Мы делимся интервью о семейном образовании – без прикрас, с глубокими вопросами и честными ответами. Наша собеседница, Валентина Мурашкина, автор телеграм-канала «Семейное образование и не только» и мама подростка на семейном обучении, делится опытом, мыслями и практическими наблюдениями. Мы говорим о выборе формы обучения, сомнениях, поддержке семьи, личных ценностях и том, на чем строится устойчивое и экологичное семейное образование.
— Валентина, благодарю Вас за участие в нашей беседе. Позвольте начать с самого первого и важного шага: расскажите, пожалуйста, как давно вы находитесь в сфере семейного образования? Когда началось Ваше погружение в эту тему?
— Впервые о семейном образовании я узнала еще в далеком 2013 году. На тот момент моему сыну было три года. Так получилось, что в моей жизни возник запрос на более свободный образ жизни, ведь когда ребенок в 7 лет идет в школу, он, по большому счету, занят от каникул до каникул – и так еще одиннадцать лет вперед.
В моей жизни тогда появились два человека, которые неожиданно дали мне пищу для размышлений. Что удивительно, они никак не были связаны с семейным обучением, их дети учились в школе. Казалось бы, откуда им знать? Тем не менее именно от них я впервые услышала об этой альтернативе.
Сегодня сложно представить, но в тот период это была информация от людей, которые не только не интересовались семейным образованием, но и не представляли, как оно реализуется на практике. И я до сих пор считаю, что если подобная мысль вдруг появляется в вашей жизни – это знак. Я тогда восприняла это именно так.
С 2013 года я начала изучать тему более глубоко. Информации было немного. Самым большим и, пожалуй, единственным пространством по семейному обучению был форум Игоря и Валентины Чапковских. Форумы тогда были неудобны, нужно было много вычитывать, разбираться, собирать крупицы по теме.
Изучая материалы, я неожиданно для себя сделала вывод: чтобы забрать ребенка на семейное обучение, необходимо иметь педагогическое образование. На тот момент я была совершенно не готова получать второе высшее, я только что закончила университет и твердо сказала себе, что в систему образования больше не вернусь.
— Действительно интересный момент. Вы сейчас подсвечиваете то, с чем сталкивались многие родители. Когда они уведомляли местное отдел образования о переходе на семейное обучение, их нередко спрашивали о наличии педагогического образования. И сами родители начинали задумываться об этом. Вы очень точно озвучили переживания, которые были у многих семей.
— Да, я тоже знакома с такими ситуациями. И, знаете, когда человек более значимый задает такой вопрос, невольно начинаешь сомневаться. Но на самом деле это миф. Педагогическое образование не требуется. Если оно у родителя есть – прекрасно, оно может помочь, но если его нет – это никак не мешает выбору семейного обучения.
Однако, раз я не хотела получать второе высшее, нужно было думать дальше: как именно организовать учебный процесс. Через пару лет я пришла к мысли, что, вероятно, нужно выбрать педагога. На начальных классах он один, у него точно есть педагогическое образование, значит, возможно, получится выстроить обучение таким образом, но это был 2015 год – еще не было развитых дистанционных технологий. Только 2020 год принес то разнообразие форматов, которое мы имеем сейчас. В те годы редкий педагог, особенно учитель начальных классов, работал онлайн, поэтому я была ограничена исключительно своим городом.
Когда я начала звонить педагогам или встречаться лично по знакомству, рассказывать о таком варианте, объяснять, что хочу обучать ребенка дома, по индивидуальной траектории, а они тоже могут сделать свое маленькое открытие… На меня смотрели, мягко говоря, странно.
Мне кажется, они до сих пор рассказывают кому-то историю о девушке, которая позвонила им с «необычной» идеей. Для них это действительно звучало ново. Им проще было работать так, как они всегда работали: к ним приходили родители детей, которые либо не успевали в школе, либо, наоборот, хотели более высокие результаты. Программы были накатаны, методики привычны. А в нашем случае нужно было выстраивать систему заново.
И именно в этот момент я поняла: если я им объясняю, как хочу, чтобы занимались с моим ребенком, и если программу начальной школы я знаю сама… значит, что-то здесь не так.
Семейное образование – живой процесс. В нем естественны любые повороты: паузы, новый темп, поиск другого формата.
Где-то внутри звучала мысль: «Ты сможешь сама». Но убеждение, что для семейного обучения нужно педагогическое образование, все еще сидело глубоко.
В итоге мой сын пошел в школу. Первый и второй класс он учился в школе.
— Опыт школьный у вас есть?
— Да, опыт школьный у нас есть. Мой сын прошел классический путь: за год до школы мы занимались подготовкой, и читать, писать, считать он учился в том числе благодаря мне. Это еще один пример того, что в раннем возрасте ребенка обучает родитель: мы учим его ходить, говорить, есть ложкой, и в итоге – готовим к школе. Но почему-то потом вдруг исчезает вера в то, что мы можем дать ребенку образование дальше. И речь ведь не только о школьных предметах – образование включает гораздо более широкий спектр знаний и навыков.
После дошкольной подготовки он проучился в школе два года. Последние полгода – это отдельная история: мне просто не хватило смелости забрать его посреди учебного года. Хотя, по-хорошему, нужно было сделать это сразу.
Я отдала ребенка в школу с уверенностью, что если удастся найти педагога, близкого нам по взглядам, то начальная школа пройдет хорошо. Педагог действительно нашелся, но он все равно оставался внутри системы и не мог выйти из ее влияния. И какие-то процессы все равно происходили так, как я себе не представляла, – независимо от его отношения.
У всех родителей подход разный, но я была из тех, кто, если ребенок приходит домой «пустым» – без знаний по урокам, – считает своим долгом этот фундамент закрыть. В классе было 38 детей, а в таких условиях сложно уйти с урока с чем-то прочным.
Первый, второй, четвертый классы – это базовые навыки, и если их упустить, что будет дальше?
Страхи стандартные: опоздать, не успеть, недодать, останется неучем. Они были и у меня. Я садилась с ребенком, заново объясняла темы, прорешивала задания, подключала пособия. Но в какой-то момент понимаешь: ты делаешь работу с ребенком, а на следующий день ему ставят оценку за то, как ты его научил. И оценка чаще всего не совпадает с реальной картиной. Дома он отвечает на пятерку, а в школе – четыре или три.
Последняя капля была другая. В первом классе оценок не ставили, и динамику было сложно отследить. Учитель мог сказать пару слов о ребенке, но ты и так это знаешь. Он пришел подготовленным, ты не ждешь сложностей, кроме адаптации.
А вот во второй четверти второго класса появляются оценки. И в четверти по музыке выходит четверка. По музыке? Я нормально отношусь к любым оценкам, но мне важно понимать причину: если хочу помочь ребенку на пять, мне нужно знать, что именно не так.
