Я робко позвонил в дверь этажом выше. После того, как соседка залила нашу квартиру, она относилась к встречам с опаской, хотя мы с Машей и Артёмом всегда здоровались и делали приятельское выражение лица. Женщину звали Евгения. Она была тихой, скромной и стеснительной. К такой можно было обратиться за солью или просить в долг до зарплаты, но предлагать свою компанию на ночь показалось очень сложной задачей.
Соседка открыла дверь с таким испуганным видом, что я подумал – она тоже застраховала жизнь и боится над собой расправы.
– У меня всё сухо! – воскликнула она.
– У меня тоже. Здравствуйте Евгения, - вежливо начал я, - Можно один вопрос?
- Я проверила, у меня все батареи сухие и в ванной тоже, и на кухне, - сообщила соседка.
– Я могу у вас остаться сегодня и переночевать? - осторожно поинтересовался я, не представляя, как напрашиваются в гости мужчины к женщинам.
– Что вы сказали?
– Я бы хотел одну ночь провести у вас в квартире.
– Зачем? У меня всё сухо, воды нет!
– Сейчас объясню. Моя жена в командировке, а я просто не могу оставаться один, у меня от тоски скулы сводит. Обещаю, это всего на одну ночь, просто поспать у вас. Как в гостинице. Я заплачу. Я просто завтра ухожу в лес, и не знаю, вернусь ли оттуда вообще. Понимаете? Я же не предъявил вам за ремонт… Войдите в положение.
- Жена в командировке? Только переночевать? Не предъявили за ремонт? … И поэтому вы решили, что можно у меня ночевать? - удивленно воскликнула соседка, поправляя сползающие от удивления очки.
- Простите меня, ради Бога. Я только на один ночлег, и не буду вас тревожить, я очень тихий, - попросил я, ожидая, что соседка закроет дверь или начнёт возмущаться. - Пожалуйста! Или вы не одна? У вас появился мужчина?
Соседка нахмурилась. Она сначала попыталась закрыть дверь, но потом... Потом она вдохнула глубоко и посмотрела на меня особенным взглядом. Внимательным и решительным. Её карие глаза стали глубокими, умиротворёнными, словно соседка решила безропотно подчиниться судьбе.
- Нет у меня никого. - Она шире открыла дверь, покашляла тонким голосом и пригласила: - Заходите. Я с удовольствием приму вас в гости. Я же вам должна столько денег за ремонт, а вы позволили мне спокойно жить дальше и не думать о долге, вы в суд не подали… К тому же вы действительно тихий. В отличие от вашей жены.
- Я могу войти?
– Конечно, только у меня нечем вас угостить, я обычно не ужинаю. Но можно сварить пельмени или вареники.
– Спасибо, буду очень благодарен.
Мне страшно захотелось и пельменей и вареников. Особенно вареников с картошкой или с творогом. Я даже забыл, что завтра после похода в лес меня могут найти служители закона или служебные собаки бездыханным.
– А давно ваша жена в командировке? - спросила соседка, - Я её не видела вот уже… месяц, наверное.
– Давно, - жалобно сказал я, - Очень давно.
– Только не говорите, что вы поссорились.
- Так и есть.
– Не могу поверить! Это, наверное, женщина в ссоре виновата. Проходите, Саша. Вот сюда. Можете спать здесь на диване. А что случилось, почему? У вас же сын… Хотя он уже взрослый… Сколько ему?
– Восемнадцать исполнилось. Мы очень сильно поссорились. Сын пока в больнице. Я завтра в лес иду.
– В какой лес? Как это? Почему в больнице сын? Он что, с вами дрался? Защищал мать? Или вас?
– Нет, он здоров, просто … учится на врача, - избавил я соседку от подробностей, - Не могу объяснить, но лес - это вроде как ловушка. Могу не вернуться вообще. Дело в том, что моя жизнь застрахована на большую сумму денег. Вы не в курсе?
