"…На следующий день отец и сын встретились по договоренности с утра у исторического трёхэтажного здания с высокими окнами, принадлежащего берлинскому филиалу частного транснационального банка Deutsche Bank.
(часть 1 - https://dzen.ru/a/aOtBEXp2GSQhhjB9)
Давиду пришлось немного подождать в небольшом холе на первом этаже, пока отец не заберёт деньги из банковской ячейки и не передаст ему пакет в специальной комнате, куда проводил нового клиента молчаливый охранник в чёрном костюме.
Лев Георгиевич ещё раз проинструктировал сына и предупредил, что начнёт ждать звонка у себя в номере часа через три. Раньше Давид вряд ли освободится.
А сейчас надо сдать свой паспорт специалисту и открыть залоговый расчётный счёт в операционном зале. И пусть Давид не волнуется – учитывая свой процент от сделок, банк предоставит дорогому клиенту русскоязычного сотрудника.
Всё прошло быстро и спокойно под присмотром искусно замаскированных крохотных видеокамер слежения, утыканных по всему зданию банка…
Молоденькая сотрудница, с ходу и практически без акцента сообщив по-русски, что её родители родом с города Энгельса, быстро сличила фото заграничного паспорта со стоящим перед ней очень даже симпатичным оригиналом и начала принимать деньги на специальный счёт, который откроется только при переходе прав собственности на выбранные клиентом квартиры.
Прилежная дочь русских переселенцев в банковской униформе пыталась оставаться строгой и собранной, как настоящая немка, всем своим видом демонстрируя стабильность и надёжность Дойче-банка, но всё же изредка бросала заинтересованные взгляды на бывшего соотечественника.
И очень богатого, раз в свои двадцать лет спокойно распоряжается огромными суммами. Молодой человек почувствовал девчачий интерес и, как бы между делом, проинформировал в окошко, что он остановился здесь рядом, и у него только сегодня плотный день.
А завтра он свободен. И вообще, как отдыхает по вечерам берлинская молодёжь? Здесь есть ночные клубы?
В ответ россиянин получил не только свои документы, но и небольшой фирменный листочек с логотипами учреждения и с номером телефона, написанного от руки каллиграфическими цифрами вместе с именем – Katrin.
Катя, значит… Как хорошо быть молодым и богатым…
Сама сделка купли-продажи двух квартир под чутким руководством риэлтора Любы прошла ровно и относительно быстро.
Покупателю больше понравилась квартира в историческом доме на Ляйпцигер-Штрассе, чем-то похожую на квартиру мамы с бабушкой на Мытнинской улице, чем стандартное жильё в районе Александрплац в девятиэтажном панельном доме.
Вроде бы, рядом с известной площадью, но здесь совсем не казалось, что ты находишься в центре крупной европейской столицы.
Скорее, это район напоминает окраины: высокий дом, построенный еще в социалистическую эпоху, просторный зеленый двор и странные клумбы под окнами. Почему отец выбрал для проживания именно эту квартиру?
С риэлтором договорились встретиться через пару дней и решить оставшиеся вопросы с арендой второй квартиры. Специалист заверила за финальной чашкой кофе, что уже за эти дни обязательно найдёт для нового владельца самых надёжных и платежеспособных арендаторов с оплатой за несколько месяцев вперёд. На том пока и расстались…
Лев Георгиевич дождался сына на парковке крутого отеля возле новенького седана Volkswagen Passat тёмно-синего цвета, быстро уточнил подробности окончании сделки и махнул рукой в сторону автомобиля.
– Смотри, Давид, на чём мы рванём в Саксонию. Бизнес-класс! Только сегодня оформил в прокат на неделю.
Владелец Шевроле Тахо с интересом обошёл низкий автомобиль с рубленными агрессивными фарами, занял переднее пассажирское место и принялся осматривать панель приборов.
Всё в мире относительно… Если бывший военный водитель сравнил УАЗ комбата с американским внедорожником, назвав последний «космическим кораблем», то сейчас можно было сказать, что молодой человек сел в звездолёт.
Все по-немецки практично, лаконично и всё на своих местах…
Давид оглянулся и, изучая просторный салон, осмотрел заднее пассажирское сиденье, на котором лежала небольшая дорожная сумка отца из чёрной кожи. Пассажир развернулся и вопросительно взглянул на водителя, который завёл еле слышно урчащий двигатель одним нажатием кнопки.