Когда я пришла к учителю, оказалось, что у нас нет ни учебников, ни тетрадей по музыке, никаких записей. Но при этом дети должны знать теоретическую справку к каждому уроку. Это стало одним из тех маленьких пунктов, которые копятся-копятся – и в какой-то момент ты понимаешь: все, здесь уже не место.
Пообщавшись с учителем музыки, я осознала: сегодня это один педагог по дополнительному предмету, а в пятом классе таких будет еще больше. Каждый из них будет влиять на ребенка, а наши ценности с этим учителем совершенно не совпадали. Характер педагога, его отношение – все это будет формировать личность моего ребенка, который, по факту, проводит в школе больше времени, чем со мной.
В каникулы перед Новым годом я начала подробно изучать юридическую базу перехода на семейное образование. Я уже была готова получать педагогическое образование, если понадобится, но, к счастью, узнала, что это не требуется.
Маленькая, осязаемая цель часто полезнее, чем большая абстрактная.
Мне не хватило смелости забрать сына среди года – он доучился второй класс. Но эти полгода дали огромный рост. Когда перестаешь цепляться за школьные процессы, уходят страхи, связанные с «не доучат», «что-то упустим». Начинает работать другое – рост и осознанность.
Сегодня я понимаю, что этот опыт был важен. Но если бы я оказалась в той ситуации сейчас, забрала бы ребенка сразу. Проходить этапы дома лучше, чем внутри системы.
Поэтому для нас ключевым было не бегство от школы, а движение к свободе, которую дает семейное образование. Я изначально ценю свободу выбора – и к тому моменту семейная форма стала необходимостью. Другого пути уже не было. И в школу мой сын больше не возвращался.
— Сколько сейчас сыну лет?
— Сейчас ему 15. В этом году он девятиклассник, будет сдавать ОГЭ – то самое, которого многие боятся на семейном обучении, переживая, как дети справятся с экзаменами. Ну, вот в этом году и узнаем.
Главный навык, который дает семейное образование, – учиться самостоятельно и видеть смысл в знаниях, а не только в оценках.
— Валентина, Вы по натуре человек-бунтарь или приверженец правил классического подхода?
— Знаете, Татьяна, очень интересный вопрос. А противопоставляются ли между собой бунтарь и человек, приверженный классическому подходу? Это антонимы? И если бунтарь – то в чем именно? Во всем подряд? Осознанно? Или речь о несогласии только в отдельных моментах?
С одной стороны, эти понятия действительно не всегда противоположны. С другой – слово «бунтарь» чаще звучит с негативным оттенком, что мне не очень нравится.
Я бы сказала, что я скорее рационализатор. Тот, кто в каждый момент времени выбирает подходы, способы, варианты, которые позволяют реализовать цели в соответствии со своими убеждениями и ценностями. Если опираться именно на ценности, то даже бунт в нужный момент времени не выходит за рамки: ни законодательные, ни морально-этические, ни человеческого достоинства. Это бесспорно.
Родителю важно помнить о себе. Спокойный взрослый может быть опорой, уставший – нет.
Классический подход тоже вовсе не плох, даже в чистом виде, но он неизбежно адаптируется под себя – под то, как мне комфортнее и удобнее.
В целом, умение слышать себя – как человека, как родителя – очень важный навык. Родитель с появлением ребенка получает удивительную способность интуитивно понимать, что будет лучше для него. И я говорю не только о маме, но и о папе, о всей семье – они действительно знают лучше. Просто мы порой перестаем слышать себя и сбиваемся с этого пути, хотя навык у нас есть. И, что удивительно, если действуешь в соответствии с этим внутренним знанием, все складывается наилучшим образом.
Поэтому я не могу отнести себя исключительно ни к бунтарю, ни к приверженцу классического подхода. В разные моменты я могу быть и тем, и другим, если это отвечает цели, но постоянно жить в позиции бунтаря, наверное, тяжеловато.
Первые этапы семейного образования могут выглядеть как школа дома. Это нормально. Со временем появляется собственный ритм и смысл.
— Вы очень хорошо сформулировали: действительно важно опираться на рациональное зерно и действовать, исходя из своих интересов и потребностей в разные моменты времени. Вы очень емко это объяснили.
— Но не переходя границы.
— А что для семьи семейное образование? Свобода или еще большая нагрузка?
— Очень интересный вопрос на самом деле, глубокий. И все же, думаю, здесь у каждого своя правда: сколько семей, выбравших семейное обучение, столько и ответов на вопрос, что это – свобода или нагрузка.
Если говорить конкретно о нашей семье, то первичной ценностью была свобода. Вряд ли кто-то скажет: «О, тут еще больше нагрузки – тогда я точно выберу». Выбирают именно свободу. Но свобода всегда сопряжена с нюансами.
И тут сложно сказать, станет ли дальнейший путь большей нагрузкой или нет. Нужно понимать, умеет ли родитель уже сейчас добывать знания, организовывать процесс, знает ли инструменты – или всему этому еще только предстоит научиться. Мы все стартуем из разных точек. У кого-то первый этап проходит легко, но позже требует роста. У кого-то наоборот: сначала тяжело, но через преодоление наступает свобода. А у кого-то все гладко – это тоже вариант. Я не из них.
Мне мешали некоторые устаревшие убеждения, которые не давали семейному обучению раскрываться в свободном формате. И при этом свобода – это не про бесконтрольность и не про «ничего не делание». Свобода – это когда, переходя на семейное образование, ты осознаешь свою ответственность, свою роль, и в каждый момент времени выбираешь то, что считаешь правильным.
Иногда достаточно увидеть, что другие проходят похожий путь – и тревога становится меньше, а ясности больше.
Кому-то свобода приходит сразу, если человек уже находится на хорошем уровне внутреннего понимания. Для кого-то – с большей нагрузкой. Для кого-то – со средней.
Тут есть ключевой момент:
если семейное образование с самого начала воспринимается как тяжелая, непрекращающаяся нагрузка, то я бы задумалась – точно ли это мой путь? Мой выбор? Возможно, есть другое решение. Это не хорошо и не плохо – просто факт. Мы разные, и в этом хорошо, что всегда можно выбрать что-то другое.
Для меня семейное образование оказалось свободой, которая требовала определенных действий, решений и получения знаний, но этот процесс не был для меня тяжелым, скорее естественным.
В целом можно сказать: нагрузка средняя, но интересная.
Я очень поддерживаю высказывание: больше свободы – больше ответственности. Это относится ко многим сферам жизни. Не каждый готов нести такую ответственность, поэтому не каждый выберет свободу.
И с этим я полностью согласна: действительно интересно учить своих детей, находить новые методики, выбирать образовательные маршруты. Вокруг этого много всего увлекательного, гораздо шире, чем просто учебник или стандартная программа.
— Валентина, для вас семейное образование – это способ реализации образовательных идей и целей или это образ жизни?