- Нет! А зачем вы застраховались? … А, наверное, после того, как я затопила вам квартиру из-за моей глупости, вы решили застраховать квартиру и вам предложили жизнь застраховать… Вы проходите, пожалуйста, садитесь. Саша.
- Можно на «ты», Евгения. Я еще, вроде, не старый. Да и вы тоже, не старая.
И я вдруг подумал, что если расскажу Евгении про ссору с женой, страховку, она по крайней мере сможет прояснить некоторые моменты, которые я не замечал. Соседи же всё и всегда подмечают. Пусть выскажет предположения. Может у неё опыта больше. Если человек взрослый и умный обязательно подскажет, как мне быть с Машкой.
Соседка показалась мне очень даже умной, и слегка красивой, потому что у неё дома было чисто и уютно, а она сама была в тёплом спортивном костюме и с участливым выражением лица.
Скромно уселся, и пока Женя готовила сибирские пельмени вперемешку с варениками, принялся рассказывать. Только про Аполлона умолчал, что он красивый и моложе моей жены. Я вообще, будь моя воля, забыл бы про Аполлона.
– Началось всё с командировок. Она уезжала всё чаще и возвращалась с обновками. ... Я не ревновал, думал, что Маша верная, думал, что у нас с женой настоящее чувство, а потом она снова уехала, встретила незнакомца и сказала, что он в неё влюбился, а она в него. Потом сказала, что между нами все кончено и нам лучше расстаться.
– Да вы что! Саша, как я вам сочувствую. А что было дальше?
– Ничего хорошего, – признался я, – Пришлось расколотить символ моей счастливой жизни, потому что это слегка помогало. Я думал, что всё самое ценное может сломаться, разбиться, но потом ты продолжаешь жить, и в целом ничего не меняется... Можно пить из других чашек, купить новые... Я, конечно, стал спрашивать, что у неё и с кем. Если честно, думал, что пройдет какое-то время и она вернется. Я ждал, ждал...
Проговорив больше получаса получил ароматную тарелку, вилку и кетчуп со сметаной. Соседка села рядом, уставилась на меня огромными карими глазами. Как мне показалось, слегка влюблёнными. И совсем не испуганными. Потом она сняла очки и глаза стали меньше и не такими уж влюблёнными.
Поэтому свою речь я закончил вежливым вопросом:
- Как вы думаете, Евгения, на первый взгляд, жена может вот так… захотеть избавиться от мужа и деньги получить за мою жизнь?
- Теоретически, может. – слегка растерянно сказала Женя.
- А ты бы так сделала? Будь у тебя я в качестве мужа?
– Речь идет о примерно десяти миллионах… - произнесла соседка, глядя мне прямо в глаза, - Мне кажется абсолютно невероятным, чтобы женщина в здравом уме решила ради несчастных десяти миллионов и другого мужчины рискнуть таким надёжным спутником. А еще своей свободой, её же могли поймать на преступлении и обвинить. Своей жизнью рискнуть и сыном в том числе... Я бы могла еще понять, будь вы плохим человеком. Пьющим или гуляющим направо и налево, или унижающим её каждый день… Но вы же не такой. Я думаю, что… Но это не моё дело, да и кто я такая, чтобы…
Соседка замолчала, поэтому я с пельменем во рту попросил её продолжить:
- Женя, не бойся, высказывай любую идею, любое мнение.
– Может, ваша жена утаила кое какие подробности? Я вот представила, что у меня есть хороший муж, и мне предлагают вот так от него избавиться, а деньги поделить… Я бы подумала, что меня вслед за ним прикончат, и деньги украдут, когда я их только получу. И если они заговорили на эту тему со мной – обманут, в живых не оставят… Значит, надо действовать с преступниками в согласии, а самой потихоньку сообщить в полицию. ... Или она утаила сведения о вас, которые сделают страховку недействительной, а когда им об этом сообщила, напугали расправой. Поэтому ваша жена отправилась в полицию за помощью.
