Васька-пастух повторно быть экскурсоводом отказался и вообще неожиданно отбыл в соседнюю деревню — там у него жила тетка и еще кто-то, к кому он неожиданно воспылал родственными чувствами и отбыл он, как сам напоследок ляпнул «закрывать гештальт» и «восстанавливать единство семьи».
Смеяться над Лехой-трактористом не перестали, но уже делали это… как-то с оглядкой. Кто знает, что там вообще происходит? И вот, Нюра не сдержалась! Да еще подбила на это Дмитрия…
Марина от бухгалтера, такого солидного, уважаемого в деревне человека этого совсем не ожидала! Откуда же ей было знать, что Петрович согласился на эту безумную авантюру лишь потому, что накануне в его жизнь ворвались горькие перемены… Не то, чтоб это ему самому себе было как оправдание, но вот — решил встряхнуться!
Но теперь, когда рядом была не только Нюра, для которой всякие авантюры и сплетни нужны были как хлеб, но и Марина, которая на Дмитрия Петровича всегда вообще оказывала странный эффект… Он вдруг почувствовал себя тут — подглядывающим в окошко чужой бани, себя крайне неуютно и стыдно. Дмитрий Петрович был вдовцом — потерял жену от онкологии шесть лет назад. И больше не женился, романов не заводил… Не потому, что желающих не было, а потому… Что тайно был в Марину влюблен. Но не смел и надеяться — потому что был сильно старше — аж двадцать лет, да к тому же потому что знал, что Марина забыла о личной жизни в заботе о сыновьях.
– В самом деле, что это мы? – прошипел пристыженно Дмитрий. – Идемте! А то и правда, заметят…
– Идемте, –кивнула Марина, отлипая от окошка бани с круглыми глазами. – Дети, ну-ка, тихонько, пошли!
– Маам, –протянул было Сашка, но родительница ему кулаком погрозила. Никогда не лупила, но дала сейчас понять — что с непослушанием обоих близнецов покончено.
– А я? А мне? Пустите! – заволновалась Нюра, но Марина соседку решительно и буквально волоком оттащила в сторону.
– Ты уже глядела вчерась, сама говорила, – ехидно укор ей кинула владельца магазина. Покосилась на баню. Кажется, те, кто внутри творит невесть что, ничего не заметили.
– Давайте-ка выбираться потихоньку обратно! И оставьте уже… Оставьте уже Леху в покое! Что они с женой, кусаются, а?
Дмитрий и Нюра отрицательно помотали головами. Никита и Сашка переглянулись, вообразив, что возможно, Леха-тракторист — это оборотень! Как в сказках, его заколдовали… И возможно он очень даже кусается. Обоим мальчикам в голову пришла одна и та же мысль — конкретно на огород Лехи за ягодой–викторией больше не лазить!
Наконец, все ушли прочь и разошлись по домам… А из бани через какое-то время вышли двое. Леха приобнял жену за плечи.
– Спасибо, ты меня прям спасаешь! Мы обязательно со всем справимся...
– Я тебя люблю, –ответила девушка, ничуть не заикаясь и подняла взгляд на луну — она была полной и очень красивой.
За многие километры от деревни Вешки, в роскошном особняке в элитном пригородном поселке, в кабинете, обставленном мебелью из красного дерева работы итальянских мастеров, за столом сидел погруженный в тяжелые размышления мужчина лет пятидесяти...
Он был богат и успешен. У него была красавица-подруга сильно моложе его. Любой его каприз мог быть исполнен по щелчку пальцев. Но он чувствовал себя глубоко несчастным…
Сейчас он смотрел на фотоснимок — молодая, смеющаяся женщина, у нее на руках — ребенок лет трех в розовом платьице и рядом, обнимая своих любимых людей — еще один человек, но не он, а другой мужчина. Каким же хрупким, недостижимым оказалось обыкновенное человеческое счастье!