— Для меня семейное образование, если смотреть с сегодняшнего дня, всегда было образом жизни. Задним числом это легко анализировать. И действительно, это образ жизни. Это не значит, что все крутится только вокруг семейного обучения. Нет. Это значит, что оно гармонично встроено в обычную жизнь, как маленькая шестеренка внутри большого механизма.
Неправильно, что сначала идет семейное образование, а все остальное подстраивается под него. Конечно, нет. Поэтому для меня это именно образ жизни. Но в начале, первые, наверное, полтора года, семейное обучение у нас было скорее способом достижения образовательных целей. После второго класса, когда я забрала сына, нам пришлось вернуться к программе второго класса, потому что были провалы в знаниях. И он прошел второй–четвертый за полтора года. Именно тогда я увидела, что система работает иначе.
Первые полтора года я действовала в парадигме «школа дома». Иного формата я не знала. Мне была знакома только школьная система: поурочное планирование, учебники. К этому сильно привязываешься, но по мере того, как слышишь себя и ребенка, от этого постепенно отходишь.
Многим родителям сложно представить, как это – без учебников, без привычной системы. И это нормально. Но если в какой-то момент становится тяжело, а это рано или поздно произойдет, потому что учебник написан для массовой школы, для учителя, ведущего 30 человек, тогда внутренний голос и подсказывает, что нужно менять подход.
Пособия для семейного образования не существует – вы создаете его сами. Если учебник начинает тяготить, значит, пора искать другой путь. Часто просто отказ от учебника уже облегчает весь процесс.
Пока у нас была «школа дома», это действительно было про достижение целей: предметы, темы, результаты, однако семейное обучение – это еще огромный пласт качеств, навыков и знаний, не связанных напрямую с предметами, но связанных с ребенком и его будущим. И это открывается позже.
Где-то спустя полтора года, когда я совсем ушла от учебников и системности, это стало образом жизни.
Поэтому я рекомендую родителям не бояться этапов. Нам всем хочется сразу прыгнуть в новое состояние, но иногда нужны промежуточные ступеньки. У кого-то они сложнее, у кого-то проще, быстрее или медленнее. Но важно начать. Все начинается с первого шага.
Страхи родителей – часть пути, страх показывает, куда нужно посмотреть внимательнее
Если сегодня семейное образование для вас – это только образовательные цели, в этом нет ничего страшного. Главное – комфорт для всех.
Для старших классов это часто действительно цели: они понимают направление, интересы, выбирают глубину. И они могут не тратить время в школе на лишнюю нагрузку, а сосредоточиться на нужных предметах. У каждого свои темпы и интересы.
— А для младших классов что бы мы посоветовали?
Когда родители говорят, что учебник по литературе не нравится, стихи странные, произведения тяжело идут, но все проще, чем кажется.
В начальной школе ребенок должен уметь читать и понимать прочитанное. Вот и читайте: Носова, Драгунского, какую-то классику. Не обязательно ограничиваться учебником ФГОС, если он не подходит. Там и правда встречаются странные произведения.
— Самое удивительное, что если родитель спрашивает: что делать, если не нравится учебник литературы? – ответ простой: прочтите ФГОС.
В ФГОС начальной школы нет четкого списка произведений. Там написано: «произведения о дружбе», «произведения о животных», «произведения о школе». Читайте все, что подходит под эти направления. Даже современную литературу, которой часто нет в школьных программах. Да и программы меняются очень быстро.
В семейном образовании нет заданного маршрута. Маршрут можно менять, когда меняется ребенок.
— Подборок огромное количество: Бианки, Мамин-Сибиряк – все, что близко по душе. Что-то читаете ребенку вслух, что-то он читает сам. Главная цель – научиться читать, понимать, не отбить желание читать. В этом смысл, а не в том, чтобы заучить стихи, которые кто-то включил в учебник.
— И если мы говорим о семейном обучении, то не отбить желание – это первичная цель. Потому что все остальное дальше строится на умении читать.
Качество образования определяется не формой, а тем, насколько формат подходит конкретной семье и конкретному ребенку.
— Валентина, сейчас я задам очень важный вопрос. Он дискуссионный, и вокруг него часто возникают разные суждения, конфликты и переживания. Если большая семья проживает на одной территории, должны ли все поддерживать идею семейного образования? Или достаточно желания одного родителя, который готов забрать ребенка из школы и нести на себе всю ответственность, даже если остальные не поддерживают?
— Здесь для меня все ситуации очень разные, я поясню почему.
Если мы говорим о большой семье, которая живет вместе со старейшинами рода – бабушками и дедушками, то важно вспомнить исторический контекст. Раньше так и жили: несколько поколений под одной крышей, и вся семья подчинялась опыту и мнению старших. По-другому просто не существовало.
И эта историческая память до сих пор работает. Если сегодня молодая семья живет на территории родителей – своих или супруга, – то, к сожалению, если старшее поколение против семейного обучения и в целом устанавливает правила на этой территории, то вопрос упирается не только в семейное образование. Будет контролироваться все: когда уборка, когда стирка, кто когда приходит, уходит – быт целиком.
На мой взгляд, если это становится проблемой, первый шаг – разъехаться. Иначе быть бунтарем в таких условиях слишком энергозатратно.
Если же бабушки и дедушки живут отдельно, а молодая семья – отдельно, то влияние старшего поколения уже не критично. Нужно ли их согласие? Я считаю, что нет. Они имеют право на свое мнение. Они не обязаны поддерживать. И это нормально.
Нужно просто поставить себя на их место. Представьте: вы живете всю жизнь, уверены, что, условно, «на Марсе жизни нет», а рядом подселяется человек и каждый день убеждает в обратном. И вы имеете право не соглашаться. Или вам нужно больше времени и информации, чтобы привыкнуть к новой идее. И если с этим человеком вы живете рядом, то пусть он подает информацию бережно и позитивно. Другого пути здесь нет.
Но если речь о семье «мама–папа–дети», и один супруг категорически против – это уже авантюра. Непредсказуемый результат. Если хотя бы на первом этапе не проговорить договоренности: на какой срок, с какими целями, с какими результатами – это очень рискованно.
Мы с Вами сейчас обсуждаем это как будто бы про двух чужих людей, которые не могут найти точек соприкосновения, но семья – это не про разобщенность. Поэтому первая цель – не забрать ребенка быстрее из школы, а найти взаимопонимание. Увидеть картинку мира второго супруга, свою картинку, попробовать совместить их и дать этому процессу время.
Я рассказывала свою историю: у меня нет супруга, я воспитываю сына одна с полутора лет, и поэтому вопрос согласования решений стоял иначе, но даже я одна проходила эти внутренние этапы. Мы все личности, и нам нужны время, знания, люди, события – чтобы прийти к решению.