Я задумался. Маша была таким самостоятельным человеком, который определялся сразу. Не советуясь всегда решала всё сама. Как со мной поступить, она вполне могла решить и очень быстро, импульсивно.
– А может, она решила, что поможет полиции их поймать и посадить?! Из благородных побуждений согласилась, чтобы их поймать с поличным?
– В таком случае, она бы вас предупредила! - немедленно ответила Женя.
– Да, в этом что-то есть, – согласился я, взяв вкусный вареник с картошкой и грибами, - Она бы меня не подставила, а постаралась хотя бы предупредить. Возможно, когда они её обрабатывали, Маша подумала, что надо таких людей обезвредить, обратилась в полицию, а они ей запретили разглашать. Чтобы никто не пострадал, она со мной рассталась, потому что ей так посоветовали. Тогда, я понимаю, почему она объявила друзьям, что у меня проблемы со здоровьем и жить осталось совсем немного. Чтобы страховщиков напрячь, вывести на незапланированные действия. И спасти мою шкуру. Маша очень хорошая, просто когда она признавалась мне в своей связи с другим… Я поверил. Если честно, я поверил, что она дорожит совсем другим мужчиной, с которым познакомилась случайно. Как со мной в прошлом.
Евгения так удивилась, что забрала у меня недоеденные пельмени и унесла. Потом вернула.
– А что если это правда про здоровье? Вы же сказали, что не обращались к врачам. Что если ваша жена… действительно узнала о вашем недуге и подумала – раз жить осталось так мало, деньги не помешают?
– Это плохо, - сказал я. – Это очень плохо. И тоже возможно. … Что же мне делать? Болеть? Я не хочу.
- А знаете что… Возьмите с собой в лес мой крестик. Он всегда спасает. Я вылечилась, хотя мне давали два года. А я полностью вылечилась. Оказалось, что это просто паразиты, а не онкология. Как только вы вернетесь, я отведу вас к своей подруге, она вас обследует полностью. Всё оплачу, томографию всего тела сделаем, это как раз будет… Понимаете, у меня уже есть деньги, но вы же ремонт сделали, так что вот. Отдам вам на лечение. То есть, на обследование. Ну не горюйте, Саша! Надо жить дальше! У вас сын есть! Еще всё впереди! Молитесь и всё будет хорошо… А жена… Знаете, что я о ней думаю?
- Что?
Евгения выпрямилась на стуле и, надув губы, посмотрела на меня словно сверху вниз.
- Помните, когда я сюда переехала, мы познакомились и немного поболтали. Вашему Артёмке было лет десять. Помните?
- Конечно. Я еще вам дверь придержал.
- Так вот, с первого взгляда ваша жена Мария показалась мне скрытой эгоисткой. Она производит впечатление хорошей, семейной, готовой заботиться… Но себя всегда ставит на первое место. И она скрытная. И не красавица, просто ухаживает за собой. Понимаете, мне очень трудно поверить, что незнакомый мужчина может вот просто так познакомиться со мной и сразу влюбиться. Возможно, потому, что ко мне никогда не пристают и не знакомятся, ни в кафе, ни на улицах. - Евгения замолчала и окинула меня оценивающим взглядом. – Вот я незнакомому человеку не буду верить, что он влюбился без памяти. А она же эгоистка. Она поверит, если незнакомый пристанет на улице и начнёт в любви признаваться. Льстить, говорить, что у неё красивая походка. И прическа, и фигура, и глаза, и ноги. Обольститель ей скажет, что её внешность заставила его трепетать от любви. И она, как эгоистка, поверит. Но она думает о себе, поэтому вряд ли всецело отдастся любви и ради мужчины пойдёт на риск. И кстати, хорошо, что вы идете именно в лес. Там природа. Природа хорошего человека всегда защитит.
На шее у меня оказался простой деревянный крест на веревочке. Легкий и удобный. Соседка предложила мне доедать, помыла за мной тарелку, выдала полотенце и распаковала новое постельное бельё.