Человека в кабинете звали Петр Орлов Григорьевич. Олигарх! Железный человек — так прозвали его журналисты за крепкую хватку и умение защищать свои интересы.
Двадцать лет назад, когда его бизнес-империя только начала расцветать, он ошибся… Позволив себе порочную слабость, он провел ночь с женой своего лучшего друга. Этот человек — Виктор, не был деловым человеком, он был обычный работяга с завода… Но его общество казалось всегда Петру самым искренним, манящим, значимым! Светлану оба знали еще по вузовским временам. Оба были в нее влюблены. И как так глупо вышло… Как так безумно вышло… После той ночи, случившейся внезапно, будто оба испили какого-то напитка приворотного, Светлана сказала, что она любит Виктора. Что она приняла его предложение руки и сердца. Она умоляла Петра не рушить ее молодую семью, простить ей роковую слабость! И он, поскольку любил ее по-настоящему, все так и сделал… Забыл.
Петр чувствовал себя виноватым перед товарищем, но нашел потом себе оправдание — ведь он в ту ночь не знал, что Света уже стала чужой невестой! И несмотря на то, что Петр достиг больших высот — он продолжал дружить с семьей Виктора и Светланы.
Мужчина в кабинете вспомнил особенный день. Он тогда был приглашен на семейное торжество — дочке пары его друзей исполнилось восемнадцать лет.
– Мои поздравления виновнице торжества! – сказал Петр, передавая юной девушке букет леденцово-розовых роз и коробочку с драгоценным подарком — кулоном из розового золота в виде антилопы, глаза которой были сработаны ювелиром из розовых алмазов. – Настоящая принцесса выросла, – похвалил он Елену. – Сразу видно — в маму улыбка и в папу носик!
– А вот упрямством вся в тебя, – пошутил Виктор. –Наверное от того, что ты у нас в гостях часто бываешь. Вот и заразилась!
Светлана отвела глаза.
– Глупости говоришь, – бросила мужу.
Елена была счастлива — она радовалась тому, что стала совсем взрослой. Она постоянно болтала о том, как рада, что поступила в ВУЗ своей мечты и скоро станет дипломированным психологом — Елена мечтала помогать людям, делать их жизнь понятнее и проще.
А потом… После того, как был съеден торт, Света отвела Петра в сторонку и сказала, что им нужно серьезно поговорить. Он ничего не понял, но ответил согласием.
На следующий день Светлана приехала в офис его компании и Петр закрылся у себя в кабинете… Светлана сказала, что теперь, когда дочка выросла, она может открыть правду — это ребенок не от Виктора, а от Петра! Раньше не могла сказать… Молчала ради семьи.
Петр был в шоке, он просто не мог в это поверить! И вместе с этим понимал — все так и есть… Светлана просила только об одном — не спешить… Сказала, что мужу уже все известно, а вот дочери пока нет, потому что вообще не знает, как с таким подойти… Оглушенный этим известием Петр не находил себе места. Он просто не знал к кому обратиться! Но потом нашелся один человек — это была его подруга, спутница… А точнее говоря — содержанка Милана. Она была светской львицей, но… Держалась в этом обществе высшем лишь благодаря своим покровителям. Милана была немолода по меркам дев этой специфической сферы — ей было уже тридцать два года! Но Петру она нравилась — яркий, как вулкан, нрав, огонек, который не дает заскучать! Он рассказал ей обо всем… Петр устал от случайных связей и надеялся обрести с Миланой наконец счастье. Но теперь, естественно, уже не было мыслей о том, чтобы отправиться в кругосветное путешествие — весь мир одного из самых агрессивных и прагматичных бизнесменов сузился до осознания того, что у него есть дочка! Милана выслушала своего покровителя внимательно… Она пожалела его и пообещала, что вместе они все решат наилучшим образом! Главное, как правильно сказала мать девочки — не спешить...