Если кто-то из супругов «опередил» второго в вопросе семейного образования, это не значит, что второй обязан быстро «подрасти» до этого решения. Но если он доверяет вам как родителю, и хотя бы не мешает – это уже поддержка. Иногда даже очень большая.
— Многие отцы боятся именно ответственности. Они как глава семьи чувствуют: если что-то пойдет не так, ответственность на них. Поэтому их тревоги чаще всего о двух вещах:
✔ чтобы процесс был законным и
✔ как организовать обучение.
И когда супруга говорит: «Давай рассмотрим все варианты, есть законные способы, у каждого плюсы и минусы», – напряжение снижается. Да, легко не будет. Да, будет иначе, но зато появятся новые возможности. У кого-то приоритеты – здоровье, у кого-то – высокий балл ЕГЭ, у кого-то – интересы и глубина предметов.
Мы учим ребенка говорить и ходить – значит, можем помочь ему учиться дальше.
— И еще важный момент. Если в семье нет согласия, и один родитель принимает решение забрать ребенка «во что бы то ни стало», нужно понимать: вы истратите огромное количество энергии. Гораздо меньше энергии ушло бы на то, чтобы пройти путь взросления ко второй точке зрения вместе с супругом. А если вы сначала заберете ребенка, а потом будете еще спасать отношения – это двойная нагрузка. И выгореть в этом очень легко.
При разводе еще сложнее. Развод почти всегда означает расхождение во взглядах. И в таких ситуациях я – сторонник только договоренностей. Потому что преодолевать последствия того, что договоренности не было, гораздо тяжелее. Да, бывает, договориться невозможно, но можно искать альтернативы. Они есть.
Это очень индивидуальные истории. Но если обобщать, то вот мое видение: взять на себя слишком тяжелую ношу и потом прекратить семейное обучение из-за выгорания – хуже, чем если ребенок останется в школе, а семья выберет мягкие пограничные форматы: заочное, очно-заочное, частичное СО. Там можно договариваться.
И самое важное – не «швырять» ребенка из стороны в сторону, а идти постепенно, как вы сами росли к этому решению.
С бабушками и дедушками обычно проще – когда видят результаты: аттестации, достижения в кружках, похвальные дипломы, – они становятся спокойнее. Да, есть нюанс: не все выходят на СО ради оценок и дипломов, и иногда показать просто нечего. Тогда спорить нечем.
Например, когда я впервые сказала своей семье – тети, бабушки, мама, папа, сестры, братья, – что забираю сына на семейное обучение, мне цензурно покрутили пальцем у виска. И это был тот самый момент, когда понимаешь – «это не они странные, это ты для них странная». И это нормально.
Тогда я сделала простую вещь: взяла блокнот и записала все, что они сказали. «Оставишь без образования», «будет дворником», «это незаконно», «не вернется в школу», «не будет аттестата», «не будет друзей», «нет социализации». Все выписать, а рядом второй колонкой – свои ответы. Это работает удивительно. Как только я все себе объяснила – у меня исчезли сомнения. И родственники тоже успокоились. Негатив ушел сам. Тема перестала быть болезненной.
Семейное образование – не противопоставление школе. Это один из возможных путей.
Потому что сомнения были у меня, а они просто их озвучили. И нужно было пожать им руку и сказать: «Спасибо, что подсветили».
— Однажды родственники, живущие не на нашей территории, не выдержали и спросили: «Ты уверена, что твой старший ребенок сдаст вступительные экзамены в рейтинговую школу?» Я спокойно ответила: «Уверена, что даже в обычную дворовую не сдаст». Потому что у нее были сложности, мы шли своим путем, героизма не было.
Потом мы все наверстали, и сейчас она в институте учится отлично, но тогда у нас не было выбора, и я приняла ситуацию как есть.
— В итоге, если родственники видят вашу уверенность, они успокоятся. Поначалу попереживают, и все. А если вы для них чуть «странненькие» – ничего страшного. Все мы в чем-то странные. И это нормально.
— Скажите, Валентина, продолжая тему: что делать родителям, у которых нет поддержки близких? Где искать поддержку родителям на семейной форме образования? Давайте это обсудим.
— Это очень важный момент, и важен он даже тогда, когда поддержка близких есть. Мы живем в мире, где большинство идет по стандартной траектории: детский сад, школа, вуз или колледж, работа. Это привычный путь, о котором можно легко узнать: достаточно протянуть руку, спросить, и тебе подробно расскажут.
А вот про семейное образование расскажет далеко не каждый. Как и про многие другие альтернативные пути.
Поэтому даже если у нас есть поддержка семьи, в каких-то вопросах все равно нужна профессиональная помощь или поддержка со стороны. Сложно все сразу охватить. И я считаю, что нужен, условно говоря, «рассол».
Есть такая метафора с солеными огурцами. Огурцы какое-то время лежат в рассоле, прежде чем они становятся солеными. Я, конечно, не сравниваю родителей с огурцами, но сама метафора хорошо показывает, как влияет нахождение в кругу единомышленников. Если огурец потом вытащить в обычную воду, он уже не станет обратно свежим, в нем останется вкус.
Так и здесь: есть какое-то необратимое знание, опыт, которые человек получает, находясь в сообществе тех, кто разделяет его взгляды. Иногда нужно окунуться в эту «среду» на время, потом можно выйти, а потом снова вернуться за поддержкой.
Сообщества единомышленников – это огромное счастье сегодняшнего дня. Когда-то их не было. Когда-то было тяжело просто найти таких людей даже из-за того, как был устроен интернет. Форумы: я, например, никогда не понимала, как там общаться так, чтобы действительно подружиться. Это совсем не похоже на сегодняшние чаты, где можно разговаривать в реальном времени, голосом, по видеосвязи.
Поэтому, на мой взгляд, даже если поддержка внутри семьи есть, все равно важно найти своих людей в сообществах.
Создавая телеграм-канал, который я веду, я ставила перед собой именно эту задачу: найти и объединить семьи на семейном обучении, чтобы можно было обмениваться опытом, и чтобы каждый новичок мог задать свои вопросы, даже если ему кажется, что они «глупые». Очень многие так и пишут: «Извините за, возможно, глупый вопрос…» Но эти вопросы не глупые. Просто человеку кажется, что его ситуация «особенная» и чужой опыт не подходит.
Иногда достаточно увидеть, что другие проходят похожий путь – и тревога становится меньше, а ясности больше.
Очень важно, когда в этот момент есть кому сказать: «Вы все правильно понимаете, вот так, вот так и вот так». И человек уже чувствует: у него есть знание, опора, он может идти дальше. Кому-то достаточно одного-двух таких контактов, кому-то нужна постоянная поддержка.
Еще один важный аспект – это возможность спросить: кто как учится, что использует, какие форматы пробует. Пока мы только читаем или слушаем чужой опыт, мы примеряем его на себя как одежду: подходит или нет? Когда начинаем что-то использовать, рождаются уже свои решения и идеи, которыми потом можно делиться дальше.