- Это мне коллеги на работе подарили. Лежит уже пятый год, расцветка не понравилась. Вот и пригодился комплектик. Никто у меня не ночует, тем более мужчины. Так что, это даже интересно.
- Спасибо, Женя. Век не забуду. – сказал я напряженным голосом.
- Надеюсь, вы не больны. Саша, спокойной ночи. Я пойду к себе. Надеюсь, ночь пройдёт спокойно.
Я тоже надеялся. Но прямо посреди ночи услышал стук. Соседка пронеслась мимо меня к двери, потом обратно и уставилась в стену стеклянными глазами.
Она стояла в ночной пижаме и покачивалась. И ничего не говорила.
Я сначала не понял, а потом понял – соседка ходила во сне. И ничего об этом не знала.
Осторожно, чтобы не напугать я поднялся и повел её в малюсенькую спальню. Где она наступила на резиновый коврик и проснулась. И попыталась на меня накинуться.
Ну и что мне было делать? Я и хотел, быть может, ответить ей взаимностью, но кроме Машки в моей голове других женщин не водилось. К большому сожалению, мне пришлось её обидеть отказом. И весь остаток ночи ворочаться, вспоминая наставления психоаналитика Фили, которая запретила бросаться во все тяжкие.
Утро наступило быстро, соседка прятала от меня глаза под очками. Я прятал от неё глаза, как нашкодивший кот. А потом ушел, поблагодарив от всего сердца.
- Саша! Будь осторожней! – крикнула она мне вслед и хлопнула дверью.
В свою квартиру я зашел с осторожностью, оглядывая всё вокруг. На первый взгляд никто ночью здесь не побывал. На второй я заметил, что верхние шкафы на кухне кто-то открывал и снова закрыл. Упали мои крохотные перышки, которые я положил на каждую дверцу, кроме дверцы холодильника.
***
«Неважно, как всё это началось, - думал я, - Главное как всё закончится. И верна ли мне жена. Вот, что главное». Думал, думал, и никак не мог решить: хорошая у меня Маша или плохая. С одной стороны, она, вроде бы, хорошая жена была. Но с другой стороны, она сняла все заработанные мной деньги и купила две страховки на жизнь. Она без моего ведома связалась с мошенниками, с полицией. С красавцем Аполлоном разъезжала, как со своим молодым возлюбленным. От меня это всё тщательно скрывала и обманывала. И что здесь хорошего? Да ничего!
Возможно, я просто не замечал, что она меня давно разлюбила. Жил себе, работал, сыну звонил почти каждый день по вечерам, с ней был внимательным. А она скрытая эгоистка, которая думала только о себе. А потом нашла лучше и бах - развод, страховка, блондин.
Я не мог разобраться в своих чувствах к жене. И к другу тоже. Ведь Олег мой друг, но он, оказывается, следил за моей женой без моего ведома и ездил вместе с ней. Получается, Олег тоже многое скрывал. И сам скрылся. Я лично слышал, как Аполлону доложили, что человек с фамилией Олега исчез за поворотом.
Обманываться и дальше я был бы рад, но истина стала дороже. А в сердце навсегда заселилась обида, раздражение, злость и тоска.
Я жил целый месяц в ожидании предстоящего развода, а теперь иду по лесу в зеленой куртке и старых тёплых спортивных штанах с начёсом. За спиной рюкзак в котором выданная ракетница, спальный мешок, банка сайры, банка тушенки, хлебцы, повидло и сгущенка в тюбике. И полтора литра воды. И спички, которые в сырости вряд ли помогут развести костёр.
Один, совсем один иду в какую-то деревню зачем непонятно. Ориентируюсь на местности.
Приехали мы в эту глухомань на микроавтобусе. Нас было восемь, считая водителя. И Таня Филимонова тоже была с нами. Таня с очаровательными глазами.