Петр не знал, что Милане интересен только его счет, а также имущество. Не то, чтобы он питал иллюзии об искренней, чистой любви к себе… Но он надеялся, что может быть вполне интересен женщине как достойный спутник жизни!
Он не знал, что Милане стоило огромных трудов скрыть за сладкой маской сочувствия ярость, злость и зависть к его обретенной внезапно дочери. Милана слишком хорошо понимала, чем ей это грозит — это означало, что у всех миллионов Петра внезапно появилась наследница!
А потом случилась беда. В тот день Светлана, Виктор и Елена должны были ехать на дачу. Собирались там провести отпуск всей семьей. Вещей набралось очень много и поэтому разделили все на две легковые машины, дочка села отдельно от родителей. А потом случилась авария…
Машина, где сидели Виктор и Светлана пострадала сильнее всего, их доставили в больницу и врачи дали самые неблагоприятные прогнозы, сообщили, что только Светлана ненадолго пришла в себя и снова отключилась.
Авто Елены чудом избежало столкновения с грузовиком и вообще не пострадало. Сама девушка отделалась, как говорили доктора, просто испугом и парой синяков. Естественно, она поспешила вслед за родителями — в больницу...
Петр больше всего на свете хотел оказаться там, рядом с ними! Но не мог — был в Америке и по законам физики на дорогу требовалось так бесконечно много часов… Он попросил Милану не бросать его родных, поехать к ним, переговорить с врачами, сделать все, чтобы о них позаботились самым лучшим образом!
Но Виктор и Светлана погибли. А Елена… Она покинула больницу — просто села в машину и умчалась прочь. Милана в слезах позвонила своему покровителю, говорила, что и сделать ничего не успела — девчонка просто убежала!
Через несколько часов стало известно, что машина Елены тоже попала в аварию — не справилась с управлением и грохнулась с моста… Потом авто вспыхнуло. А Елена… Петру передали, что она пропала… Он не понимал — как это, как пропала? Но девушку никто не мог найти… Кто-то из специалистов мрачно предположил, что она могла получив травмы успеть выбраться, но сил хватило ненадолго и она… Возможно, в состоянии шока зашла куда-то и там провалилась — рядом с местом аварии были недостроенные дома, говорили, там есть спуски в какие-то катакомбы… Петр ничего слушать не хотел — он умолял, приказывал разыскать его дочь! Подключил лучших детективов.
Петру стало плохо с сердцем… Он не понимал, почему это самое его собственное сердце вообще еще продолжает биться! Позже кто-то из друзей убеждал его в том, что нужно перенести горе и двигаться, жить дальше… И как же это было невыносимо!
Петр смотрел на фотоснимок и мысли его метались между прошлым и настоящим. Логически он понимал, что шансы на то, что Елена жива — минимальны, но… не мог отказаться от веры, надежды на лучший исход всего этого кошмара!
В этот же поздний час, вернувшаяся вместе со своим женихом в дом Елена лежала в постели без сна. Девушка вспоминала последние несколько недель своей жизни… Той жизни, в которой она вообще помнила себя и осознавала. Как же все было странно! Как же многое было пугающе… В темноте протянула руку и нащупала ладонь Лехи — он спал на кровати, поставленной рядом. Он сказал, что пока не поженились, то жить будут прилично. Спать можно в одной комнате, но строго — на разных постелях. Потому что еще не муж и жена! Елена легонько сжала ладонь парня — это успокаивало, приносило облегчение… Алексей стал ее спасением, защитником, надеждой!
Елена плохо помнила, что с ней случилось… Все, что сохраняла память первое время — это боль. Обжигающая, всеобъемлющая боль, как будто она упала с огромной высоты вниз. Она смутно помнила, как сильно, остро пахло бензином… Как скрежетал металл… Помнила, как ее тело боролось за спасение — она действовала как на инстинктах, выбиралась как из ловушки, едва двигалась, но шла вперед… Бездумно, просто шла и шла, пока не обессилела… Потом ее кто-то тормошил, поднял на руки и понес.