Так происходит естественное расширение кругозора. Все знать невозможно. Но есть те, кто прошел дальше в какой-то теме, и это можно услышать: где-то от их опыта становится спокойнее, где-то вдохновляешься, думаешь: «О, и мне это подходит». А иногда сам доходишь до того уровня, когда уже ты готов поддерживать и помогать начинающим. И это здорово.
— Да, да, я согласна. Главное, чтобы родители не боялись обращаться за такой поддержкой…
— Да, иногда родители боятся даже не вопрос задать, а услышать ответ. Такое тоже бывает: внутри еще нет готовности. Тогда хорошо работают разные мнения, которые можно сначала просто прочитать. Когда видишь, что люди находятся на разных этапах, становится легче.
И именно поэтому я рада, что мы с Вами сегодня говорим об этом. Кто-то прочтет или послушает нашу беседу и поймет: человек, который сейчас выглядит «уверенным и опытным», не прыгнул сразу на вершину горы. Он прошел те же самые ступеньки, которые прохожу я. И это снимает тревогу: не нужно бояться идти по этапам. Они пройдут. Главное – не останавливаться.
— Очень хорошо. В канале «Семейное образование и не только» какой контент Вы считаете основным, ключевым для Вашей аудитории? На что делаете акцент?
— Я считаю ключевым контентом сегодня для всех, кто на семейном обучении, систематизацию.
Мы живем в информационном мире, где, кажется, границы потока вообще не просматриваются. И это касается не только новичков. Любой родитель, который ищет «наилучшее», уходит очень глубоко: у него копятся закладки, сохраненные посты, курсы, вебинары, методички, лайфхаки. А потом он обнаруживает, что большая часть этого так и не была использована. И это добавляет внутреннего неприятного осадка.
Поэтому я за то, чтобы информация обрабатывалась, структурировалась и потом выдавалась в понятном виде. Материалы в помощь обучению есть в огромном ассортименте, особенно после 2020 года, их количество растет в геометрической прогрессии. И при этом хочется выбрать не только по содержанию, но и по «формату контакта»: кому-то комфортен молодой спикер, кому-то наоборот, педагог с большим опытом, кому-то важен темп подачи, манера речи.
Систематизация близка мне по складу мышления: аналитика, умение вычленять главное. Это и стало одной из первичных целей канала – собирать подборки так, чтобы в них были:
✔ материалы для визуалов,
✔ для тех, кому важно почитать,
✔ для тех, кому нужно «потрогать и проработать»,
✔ несколько вариантов по одной теме, чтобы можно было выбрать «под себя».
Например, родитель хочет с ребенком пройти по географии материки или по биологии бактерий. Он может либо утонуть в поиске, либо зайти в подборку, где уже отобраны достойные материалы. Мы снова упираемся в тот же вопрос: можно взять учебник, но он редко на 100% закрывает запрос. В разных учебниках разные авторские почерки, и далеко не всегда это живо и интересно.
У моего сына учебники появились только тогда, когда он перешел в стадию самообразования, когда сам решил: «Я учусь сам». Сначала я даже не думала, что они понадобятся. Мне важнее были пособия, которые отвечают определенным требованиям: чтобы не было лишнего сленга, сомнительного содержания и так далее. И, конечно, далеко не все учебники подходят, но в этом плюс: есть выбор. Можно найти и старые, и новые, отобрать по качеству.
Учебники у него появились по более теоретическим предметам примерно с 13,5 лет – когда нужно было что-то делать самостоятельно, а затем подытоживать с помощью других источников. А до этого от них не было особого смысла, кроме задачников и сборников упражнений по русскому и математике. Остальные же предметы – это больше про кругозор.
Энциклопедии, документальные фильмы, хорошие познавательные видео, настольные игры, через которые можно учиться – всего этого очень много. Важно не утонуть. И хорошо, когда кто-то уже «перекопал» массив и говорит: «Мы все просмотрели и вот это – по-настоящему ценно». Тогда вы выбираете уже из отобранного. Это экономит время и силы.
Поэтому я считаю основным контентом для аудитории мам и пап на семейном обучении именно экономию времени. Нам всем есть чем заниматься на семейном. Пусть время останется на что-то более вдохновляющее. Пусть даже просто на то, чтобы мама отдохнула.
Про отдыхающую маму на семейном обучении вообще редко говорят, будто она должна быть 24/7 включена в процесс, но на самом деле именно отдых, пауза, понимание, что на завтра, послезавтра, на год вперед «фундамент» уже собран, дают то спокойствие, из которого потом рождаются и силы, и интерес. Без энергии двигаться дальше просто невозможно.
— Полностью согласна.
Валентина, Вы рассматриваете многие аспекты семейного образования под разными углами, я это замечаю, углубляетесь в вопрос, изучаете нормативную базу. Я бы охарактеризовала Вас как одного из экспертов семейного образования в нашей стране. Как Вы к этому относитесь?
— Благодарю. Буквально на днях меня назвали «профессором семейного воспитания». Я, конечно, принимаю такие комплименты, мне это очень приятно.
Приятно осознавать, что то, что я делаю, воспринимается именно так. Сегодня мне легко смотреть на ситуацию под разными углами, анализировать, сопоставлять. Это уже естественно.
И мне очень ценно, что это замечают: что люди понимают важность более глубокого и широкого взгляда на семейное образование. Потому что простой однобокий ответ, лишь бы ответить, на мой взгляд, иногда хуже, чем полное отсутствие ответа.
Поэтому мне нравится мой подход, и мне очень приятно, что он находит отклик. Это действительно важно и ценно.
— Тогда вот с такой профессиональной точки зрения скажите: есть ли, как Вы считаете, критерии для выбора семейного образования? Некий чек-лист, который семье имеет смысл пройти, прежде чем принять решение о семейной форме обучения?
— Сейчас будет ответ как будто на двух чашах весов, но на самом деле эти две части не противоречат друг другу, а дополняют.
С одной стороны, у нас есть базовый, принципиальный момент: абсолютно каждый имеет право выбрать семейное обучение. Свобода выбора закреплена законом, это огромный плюс нашего законодательства.
С другой стороны, я считаю, что выход на семейное обучение не должен быть исключительно эмоциональным решением. Это не история про «сегодня выбрал – и как-нибудь оно само сложится», а долгий процесс, в который нужно входить осознанно.
Это должно быть таким путем, который, проживая год за годом, семье комфортно продолжать. Если же каждый год сопровождается нарастающим напряжением, усталостью, выгоранием, движение неизбежно пойдет вниз.
Опыт ребенка строится на спокойствии и уверенности родителя. Когда у взрослого есть опора – у ребенка появляется почва под ногами.
