Найти в Дзене
Сергей Рязанцев

Как декабристам жилось на каторге?

"Во глубине сибирских руд" было как на курорте. Читинский острог, по факту, стал нетяжким досугом миллионеров. Судите сами: Между тем женщины [жёны декабристов] обустроились, построили себе дома и - Чита, малое несчастное поселение, стала процветать! "Они обогатили весь Читинский округ, и мы, вероятно, во все время нашей ссылки оставили там ... более полутора миллиона рублей [в ценах XIX века]. В Чите построились лавки, из Иркутска наехали купцы, и окружные жители, до нас бедные, обогатились, привозя разного рода припасы из-за 200 верст, убежденные, что все будет раскуплено"... ...мы имели такое содержание, которое можно было назвать роскошным. Всё это присылалось от наших дам. Откуда могли они доставать такие огромные количества провизии... Подкармливали всех. "Зимою наши благодетельницы присылали нам в острог целые кастрюли шоколаду". Кто пел, кто играл на дудочке. Скрипка? Почему бы нет! Рояль, фортепьяно, флейта, гитара - в отдельном домике. Собственно, никаких "сибирских руд

"Во глубине сибирских руд" было как на курорте.

Читинский острог, по факту, стал нетяжким досугом миллионеров.

Судите сами:

Между тем женщины [жёны декабристов] обустроились, построили себе дома и - Чита, малое несчастное поселение, стала процветать!

"Они обогатили весь Читинский округ, и мы, вероятно, во все время нашей ссылки оставили там ... более полутора миллиона рублей [в ценах XIX века].

В Чите построились лавки, из Иркутска наехали купцы, и окружные жители, до нас бедные, обогатились, привозя разного рода припасы из-за 200 верст, убежденные, что все будет раскуплено"...

...мы имели такое содержание, которое можно было назвать роскошным.

Всё это присылалось от наших дам.

Откуда могли они доставать такие огромные количества провизии...

Подкармливали всех.

"Зимою наши благодетельницы присылали нам в острог целые кастрюли шоколаду".

Кто пел, кто играл на дудочке.

Скрипка? Почему бы нет!

Рояль, фортепьяно, флейта, гитара - в отдельном домике.

Собственно, никаких "сибирских руд" - рудников то есть - в помине не было:

"Эта работа имела полезное влияние на наше здоровье; никогда не заставляли нас работать сверх силы и в худую погоду не высылали на работу".

Декабристам повезло с комендантом.

Старый генерал Лепарский:

...не давал никому чувствовать своего тяжелого положения, в каком мы находились, щадил всегда самолюбие, а с дамами обходился как самый нежный отец.

"Он был кроток, добр и благороден в высшей степени".

"Всегда ласковый, учтивый".

Надзиратель сам инициировал через Петербург снятие кандалов.

И вообще был у декабристов кем-то вроде бухгалтера:

Щепетильность - безукоризненная.

Все деньги каторжан, их дам, артели (общего котла) находились у него; выдачи - по требованию; о расходах отчеты - ему; учет - до копейки.

"С 1827-го по 1838 год декабристами было получено от своих родных 354 758 руб. 95 коп., а их женами - 778 135 руб. 97 коп., всего 1 132 894 руб. 92 коп., кроме огромной массы посылок книгами и вещами".

На этих деньгах приподнялась Чита (тогда деревня).

В нынешних деньгах (если речь идет о бумажных деньгах, ассигнациях) - не менее 700 млн рублей.

Хотя на самом деле гораздо больше, если учесть необыкновенную дешевизну жизни в Сибири.

Вот ещё про "общак" декабристов:

На каждого в год должны быть 500 рублей ассигнациями.

500 рублей в 1827 году - это примерно 1,2 млн нынешних рублей (2025).

...на хознужды артели в целом + помощь "отъезжающим из острога", по 1000 рублей каждому на дорогу и обустройство.

Всегда в запасе 12 тысяч рублей наличных.

А вот Фёдор Михайлович Достоевский всю свою каторгу в Омском остроге честно отходил в кандалах (закованные в железо руки и ноги):

-2

И в "Записках из Мёртвого дома" с благодарностью вспоминал копеечную милостыню:

Помню, как я в первый раз получил денежное подаяние.

Это было скоро по прибытии моем в острог.

Я возвращался с утренней работы один, с конвойным.

Навстречу мне прошли мать и дочь, девочка лет десяти, хорошенькая, как ангельчик. Я уже видел их раз. Мать была солдатка, вдова. Ее муж, молодой солдат, был под судом и умер в госпитале, в арестантской палате, в то время, когда и я там лежал больной.

Жена и дочь приходили к нему прощаться; обе ужасно плакали.

Увидя меня, девочка закраснелась, пошептала что-то матери; та тотчас же остановилась, отыскала в узелке четверть копейки и дала ее девочке.

Та бросилась бежать за мной…

«На, “несчастный”, возьми Христа ради копеечку», – кричала она, забегая вперед меня и суя мне в руки монетку.

Я взял ее копеечку, и девочка возвратилась к матери совершенно довольная.

Эту копеечку я долго берег у себя.

---------------------------------------

"Великая Отечественная Спецоперация"

Автору важна обратная связь, комментарии приветствуются

"Жертвоприношения наших дней"

---------------------------------------