Елена пришла в чувства на свалке с бомжами. Она не помнила кто она, могла лишь назвать свое имя. Она с трудом говорила и ходила, только ей казалось, что она не всегда заикалась и была хромой… А потом выяснилось, что она не заикается, если оказывается в месте, где безопасно и спокойно.
Правда, найти такой уголок на свалке было едва ли реально… Но Елене очень повезло — на несколько дней ее приютила какая-то женщина, говорившая про себя, что она — бывший профессор, врач-хирург, да вот, дети квартиру забрали, выкинули сперва в психушку, а потом, сбежала оттуда и тут вот поселилась… Эта женщина пожилая говорила, что ее зовут Катя. Потом — Марина. Потом — Алевтина. Но сошлись в итоге на Екатерине. Она и сказала Елене, что судя по всему, девушка попала в какую–то аварию…
– Но я ничего не помню, – покачала та головой. – Все как в тумане! Мне страшно… Когда я выхожу и вижу вокруг пространство, мир…
– Агорафобия у тебя, деточка, – серьезно ответила Екатерина. – А еще ты чужих шугаешься, заикаешься на людях… Что, думаешь, пойти и помощи попросить? А как с тем быть, – она постучала пальцем по лбу Елены. – Как с тем быть, что в голове у тебя путается? Да тебя в дурку закроют, это точно! Оттуда уже не выйдешь… Или овощем станешь, когда до воли доберешься. Мне повезло, а ты — молодая, видно, что нежная вся… Не выживешь ты там! Лучше с нами тута сиди, я о тебе позабочусь… В обиду не дам!
Екатерина сказала правду о том, что не даст в обиду — навыки врача обеспечивали ей своеобразный авторитет среди бездомных, она не отказывала никому в помощи и многим, как говорили самые бедолаги здешние, спасла жизни, не позволила остаться инвалидами.
Елена дрожала, просто тряслась под впечатлениями от рассказов Кати о том, что будет с ней, если выйдет в большой мир за помощью.
– А если у меня там родные остались, семья? Они же мне помогут! – как-то сказала девушка.
– Что сердце тебе подсказывает? – спросила Катерина.
– Что они… Что с ними что-то ужасное случилось! Я не помню… Мне кажется, их больше нет! Да… Они погибли! Я помню это чувство потери... Как же больно, тяжело, страшно! – Елена схватилась за виски, зажмурилась. – Мне кажется, что там… Кто-то хотел мне причинить вред!
– А раз кажется, – погладила ее по спине покровительница. – То сиди тихонько, вспоминай тут… Беду не накликай своей суетой, запомни мой совет! Вот, лучше давай картинки поглядим…
И она принялась раскладывать перед девушкой рисунки, вырванные из журналов и детских книжек.
– Говорят, если по ассоциациям идти, будто по хлебным крошкам на тропинке, то можно выйти из глубин своей памяти, как из леса…
– Это сказка! Гензель и Гретель! – воскликнула Елена. – Я ее читала когда-то… Я помню! А еще помню Дюма и… Учебники? Наверное, я была студенткой…
– Вот и умница, вот и движемся потихоньку, – заулыбалась Екатерина. – Значит, будем потихоньку вспоминать то, что есть! Ты про книжки думай побольше, а я подсказывать стану…
Постепенно в сознании Елены начинало что-то вырисовываться. Она поняла, что очень хорошо знает многое по психологии — как будто читала много таких книг. Но именно эти воспоминания пришли не просто так… Девушка вдруг обнаружила в себе талант. Как-то раз к Екатерине заглянул бездомный старик по имени Егор, который очень, очень боялся собак, хотя ни одна его в жизни не покусала. Елена заговорила с ним и вскоре выяснила, что страх этот идет из детства — когда на малыша Егорку лаял пьяный отчим, запугивал его, загонял в темный шкаф и там запирал! Елена помогла старичку проработать этот страх и тот вскоре объявил, что собак перестал бояться! Ну, по крайней мере маленьких пород и тех, что на поводках… Вскоре на свалке Елене дали прозвище «наша мозгоправша». Вот только… Несмотря на то, что девушке порой удавалось помочь другим, она не могла ничего поделать с собой. И ей даже начинало казаться, что прошлая жизнь — это как сон! В нем было нечто кошмарное… И она не желает к нему возвращаться. Елена все откладывала возвращение в большой, цивилизованный мир…
А потом на свалку однажды пришли люди из какой-то благотворительной организации — они приглашали тех бомжей, кто желал новой жизни в работный дом, говорили, что это шанс. Екатерина стала уговаривать Елену — что это действительно шанс!