Я считаю, что родитель на семейном обучении должен задумываться об экологичности своего выбора. СО – это вход в новое сообщество, это такие же люди, но с особыми целями и смыслом использования семейной формы.
Если моя позиция сегодня сугубо эгоцентрична: «я хочу, потому что я так решила, а дальше хоть трава не расти» – это, на мой взгляд, не совсем корректно. Мы не видим одноклассников, как в школе, у нас нет одной аудитории, где сразу видна реакция, но наши действия все равно влияют на других родителей: и на тех, кто уже рядом, и на тех, кто только будет приходить.
Для меня истинная миссия семейного обучения – сохранить его в том виде, в каком оно существует сейчас, с его уникальностью. Мы часто сравниваем нашу модель с другими странами и понимаем, насколько она особенная.
И я понимаю, что сегодняшние дети на семейном обучении с высокой вероятностью для своих детей тоже будут искать альтернативные формы. Значит, речь уже о моих внуках, правнуках, о будущих поколениях. Могу ли я уже сейчас у них это право забрать? Не думаю.
Поэтому экологичность взглядов, желание встроиться и взаимодействовать с уже существующим сообществом, а не разрушать его изнутри, очень ценны.
И, конечно, ответственность. О ней говорят много: «надо быть ответственным», «нужно нести ответственность», но не каждый до конца понимает, о чем речь. Для кого-то слово «ответственность» звучит пугающе, кто-то устал от этих призывов.
А для меня ответственность – прекрасная вещь. Она означает, что я свободна предпринимать все, что считаю нужным, и при этом готова принять последствия. Ответ всегда соразмерен действию, это не только про семейное образование, это про любой выбор в жизни.
Если говорить о критериях, я бы выделила несколько моментов.
Во-первых, важно понимать цели семьи. Ради чего вы переходите на семейное обучение?
- Для кого-то приоритет – здоровье: нужно больше гулять, восстанавливаться, а учебную нагрузку распределять более равномерно.
- Для кого-то – развитие интересов: танцы, спорт, музыка, шахматы.
- Для кого-то – олимпиады, высокие академические результаты.
— Когда вы понимаете свою цель, идти дальше гораздо легче. Можно возвращаться к ней, как к ориентиру: «Ради чего мы все это затеяли?»
— Да, полностью с Вами согласна про цели. Спасибо, что Вы это добавили.
Я на практике часто вижу, что с целями у родителей непросто. В системе за нас цели ставили другие, и мы не привыкли делать это сами. Потом человек выходит из системы и вдруг обнаруживает, что ему трудно даже сформулировать ближнюю цель. А на семейном обучении без этого сложно.
Очень часто родители сразу ставят слишком большую, абстрактную цель: «качественное образование». Звучит красиво, но она неосязаема. К ней невозможно прикоснуться, понять, чего именно мы хотим, в чем измерим результат.
Поэтому цель должна быть осязаемой и относительно близкой. Если ребенку 7, пусть целью станет, например, пятый класс. Этого достаточно. Ничего страшного в том, что цели будут меняться. Более того, они должны меняться, потому что вы меняетесь, ребенок меняется, опыт меняется.
Это ключевой момент: цели можно и нужно пересматривать. Не надо бояться маленьких, на первый взгляд «скромных» целей.
Часто говорят: «Сначала поставьте большую цель, а потом дробите ее на маленькие», но большая цель бывает настолько расплывчатой, что ее просто не получается разложить на шаги. Особенно когда речь о семейном обучении, которое еще не стало для нас привычной, «поколенческой» моделью.
О школе, институте, работе – спроси любого, и он расскажет. А о семейном обучении таких глубоких, устойчивых знаний пока нет. Да, мы вспоминаем, что когда-то начальное образование часто получали в семье, но это не было массовым, осознанным и длительным процессом.
Поэтому я за то, чтобы сначала поставить перед собой небольшую цель, достичь её и спокойно двигаться дальше. Это не должно останавливать родителей от выбора семейной формы воспитания. Особенно если цель изначально ставится ради кого-то: «чтобы понравилось родственникам», «чтобы супруг был доволен». Важно в этом процессе видеть ребёнка и понимать, как я могу повлиять на этот процесс.
Я знаю, как сложно на начальном этапе учесть всё. Поэтому ещё раз: цели – это очень важно. Но не стоит бояться даже самых маленьких целей.
— Важно добавить, что в любой момент, если что-то пойдет не так, можно спокойно вернуться в школу. Это не поражение, не проигрыш, не показатель неуспеваемости.
Каждая семья выбирает ту модель, которая удобна и подходит именно ей. Кому-то действительно хорошо в школе. У меня нет негативного отношения к школе как таковой. Я своим детям всегда говорю: «Как хотите. Хотите дома – хорошо. Хотите в школе – тоже прекрасно. Главное, чтобы вы учились».
Дети неизменно выбирали дома, хотя опыт школы у нас тоже был. Поэтому возвращение в школу – это не «провал», а просто проба формата.
Бывает, ребенок несколько лет находится на семейном, а потом говорит: «Я хочу в школу. Хочу коллектив, общение, хочу, чтобы меня оценивали среди других». И он возвращается, часто ближе к старшим классам.
А позже многие снова приходят домой. Почему? Взрослеющие дети часто говорят: «Мы видим, как неэффективно расходуется время в школе. Пока учитель организует класс, пока проверяет домашнюю работу, пока всех выслушает – я просто сижу. Свое я уже сделал. К концу дня выхожу уставший, и сил ни на хобби, ни на занятия не остается».
Кто-то выдерживает несколько месяцев и снова возвращается на семейное. А кому-то, наоборот, нравится: они остаются, особенно если находят профильный класс, где можно получить больше по своему направлению, чем дома без репетитора. И это тоже вариант: школе действительно проще дать лаборатории, эксперименты, практику.
Опять-таки – все про баланс.
И важно помнить: в любой момент можно перейти на семейное, даже в 10 или 11 классе, если становится ясно, что школа не подходит, а впереди стоят задачи института, здоровья, индивидуального маршрута.
Это живой процесс, и в нем абсолютно естественны любые повороты.
Татьяна Морозова
— И мы сейчас подходим с Вами к очень важному вопросу: на чем строить фундамент семейного образования, на котором действительно захочется остаться.
— На котором захочется остаться, да, это очень ключевой момент. Хотя я, так же как и вы, совсем не отрицаю возврат в школу. Это может стать частью семейного обучения. Часто кажется, что возврат в школу – это конец семейной истории и начало сугубо школьной, но на самом деле нет. Родитель, который уже перестроил свои убеждения, даже если ребенок учится в школе, все равно выстраивает процесс по-другому. Отношение к учебе, к ребенку, к системе уже другое.
— Мне кажется, мы с вами поднимаем тему, о которой в семейном сообществе говорят не так уж часто.
