, о будущем?
– В каком смысле?
– Когда Лиза переедет к маме. Вы одна останетесь.
– Не одна. Они рядом будут. И потом, работа, друзья.
– И всё же... Может, подумаете? Ну, чтобы не одной?
Она посмотрела на него, улыбнулась.
– Виктор Иванович, вы это к чему?
Он смутился, но взгляд не отвёл.
– К тому, что одиночество – плохой товарищ в нашем возрасте. А вдвоём веселее.
– Вы предложение делаете?
– А что? Возраст у нас не юный, но и не древний. Вы женщина замечательная, я... ну, тоже вроде не последний человек. Подумайте?
– Подумаю.
В июне Светлана забрала Лизу. Переезд прошёл легко – вещей немного, а радости море. Галина Петровна помогала обустраивать детскую комнату, Виктор Иванович вешал полки.
– Бабуль, смотри, у меня теперь свой стол! И шкаф! И даже балкон!
– Красота. Растёшь, взрослеешь.
– Но я всё равно буду к тебе приходить. Каждый день!
– Не каждый день, но часто. Обещаю.
Алексей привёз дочери новую кровать – подарок к новоселью. Сдержанно поздравил Светлану, пожал руку Михаилу.
– Если помощь нужна – звоните.
– Спасибо. Справимся.
Вечером Галина Петровна вернулась в опустевшую квартиру. Тихо, непривычно. В комнате Лизы остался только диван и шкаф. На столе – забытый карандаш.
Зазвонил телефон. Виктор Иванович.
– Как вы там?
– Нормально. Тихо.
– Может, чаю? У меня пирог с яблоками.
– Приходите.
Сидели на кухне, пили чай, говорили о пустяках. Потом Виктор Иванович взял её руку.
– Галина Петровна, вы подумали?
– Думала.
– И?
– А давайте не спешить. Посмотрим, как жизнь сложится.
– Я никуда не спешу. Мне главное – рядом быть.
На следующий день Лиза прибежала после школы. Как обещала.
– Баб, у нас в новой школе такая столовая классная! И учительница добрая! И девочка со мной за партой сидит, Катя, мы уже подружились!
– Замечательно. Рассказывай.
Жизнь продолжалась. Новая глава, новая страница. Галина Петровна смотрела, как внучка оживлённо рассказывает о школьных новостях, и улыбалась. Всё сложилось не так, как планировалось. Но может быть, именно так и должно было быть.
Вечером позвонил Алексей.
– Мам, можно Лизу в субботу заберу? В театр хочу сводить.
– Договаривайся с ней. И со Светой.
– Уже договорился. Мам... спасибо тебе.
– За что?
– За то, что не отвернулась. За то, что Лизку сохранила для меня. Я понимаю, мог потерять её навсегда.
– Мог. Но не потерял. И смотри больше не теряй.
– Не потеряю. Обещаю.
Галина Петровна положила трубку и подошла к окну. Во дворе Виктор Иванович выгуливал соседскую собаку – хозяйка приболела. Увидел её в окне, помахал рукой.
Она помахала в ответ, подумав, что жизнь – странная штука. Ломает планы, рушит надежды, но потом из обломков строит что-то новое. Иногда даже лучше прежнего.
Завтра суббота. Придёт Лиза, может, заглянет Светлана. Виктор Иванович обещал научить печь его фирменный пирог. Простые радости, простые планы.
А большего и не надо.