– Ты с нами совсем одичаешь, – строго сказала. – Там, глядишь, память быстрее к тебе будет возвращаться. О себе много не говори, можешь даже легенду какую придумать… Да, люди как будто добрые, сердечные, но ты все–таки приври маленько для своей безопасности… А там, кстати, уже решишь — когда искать, кто ты прежде была. Они и помогут, кстати! Защитят, чтоб не обидел тебя никто… Ступай! И это… Если наладиться у тебя жизнь, когда наладиться, ты мне весточку какую-нибудь пришли, что ли…
Вот так Елена и очутилась в месте под названием «Дорога к будущему». Она была очень осторожна, говорила, что есть амнезия, но частичная, а так вот, просто оказалась на улице из-за сложных обстоятельств… Она была не самая странная постоялица этого места, к ней не лезли в душу. А когда поняли, что находиться во внешнем мире для нее проблемно, определили работать на кухню — ведь нужно было готовить на всех обитателей работного дома.
А потом Елена познакомилась с Лехой. Она встретила его, когда вышла во двор — отдать немного мяса обитавшему при доме псу Волку, который был не волк, конечно, а просто большая и лохматая дворняга. Леха как раз подвязывал деревце, которое пострадало от бури. В уходе за садовыми посадками, он был мастер, как в управлении трактором! Разговорились… Леха не считал Елену чудной или тем более — сумасшедшей. Он был очарован девушкой и сразу сказал, что влюбился. Елена была смущена, но неожиданно для самой себя ответила взаимностью — она почему-то сразу стала доверять этому парню… Ему она и рассказала обо всем, ничего не утаила! Леха согласился с тем, что она не хотела спешить узнавать про себя прошлую, сказал, что возможно, интуиция ее не подводит…
– Выходи за меня! Ну, не сразу, конечно. Сперва женихом с невестой побудем. А потом, как все узнаешь про себя… Поженимся, – сказал он простодушно. – Я почему не спешу — вдруг ты уже мужняя жена, просто забыла и у тебя семеро по лавкам?
– Мне почему-то кажется что ничего этого нет, – ответила Елена, но понимая, что в словах парня есть зерно истины с ним согласилась.
– Это безумие, – сказала женщина, которая была из числа тех, кто управлял работным домом. – У тебя, милая, даже документов нету! Я вообще боюсь… Вдруг ты несовершеннолетняя?!
– Я точно помню, как школу окончила и помню, что чувствовала — мне открыт весь мир, мне исполнилось восемнадцать, – ответила Елена.
И это была чистая правда. Девушка начала кое-что вспоминать… Роскошный торт со сливочным тортом, на котором она задула ровно восемнадцать свечей.
– Мне кажется, что Алексей — моя судьба, – добавила Елена задумчиво, теребя в пальцах кулон.
Это украшение она берегла больше всего прочего… Хотя, по сути, это и было все ее имущество. Кулон сверкал и казалось, через кончики пальцев к самому сердцу от него шло тепло. Елене чудилось порой, что он как будто волшебный — что в нем заключено нечто, что не позволило ей в те, роковые мгновения, когда она зависла между жизнью и смертью, ускользнуть прочь, что в нем есть то, что не позволило ей соскользнуть в пучину безумия.