— Да, я с вами полностью согласна. Об этом действительно очень редко говорят. Возможно, дело в том, что когда опыт уже пройден, многое остается только в ощущениях. Мы не можем дословно вспомнить все этапы и часто касаемся темы поверхностно.
А когда человек находится в процессе, у него просто не хватает знаний, чтобы заглянуть дальше. И поэтому, когда об этом начинаешь говорить, иногда возникает ощущение незавершенности: как будто чего-то не хватает, но именно это «не хватает» и есть пространство, куда можно добавить свое, внести собственный опыт. Мне это очень нравится.
Но вернемся к вопросу: на чем выстроить фундамент семейного обучения?
Во-первых, я бы назвала учет индивидуальности ребенка. Не просто формальный учет, а то самое безусловное принятие того, какой он есть. Когда уже не нужно сравнивать: что там Вася, что Маша, как они учатся в школе. Есть ваш ребенок, и он сравнивается только с самим собой, со своими вчерашними результатами.
Если взять за основу индивидуальность ребенка, то не придется драматизировать, что «что-то идет не так» на семейном обучении. Желание уйти с семейного обучения чаще всего возникает от ощущения, что процесс не ладится, что чего-то не хватает.
Второй фундаментальный момент. Мы говорим, что фундамент выстраивает родитель. Все действия – на родителе. Ребенок фундамент не строит, он живет свою жизнь. Семейное обучение – это про то, чтобы жить жизнь, совмещая ее с образованием. В школе часто просто некогда жить, не хватает времени, о чем мы уже говорили.
Родителю важно помнить о себе. Спокойный взрослый может быть опорой, уставший – нет.
Вторым камнем фундамента я бы назвала работу со страхами и сомнениями родителя. Желательно максимально разобраться с ними заранее, чтобы они не захлестнули потом – к девятому классу, к пресловутым ОГЭ и ЕГЭ.
В момент сдачи аттестаций, экзаменов мы как будто возвращаемся к ценностям системы: мы все равно участвуем в системных процедурах. И если к этому моменту страхи не проработаны, они могут вскрыться очень болезненно. Времени на это уже не будет.
Поэтому уверенность родителя, готовность нести свой выбор – это то, что дает ребенку ощущение опоры. Ребенок чувствует: родитель уверен, значит, «земля под ногами» есть.
На мой взгляд, чтобы не захотелось уходить с семейного обучения, родителю важно отслеживать первые сигналы усталости и желания «все бросить и уйти в школу».
Когда становится тяжело, и родитель говорит: «Всё, не могу, надо возвращаться в школу», в этот момент нужно вернуться к двум вещам:
- учесть мнение ребенка (и законодательно, и этически) и
- посмотреть, что именно стало тяжелым.
Часто мнение ребенка в этот момент вообще не учитывается, родитель уже выгорел, решение внутри принято, и голос ребенка просто не слышен.
Чуть-чуть раньше почувствовать, что тяжело, и сменить тактику – вот важная задача. Семейное образование очень гибкое. Можно сменить план, темп, формат, цель, и ничего не упустить.
Если изначально взять за правило: «Как только я чувствую, что мне тяжело, я делаю вот это и вот это: прошу о помощи, пересматриваю режим, делегирую, ищу поддержку», то до крайней точки обычно не доходит.
Часто (по моим наблюдениям) семья возвращается в школу, когда изначально не были учтены эти два пункта:
- не учитывалась индивидуальность ребенка,
- не была выстроена система поддержки для родителя.
Например, подростковый возраст совпадает с тем, что ребенка «слишком сильно отпустили», и звучит: «Все, он стал слишком свободным, надо обратно в школу». Или в семье рождается младший ребенок, и родитель говорит: «Я не тяну старшего, возвращаемся в школу».
Все это можно было предусмотреть чуть раньше: понять, что появление младшего ребенка изменит нагрузку, прикинуть, что можно делегировать, что упростить, кого привлечь. Многие боятся делегирования, хотя как раз в такие моменты оно и нужно.
Страхи и сомнения чаще всего выстреливают как раз тогда, когда что-то пошло не по плану: аттестация сдана хуже, чем ожидали, ребенок устал, ничего не хочет делать. Если эти страхи не проработаны заранее, они разрастаются до космических масштабов. Поэтому я и говорю: все, что вам сказали родственники, выпишите. Это ваши страхи и сомнения. Работайте с этим. Никто лучше не покажет их вам так открыто.
Это и есть ваш фундамент и ваша точка опоры.
Я именно в таких категориях и думаю, это из опыта наблюдения за семьями, которые выбирали возврат. Когда возвращение в школу не согласовано с внутренними целями и взглядами, оно воспринимается очень болезненно. Ребенок вроде как вернулся в школу, но это не плюс, а постоянное давление.
А если ребенок с семейного обучения говорит: «Я хочу в школу», я за то, чтобы услышать это и отнестись спокойно. Сказал: «Хочу» – попробуй.
И если через два дня он скажет: «Нет, мне не подошло, хочу обратно» – хорошо, возвращайся. Без: «Нет, доучись этот год». Мы свободнее относимся к этим переходам и используем школу как один из инструментов внутри семейного маршрута.
В какой-то момент подростку нужно больше ежедневного общения, быть «в центре движения», а не просто встречаться с друзьями пару раз в неделю. Тогда школа становится местом такого ежедневного коллектива. Дети разные. Экстравертов много, им правда нужно быть в центре событий, и из них вырастают потрясающие люди. Это важно поддерживать.
— Мы рассматриваем все поле возможностей.
Семейное образование, на мой взгляд, очень сильно меняет голову у родителей – и это уже навсегда. Ушел ли потом ребенок обратно в школу, остался ли дома, один ребенок дома, другой в школе – мышление уже меняется. Потом дети идут в колледж, в институт – и там тоже уже не получается жить «по рельсам», как когда-то в школе. Все по-другому – и у ребенка, и у родителя.
У меня ребенок уже был и в колледже, и сейчас заканчивает институт, при опыт семейного обучения очень сильно влияет на то, как ты смотришь на весь этот путь.
Есть еще один страх у родителей: «А что, если ребенок был дома, а потом не справится в колледже или ВУЗе? Там же поурочная система, все по-другому», там, в принципе, и люди другие, они собираются по интересам: по направлениям, специализациям. И это сильно облегчает адаптацию.
Наоборот, из моего опыта: дети с семейного обучения, которые приходят в институт, часто воспринимают формат обучения гораздо осознаннее. В ВУЗах нет ежедневной проверки домашних заданий, есть семинары, сессии, большой пласт самостоятельной работы. Школьники иногда реагируют так: «О, домашку можно не делать каждый день». А семейные дети привыкли учиться каждый день.
Они говорят: «Ага, семинары, сессия – значит, мы планируем, распределяем, смотрим картину целиком». И это действительно очень заметно.
