Максим полез в телефон, ожидая увидеть стандартное сообщение: “Не забыл позвонить бабушке?” или что-то про ремонт на даче. Вместо этого отец прислал ему что-то новенькое:
- До следующего года жду от тебя миллион. Можно в рассрочку. Увидимся.
Максим вышел из приложения. Потом снова открыл. Что? Миллион? Он перечитал. Миллион. В его скромной жизни максимальная сумма, которую он переводил за раз, составляла двадцать тысяч за аренду квартиры. Интересно, только он получил от отца такое сообщение?
Максим написал сестре, Ане:
- Ты это видела? Что за бред? Это какой-то розыгрыш, папа пранки начал снимать?
Ответ пришел мгновенно, будто Аня ждала этого сообщения, ну, впрочем, она и ждала, потому что сама сидела в шоке:
- Не знаю, Макс, я сама такое получила! Я подумала, что его взломали, но потом подумала, что как-то глупо. Никто не станет вслепую переводить такую сумму.
- А у тебя такая же сумма? Миллион?
- Да! Один. Сейчас перепроверю, может, я сплю. У меня вообще нет никаких денег сейчас. Может, у родителей что-то стряслось? Как им тогда помочь?
- Папа всегда сам за все платил. Он никогда не выставлял нам счетов. Никогда. Если бы стряслось, то просил бы, а не приказывал.
Оба прикидывали, что это было?
Вечером, после работы, Максим пришел к родителям. Аня уже была там, и вид у нее оставлял желать лучшего. Родители ей пока ничего не сказали, ждали Максима.
Все в сборе.
Максим, окинув взглядом отца, сразу просек, что это не розыгрыш и не мошенники.
- Пап, так, - сказал Максим, - Давайте проясним этот… финансовый момент. Пап, я не хочу, чтобы ты думал, будто мы не ценим то, что вы с мамой нам дали, но что это за “счет на миллион”? Вы пошутили?
Да не похоже. Мама вообще предпочла не вмешиваться и выйти. А папа печально так вздохнул.
- Ошибки нет, Максим. Это не розыгрыш. Это… - помолчал он, - Небольшой счет за ваше образование.
Аня присвистнула. Да она даже диплом не получила.
- За… что? - прошептала она.
- За ваше образование, - повторил Роман, глядя при этом не на нее, а на сына, - Примерная стоимость вашей учебы. У тебя Аня, учеба была дороже, но ты отучилась только три курса. У тебя, Макс, учеба дешевле, но ты закончил, то есть, четыре курса.
Максим откинулся на спинку стула.
- Пап, мы, конечно, вам благодарны за все, что вы для нас сделали, - начал он, хотя в голое оно никак не укладывалось, родители у них совсем не крохоборы, - Но это звучит как… как будто мы вам должны за то, что вы нас растили. Или как возврат долга, который мы не брали. Ты же сам всегда говорил: “Образование - это инвестиция в будущее, и я готов платить, чтобы вы не ошиблись в выборе”.
Роман только невесело усмехнулся.
- Говорил. И верил. Я верил, что из вас вырастут настоящие специалисты, те, кем я мечтал вас видеть. Ты, Максим, должен был стать уважаемым геодезистом. Ты же умный, с аналитическим складом ума. Помнишь, как ты в детстве карты рисовал?
Максим поежился. Он помнил. Он рисовал. Как и все дети рисуют. А потом…
- А кем я стал? - парировал Максим, - Неуважаемым? Я стал младшим специалистом по хозяйственному обеспечению в администрации района. Это пока что. Ну, извини, что не работаю там, где ты хотел! Я провел в этом вузе, который ты оплачивал, четыре года, чтобы в итоге понять, что меня больше интересует, как быстрее согласовать ремонт крыши в школе, чем создавать эти карты. Я кое-как доучился, да. Потому что ты стоял над душой, потому что мне было неудобно бросать на полпути твою мечту.
Роман перевел взгляд на Аню. Эх, она тоже не оправдала отцовских надежд.
- А ты, Аня? Ты должна была стать врачом. Ты поступила в один из лучших медицинских вузов страны! Три курса! Три года ты изучала анатомию, биохимию! И что? Даже высшего не получила в итоге!
Опять двадцать пять.
- Пап, я же тебе объясняла…
- Объясняла? Ты бросила все это, чтобы работать каким-то логистом, куда тебя почему-то вообще без образования взяли, отлично, именно этого я для тебя и хотел, - Роман ударил ладонью по столу, отчего тарелка с салатом слегка подпрыгнула, - Ты бросила спасение жизней ради оптимизации маршрутов доставки!
- Логистика - это интересно! - возразила Аня, хотя и голос ее звучал слабо, - Я себя там нашла! В медицине я бы просто сошла с ума от постоянного давления… И получу я высшее образование, но уже по своей специальности.
- А я вложил столько сил, столько денег, чтобы ты получила этот диплом! Я хотел, чтобы у тебя была профессия, а не чушь какая-то! Чтобы ты помогала людям!
На этом не выдержал Максим.
- Пап, ты всегда хотел, чтобы мы были теми, кем ты мечтал нас видеть. Не кем мы хотели быть сами. Ты не отказывал нам ни в чем, да, ты платил за все. Но ты платил за свои ожидания. Ты хотел геодезиста, который будет чертить ровные линии, а получил парня, который мечтает о тихой работе с бумажками. Ты хотел хирурга, а получил… логиста. Извини! Но ты сам настаивал…
Максим подошел к отцу и положил руку ему на плечо.