Вот так Елена и очутилась в Вешках. Леха, узнав про ее талант к психологии, сначала подшучивал на этим, беззлобно так… Но потом призадумался и сказал, что он, например, сам с собой ведет внутренний монолог, в котором постоянно критикует себя! Елена сказала, что это очень вредно и предложила проработать этот вопрос… Как и то, что парень чувствовал себя ужасно одиноко, болезненно тяжело после потери всей своей семьи. Елена предложила не просто говорить по душам, но и прорабатывать проблемные моменты в игровом формате, сказала, что есть такие возможности в приемах современной психологии! Леха был не против. Только попросил делать это вечерами, ночами, потому что днем голова занята работой или делами по хозяйству. Так и решили… Стали все делать, что нужно. Именно этому однажды и стал свидетелем Васька-пастух, потом Нюра, а также Марина и бухгалтер Дмитрий Петрович… И просто они все не так поняли! Ведь в придачу к тому, что они не были посвящены в суть происходящего, они так же воспринимали Лешку и его хромую жену… Весьма специфичным образом. И в принципе не ожидали узнать ничего нового нормального об этой, пожалуй, самой странной парочке во всех Вешках!
Если бы кому-то вздумалось наблюдать за жизнью в Вешках продолжительное время, то наблюдатель этот со временем мог бы прийти к любопытным выводам о том, что деревня и ее окрестности — это своеобразный остров. Жители которого, впрочем, вполне довольны своей некоторой оторванностью от остального мира… Нет, безусловно, среди них было много таких, кто регулярно ездил в город, например — Тимур Беляков, он же владелец ЗАО «Совхоз Алая заря». Возник обновленный совхоз еще в середине девяностых и занимал почти то же место, что и раньше, когда еще был собственностью советской власти.
В настоящие дни в нем выращивали свеклу, морковь и еще кое-какие корнеплоды за исключением картошки, которые затем шустро скупались оптовиками. Одно время продукция, минуя оптовиков с их привычкой платить по минимуму даже поступала в областные торговые сети, но потом те как-то от товара решили отказаться — цена не устроила. Тимур считал что это и стало началом конца… Проблемы уже четыре года росли, как снежный ком — то вредители-насекомые, с которыми никакая химия не справляется, то техника сельскохозяйственная нуждается в ремонте… А когда ремонт перестал помогать, господин Беляков решительно сам для себя стукнул кулаком по столу и определился с планами на будущее — быть кредиту! Да, это было опасно и он понимал, что все грозит, если не справиться его детище с конскими процентами и регулярными платежами… Но выхода иного не видел. Только оказалось, что даже кредит взять — та еще задачка! Солидные банки отказывались… Беляков уже было совсем отчаялся, когда нашлась одна фирма, вроде как микрофинансовая, да не совсем… Тимур был человеком опытным, что называется — стреляным воробьем, но даже он запутался в хитросплетениях предлагаемых ему условий. И просто подписал все бумаги, чувствуя в себе небывалую лихость, как будто кто-то пообещал ему, мол, не грусти, все тип-топ будет! В прошлом году Тимур обновил трактора, комбайны, а еще закупил новые семена, обещавшие небывалый урожай… Казалось, путь к успеху просчитан от А до Я, ошибки быть не может! Но… Подвела погода — лето стояло сырым, как будто широта тут была тропическая! А потом выяснилось, что новенькая техника тоже ломается порой и чтобы ее починить, нужны какие-то дорогие и жуть как редко встречающиеся на рынке запчасти… Тимур убеждал себя, что это не страшно — одну просрочку платежа допустить!