Татьяна Морозова
— Мне в свое время в университете сказали: «30 % – это то, что вы делаете в стенах вуза, 70 % – самостоятельное изучение». Тогда для меня это прозвучало немного пугающе. А дети с опытом семейного обучения к этому привыкли: для них «самообразование» – не страшное слово, а нормальная часть жизни.
Родитель, который сам обучался на семейной форме, уже знает, где посмотреть учебный план, как оценить нагрузку, как выбрать факультет. Мы, например, начинали выбор факультета именно с учебного плана: что мы там будем изучать, в каком объеме, в какой последовательности. Это тоже результат семейного опыта.
Конечно, не у всех все так же – у всех разные стартовые условия. Дети переходят на семейное обучение в разных классах, родители приходят с разным набором установок и знаний. Но если ребенку хотя бы частично привили навыки самообразования, если его учили учиться, это даёт ему большое преимущество.
Самообразование – это не волшебство: «в 13 лет ребенок сам пошел и всему научился». Он учится этому вместе с родителями, рядом с ними, шаг за шагом. Он видит, как мама или папа ищут информацию, разбираются в ней, планируют, как помогают ему понять, прочитать, сделать вывод.
Главный навык самообразования – это даже не умение делать идеальные конспекты, а желание идти дальше того, что тебе дали в готовом виде, интерес к тому, что выходит за рамки минимальной программы.
Главный навык самообразования – даже не идеальные конспекты, а желание идти дальше, чем тебе дали в готовом виде, интерес к тому, что за пределами минимальной программы.
И эти азы самообразования в ВУЗе дают большое преимущество. Да, где-то можно схитрить, где-то «сэкономить усилия», но рассчитывать, что «везде прокатит», нельзя. А тем, у кого уже есть привычка работать самостоятельно, в студенческой жизни обычно проще и интереснее.
Сейчас существует огромное количество студенческих сообществ, клубов, проектов: от КВН и театральных студий до волонтерских и благотворительных движений. Можно выбирать не только предметы, но и окружение, активности, элективы. И дети, прошедшие через семейное образование, часто очень осознанно подходят к этому выбору.
ВУЗ для многих школьников выглядит чем-то совершенно новым, а для семейных детей часто вызывает реакцию: «И чем вы меня хотели удивить?»
Я ни в коем случае не говорю, что семейники «лучше» школьников. Все разные. Я за другое: за то, чтобы родитель, даже если ребенок учится в школе, был повернут лицом к ребенку. Это ключевое. Быть с ребенком в любой ситуации. Тогда и школа будет спокойнее, и у ребенка будет база для ВУЗа и для жизни.
— Мы действительно обсудили много хорошего. Давайте честно добавим еще один, на первый взгляд забавный, но все же важный момент: у семейных детей почти не развивается навык «схитрить и списать» – просто потому, что в их практике это никогда не требовалось.
Хорошо, когда ребенок не привыкает выкручиваться любой ценой, а учится разбираться.
— Это правда. Семейные дети, как правило, мало бывают в ситуациях, где «принято списывать». И когда они сталкиваются с этим в колледже или ВУЗе – это иногда вызывает удивление, но я, если честно, счастлива, что мой ребенок не живет в состоянии постоянной имитации деятельности.
Это не значит, что те, кто когда-то списывал, «плохие». Я сама в школе могла где-то подсмотреть, если предмет был особенно сложен или тема непонятна, однако это состояние внутреннего напряжения – страх быть пойманным, экзамены во сне и прочее – оно ни к чему хорошему не ведет.
Хорошо, когда ребенок не формирует привычку «выкручиваться любой ценой», а формирует привычку разбираться.
И, конечно, всегда были и есть дети, которые не списывают вообще, им просто это не нужно. Они много читают, у них насыщенная жизнь вне школы, родители с ними занимаются, и школа для них – только часть пути.
— Мы с вами так хорошо обсудили столько тем, так глубоко. И вот теперь, наверное, как красивое завершение, итог. Какой бы вы дали сами себе совет в тот момент, когда вы выбирали семейную форму образования?
— Всегда мечтаю вернуться в тот момент, когда выбирала семейное обучение. А если точнее даже пораньше: в 2013-й, 2015-й год.
Я бы, наверное, поступила по-другому, но опыт с собой туда не перенесешь. Даже если бы была машина времени, опыт все равно остался бы здесь.
Поэтому себе тогдашней, и всем, кто сейчас стоит на этапе выбора семейного обучения, я бы пожелала быть смелыми. Если вы чувствуете, что вам это откликается, если вы понимаете, что хотите этого и в целом знаете, как начать – сделайте шаг сейчас. Плохо от этого не будет, это точно.
Сегодня очень быстро можно найти поддержку, знания, ресурсы. Гораздо быстрее, чем раньше. В тот момент, когда вы примете решение и сделаете выбор в пользу семейного обучения, мир будет очень быстро подбрасывать вам нужную информацию. Вы не успеете подумать: «Ой, а вдруг я чего-то не знаю».
Мой главный тормоз был – нехватка смелости. Даже в декабре 2018 года, в предновогоднюю неделю, мне не хватило именно этого одного качества. В голове крутились:
«Что скажут люди? Что подумают родственники? А как? А что если?..»
Я уверена, у многих эта точка такая же: решение внутри уже принято, но не хватает последнего шага. И если не хватает именно смелости, я желаю каждому – быть смелыми в выборе семейного обучения.
— Здорово! А по итогу ведь получилось, и получается дальше, все очень хорошо.
— Да, в итоге все сложилось наилучшим образом.
— Спасибо, Валентина, от души благодарю Вас за такое полное интервью, за глубокие ответы на непростые вопросы. Мне кажется, у нас сегодня получилось очень содержательно и интересно.
— Татьяна, огромное Вам спасибо. Вопросы действительно были глубокими, и я еще не встречала, чтобы их поднимали вот так – все вместе. Мне очень приятно, что я попыталась на них ответить, по крайней мере, исходя из своего опыта.
Большое спасибо за приглашение. Для меня большая ценность – возможность поделиться чем-то хотя бы с одним-двумя людьми, которые посмотрят эфир или прочитают интервью. Если после этого у кого-то родится новая мысль, новый взгляд, значит, все было не зря.
И спасибо вам за это состояние – доверия, глубины, спокойного разговора.
После завершения записи мы еще долго продолжали беседу – оказалось столько общих тем, взглядов, переживаний. Разговор получился глубоким и живым. И мы искренне надеемся, что поднятые вопросы и наши размышления окажутся кому-то полезными, поддерживающими и помогут взглянуть на семейное образование чуть шире.
Беседу вела Татьяна Морозова, исследователь семейного образования, основатель проекта СдавайОнлайн, эксперт СО
Гостья Валентина Мурашкина, ведущая телеграм-канала «Семейное образование и не только», эксперт СО
#семейноеобразование #обучениедома #образование #дети #родители #СдавайОнлайн