В девятом «Б» царила напряжённая тишина. Учитель химии, Михаил Степанович, стоял у доски, держа в руках колбу, и внимательно оглядывал класс. Сегодня была запланирована лабораторная работа — получение сероводорода. Ученики, разбившись на пары, готовились к опыту: раскладывали оборудование, перечитывали инструкции, тихо переговаривались.
— Итак, — начал учитель, обводя взглядом класс, — напоминаю: работать будем строго по инструкции. Сероводород — токсичный газ, поэтому все манипуляции только под вытяжным шкафом. Приступаем…
Но не успел он закончить фразу, как по классу разнёсся резкий, отвратительный запах тухлых яиц. Ученики заёрзали на местах, зажали носы, закашляли. Михаил Степанович замер с открытым ртом.
— В чём дело?! — воскликнул он, оглядываясь по сторонам. — Я ведь ещё не сказал приступить к работе! Кто начал опыт без разрешения?!
Класс замер. Все переглядывались, пытаясь понять, откуда взялся запах. В воздухе повисла неловкая пауза.
Из последнего ряда робко поднялась рука. Это была Лена — тихая, скромная девочка, которая всегда краснела, если к ней обращались на уроке. Она встала, опустив глаза в пол, и едва слышно пролепетала:
— Извините… Это я… не сдержалась…
По классу прокатился сдержанный смех. Кто‑то уткнулся в тетрадь, чтобы не расхохотаться в голос, кто‑то прикрыл лицо рукой. Михаил Степанович на секунду растерялся, но тут же взял себя в руки.
— Лена, — строго, но без злости произнёс он, — в следующий раз, пожалуйста, предупреждай заранее. А то я уж подумал, что кто‑то решил провести опыт без моего ведома.
Класс взорвался хохотом. Даже Лена, хоть и продолжала густо краснеть, не удержалась и улыбнулась. Напряжение разом спало, и урок, наконец, пошёл своим чередом.