- Я все понимаю. Тебе обидно. Ты вложил время, деньги, надежды. Но желание запихнуть нас в те вузы было твоим. Так что, пап, ты и заплатил за него.
Отец скинул его руку, дернув плечом.
- Для вас же старался.
- Только нас ты при этом не спрашивал.
Аня, до этого молчавшая, поджав губы, тоже вскочила.
- Макс прав. Мне было тяжело. Я не хотела. Но, пап, ты прав в одном. Ты на нас рассчитывал. Ты верил. И может быть, может быть, вы заслужили какую-то… компенсацию…
Максим посмотрел на сестру с недоумением. Что началось-то?
- Ань, ты чего? Он сейчас выставляет нам счет за то, что мы оказались самими собой!
- Нет, Макс, - Аня покачала головой, - Он выставляет счет за несостоявшееся образование. Он оплатил нам дорогу, а мы сошли на полпути. Ну, немного обидно, конечно…
Все затихли.
- Хорошо, - прервал тишину Максим, - Мы подумаем. Но пока я считаю, что это абсурд.
- А я, наверное, понимаю тебя, пап…
С Аней родители продолжали общаться.
Максима словно не существовало. Отец не звонил ему по поводу работы, не спрашивал, как у него дела. Когда Максим все же им писал, они не отвечали. Он, конечно, злился. Он прекрасно понимал, что его “несостоявшийся” путь - это личный удар по отцовскому самолюбию. Но и прощать такое унизительное “выставление счетов” он не собирался.
В особо скучный вторник, ближе к полудню, Аня ворвалась в его кабинет в районной администрации. Вся злая. Отряхнувшись, она воскликнула:
- Макс! Ты не поверишь!
Максим, который как раз сверял данные по инвентаризации, поднял на нее глаза.
- Анют, здесь нельзя так шуметь. Мы в администрации, а не на рынке. Что случилось?
Аня сгребла со стола стопку бумаг и села на стул, предназначенный для посетителей.
- Мне отказали. В кредите.
- В каком кредите? Ты же не собиралась покупать машину на последние деньги, правда?
- Нет! Я хочу вернуть долг! Хочу вернуть родителям их миллион!
Максим отложил ручку и уставился на сестру.
- Ты серьезно? Ты ведь в конце концов сама согласилась со мной, что это несправедливо…
- Справедливо это или нет, Макс, - это другой вопрос! - она нервно постучала папкой по колену, - Понимаешь, папа… он же на нас рассчитывал. Он так старался, а мы его подвели. Я не хочу жить с ощущением, что я его предала. Я хочу вернуть ему его мечты, пусть и деньгами. Я нашла немного… Но остальное... мне нужен был кредит на оставшуюся сумму, чтобы расплатиться сразу и закрыть эту тему!
Максим прищурился.
- Ты думаешь, пара миллионов волшебным образом избавит его от разочарования в нашем выборе профессии?
- А что делать? - жалобно спросила она, - Когда я с ним разговариваю, он смотрит на меня, как на невыученный урок. Он общается со мной, да, но… он постоянно напоминает мне, как было бы хорошо, если бы я сейчас стояла в ординаторской! Я хочу доказать ему, что я могу быть ответственной, даже если я не стала врачом!
- Ладно, Ань. Давай по порядку. Что там с кредитом? И почему ты у меня спрашиваешь?
- Ты же брал машину… А тебе как одобрили? - с завистью спросила она, - Ты же не всю сумму наличными отдал. Я ходила в банк, они посмотрели на мою зарплату и сказали: “Извините, но у вас нет стабильной долгосрочной перспективы, которая могла бы гарантировать выплаты по такому кредиту”. А ты?
Максим усмехнулся, Аня выглядела очень забавно.
- Аня, моя машина - это не вопрос миллиона, это вопрос трехсот тысяч. И я работаю в администрации, Ань. В бюджетной структуре. И моя зарплата не меняется уже пять лет, она стабильная и полностью белая. Банкам это нравится. А ты, как логист, вероятно, работаешь в частной компании, где тебе могут повысить зарплату, но также могут и уволить через неделю. Да и не всю сумму платят официально. Для них ты - риск.
- То есть ты хочешь сказать, что твоя скучная работа в кабинете - это гарантия того, что банк тебе доверяет? А моя работа, которая приносит компании реальные деньги, - это риск?
- Добро пожаловать в реальный мир, дорогая сестра.
Аня сменила тему.
- А ты как будешь выкручиваться? Ты так и будешь сидеть, игнорировать папино предложение и ждать, пока он сдастся?
- Я не игнорирую. Я просто не согласен с условиями игры, - отрезал Максим, - Если папа хочет, чтобы мы заплатили ему за то, что не стали теми, кем он хотел нас видеть, пусть сначала докажет, что это законное требование. И я вообще-то думал, что мы с тобой одна команда. Теперь и не знаю, как это назвать…
Аня встала, скомкав бумаги.
- Называй как хочешь. Я назову это попыткой сохранить семью. И да, я возьму кредит.
У двери она обернулась.
- И знаешь что, Макс? Пока ты сидишь здесь и ждешь, когда папа одумается, я хотя бы попытаюсь что-то исправить. Может, ты и прав насчет справедливости, но я не хочу, чтобы он еще десять лет смотрел на меня с таким осуждением. Или вообще не общался.
С этого момента разрыв в отношениях семьи стал еще более очевидным. Роман и Ирина полностью переключили свое внимание на Аню. Ане было стыдно перед братом, но она боялась, что родители и не нее обидятся, а Максим стоял на своем.