Отец решил не возвращаться в немецкую столицу?
Лев Георгиевич мягко улыбнулся и пояснил:
– После Лейпцига и Гриммы мне надо будет заехать по делам в Прагу, оттуда вылечу в Москву. А ты сам вернёшься в Берлин и отдохнёшь здесь до выходных. Думаю, найдёшь, чем заняться, раз получишь деньги за аренду квартиры.
– Опять в Москву?
– Все наши основные клиенты живут и работают в Первопрестольной. Да ещё как живут…
Водитель замолчал и переключил всё свое внимание на дорогу. Лаконичный и строгий седан бизнес-класса аккуратно выехал со стоянки и направился по вытянутой Ляйпцигер-штрассе к ближайшему съезду на федеральную автодорогу (die Bundesautobahn). Или по-нашему просто Автобан.
Когда выехали на оживленную трассу в четыре полосы и сразу набрали скорость в 170 км/час, Давид восхищенно произнёс:
– Блин! Нам бы такие дороги…
Отец, откинувшись на комфортном сиденье, задумчиво произнёс:
– Для этого пришлось бы провести полную реконструкцию всей дорожной сети. А это нам пока не по силам. Страна у нас большая… И дураков хватает…
Сын вспомнил дороги Заполярья и кивнул.
Водитель, спокойно управляя тяжёлым седаном снаряженной массой в полторы тонны, продолжил лекцию про немецкие дороги:
– Немцы начали строить автобаны ещё при Гитлере перед Второй Мировой для обеспечения транспортировки пассажирских и товарных потоков. И до сих пор реконструируют и расширяют. Все дороги построены в едином стиле, и рекомендуемая здесь скорость 130 км/час. Ограничений по максимальной скорости практически нет. – Лев Георгиевич усмехнулся своим мыслям. – Поэтому, немцы очень трепетно относятся к своему праву вдавить педаль до упора, и любые публичные обсуждения ввода ограничений скорости вызывают очередную волну протеста обычных граждан. Тут недавно местная партия «зеленых» пыталась выступить с доводами о пользе ограничения скорости для экологии, но их быстро заткнули.
Пассажир крутил головой и прикидывал скорость обгоняющих автомобилей.
– Какие-то ограничения должны же быть?
– Первое и основное: крайняя левая полоса предназначена только для обгона. Строго запрещен обгон по правой полосе. Даже если по левой полосе водитель едет чересчур медленно. В такой ситуации полиция оштрафует обоих водителей. Второе – остановка без существенной причины карается штрафом и лишением прав на срок до полугода…
– Сурово, – согласился военный водитель и, чуть подумав, добавил: – Но, здесь ещё надо догнать нарушителя при таких скоростях.
Лев Георгиевич усмехнулся.
– Еще с 50-х годов полицейские водят автомобили и байки, способные настигнуть любого любителя быстрой езды. Да и своих профессиональных гонщиков у полиции всегда хватает.
Водитель с пассажиром помолчали некоторое время, а Давид, почувствовав настроение собеседника на разговор, вдруг утвердительно спросил:
– Отец, а ты мне так и не рассказал о своих клиентах, решающих вопросы в Москве?
На губах родителя вновь возникла та же усмешка.
– Наши клиенты занимают такие посты и должности, что по их первой же просьбе со мной согласился поговорить целый депутат Совета Федерации. С этими москвичами меня свёл мой новый компаньон. – Водитель мельком взглянул на сына, вернул взгляд на трассу и добавил: – Давид, давай о клиентах поговорим как-нибудь позже и за столом. А сейчас я лучше расскажу тебе про своего компаньона Аркадия Петровича Жигалко. Очень интересный человек…
Сын согласно кивнул... Поговорим о коллеге по бизнесу, раз при такой скорости глаза просто не успевают зацепиться за мелькавшими картинками за окном «народного» автомобиля с очень даже комфортным салоном, к которому идут куча электронных систем улучшающих безопасность, начиная от подушек и шторок и заканчивая функцией распознавания усталости водителя. Отличная звукоизоляция и круиз-контроль.
И, учитывая стоимость автомобиля, «народным» Volkswagen Passat B7 с уверенностью можно назвать только для граждан Германии. И то, далеко не для всех…"
(продолжение - https://dzen.ru/a/aV_40qX56xMOZsRm)