А потом в разгар зимы случился пожар и пострадала техника сельскохозяйственная. Тимур надеялся, что страховка покроет убытки, но страховая начала тянуть, не отдавать деньги — им все казалось, что возгорание случилось по недосмотру сторожа, а значит, ну, как бы не подходит случай… Вот так, одно за другим и копилось все… И в один, далеко не прекрасный на фоне всего этого день, стало известно, что кредитор не хочет больше ждать и долг продает коллекторам. А потом стало известно, что у коллекторов кто-то долг выкупил.
– То есть, как это — мы разорены? – потрясенно спросил Дмитрий Петрович, которого Тимур единственного вызвал к себе для откровенного разговора.
Эти двое знали друг друга с детского сада и поэтому только Дмитрию для начала Тимур решил доверить плачевное положение Алой зари.
– В общем, есть покупатель на нас… То есть на землю. Так только с долгами рассчитаемся, – ответил, понуро склонив голову и теребя в пальцах серебристую — именную ручку, подаренную на юбилей. – Выходит, нам все долги простят, если земля к ним перейдет… Запутано это! Я честно скажу — думаю, подозрительно тут что-то, но боюсь, на юристов толковых, чтоб спасали нас, банально нету бюджету...
– Так если землю отдать, как хотят, так что же нам останется? – теперь Дмитрий возмущался. – Да у меня огорода больше останется, чем у тебя поля под посевы! Ты чего, кстати, молчал раньше?! Нужно было поговорить…
– И что бы это дало? – горько усмехнулся Тимур.
– Не знаю… Всем миром бы порешали! – взмахнул руками Петрович. – А так, выходит, себя разорил да еще и людей… Людей то за что?! Сколько наших, из Вешек с Алой зари жили. Как им теперь быть, по миру идти, что ли? Леху вот, тракториста, куда примут еще? Он же у нас того, с чудинкой… Что ему делать? Плясать и петь, тем хлеб добывать?!
– Зачем ты так категорично, – Беляков поморщился, словно от зубной боли. – Может быть еще уладится что-нибудь. Может, человек, который все получает, решит тоже сельским хозяйством заняться… Земли то эти по сути, ни на что другое не годятся! Ну, вот еще есть у нас кусок землицы, там лес… Помнишь, сажали почти все своими руками в начале девяностых? Ну, вот, разросся, чтоб его! К обычному, значит, дикому лесу примкнул и не различишь. Может, там деревья все вырубят? Кто знает.
– А ты что, покупателя еще не видел?
– Нет, со мной его… Ее юристы только говорили.
– Так, погоди, – Дмитрий схватился за сердце — что-то немного ныло. – То есть еще и баба теперь будет главная?! Ну, заживем, запоем!
– Ты мне это, прекрати, – покосился на друга Тимур. – Прогрессивным надо быть, феминизм уважать! Да, женщина все покупает.
– Фамилия у нее какая?
– Болотникова.
– Не слыхал…
– Мне ее юристы все передали, что будет все… Ох, Димка, влип я! В общем, как я понял, это ее муж покупает.
– Ты меня совсем запутал. Так будет тут бизнес-леди верховодить или нет?
– А я почем знаю?! Мне, знаешь ли, хоть черту продать! Лишь бы уже с долгами рассчитаться. Солярку, для работы, вон, тоже в долг отпускали — по знакомству… Лишь бы уже все уладить, а там, все — на покой, на пенсию ухожу! Только… – Тимур глянул на друга умоляюще. – Может… Ты сам с людьми поговоришь? У тебя как-то ловчее получается.
– Поговорю, – кивнул Дмитрий. – Тебя они, пожалуй, в клочья на месте за такое… А мне что? Стоять и смотреть? Придется тебя, друг мой бедовый, опять выручать! Вот, скажи, почему ты такой?! Как начал в детском саду… Помнишь, варенья банку подбил меня украсть, а?
– Эх, какие годы были… – задумчиво улыбнулся Тимур Беляков. – Взрослая жизнь — одна проблема!
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце каждой недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц.
→ Победители ← конкурса.
Как подисаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие и обсуждаемые ← рассказы.