Всех высаживали по очереди в разных местах, каждые два-три километра выходил один человек. Выгоняли из тёплой газельки по одну сторону дороги, чтобы каждый начинающий «спортсмен-ориентировщик» углублялся в лес и шел самостоятельно. Мы всё утро рассматривали карту, фиксировали в голове маршрут и должны были идти отважно. Обещали, что две собаки нас приедут искать, если через шесть часов до деревни не доберемся.
Я был домоседом, в лес ходил только с этой компанией, но чтобы не ударить в грязь лицом перед сыном и новыми соратниками, делал вид, что всё окей. Если всё не окей - страховка, квартира, вещи и пустые счета по наследству перейдут к жене и сыну.
Я чувствовал себя незащищенным от кабанов, которые в этом лесу водились. И недовольным. Мне всё это жутко не нравилось. Но так решили в полиции - мне надо выманить преступников, быть для них мишенью в этом лесу. Сын придумал, что я должен проявить свои таланты не только дома за ноутбуком, но и в экстремальных ситуациях. С группой ходить было неплохо, забавно. Одному не очень, хмурое осенне-зимнее небо обещало дождь.
Телефоны у нас у всех сразу отобрали, еще до посадки в машину. Остались в городе, в офисе, где проводили курсы. Еще нам дали с собой всё для оказания первой помощи. Я надеялся, не понадобится.
Вспомнилось, конечно, еще плохое. Прежде, чем мы уехали, мне позвонил по видео через мессенджер хмурый Аполлон, чтобы его звонок на мой номер мошенники не отследили, если меня поймают и проверят телефон. Кто знает, на что они способны.
Дал несколько наставлений.
– Услышишь шум за спиной, - мрачно сказал он, - Сразу ложись. Группа захвата будет рядом на случай нападения.
– Неужели, они готовы идти за мной в деревню шесть часов? – спросил я нервно.
– Наши люди получают задание и отрабатывают его. Буду идти сколько нужно.
– Ваши-то понятно. Я про тех, кто должен со мной несчастный случай устраивать. Это же абсурд. Какой несчастный случай может случиться в лесу, кроме встречи с кабаном?
– Встреча с охотником на кабана, – еще более мрачным голосом ответил Аполлон. – Впрочем, выбора у нас нет. Нападение возможно. Если всё подстроено с этими курсами и рекламой курсов, сразу возьмём всех участников и дознаемся. Не произойдёт - вместо тебя в квартире поживёт Илья Мамедов. Он преступников сам встретит, будет начеку. Так что запомни, Саша! Если в лесу всё пройдёт гладко, без сучка и задоринки, после возвращения, ты заходишь в подъезд, поднимаешься на самый верхний этаж, находишь там сумку с вещами, переодеваешься в чужую одежду и выходишь снова, осторожно садишься в автобус и едешь по адресу, который я тебе дал. А Мамедов к тому времени будет у тебя в квартире лапшу варить и ждать.
– А вы хоть имеете представление, кто к нему может прийти? Может, ваши страховщики - это два божьих одуванчика, или молодые дамы, или в возрасте честные граждане?
– Нет, пока не имеем ориентировки и фоторобота нет. Кто придёт - пока неизвестно, – с досадой оповестил меня Аполлон, – Лишь бы твоя жена не вылезла опять. Она совершенно не соблюдает договорённости. У меня в квартире с ней тоже засада начеку. Два опера.
– Мужчины? – заволновался я.
– Я же сказал, опера при исполнении. Её надо держать под контролем, и ждать, если попытаются снова войти в контакт.
– Неужели на неё тоже могут? - испугался я за Машку.
– Еще как. Я до последнего момента думаю, что вы оба под угрозой, поэтому следил за ней и днём и ночью.
– Аполлон, – осторожно начал я, – Ты мне про ночь подробней расскажи, а то я никак не пойму, она мне верна или нет...
– Расскажу, когда всё закончится. Но будь готов к тому, что у твоей жены к тебе не чувства, а скорее привычка. Она вообще могла за годы брака тебя тихо возненавидеть. Одна из версий, что твоя жена, когда поняла, что страховка-то есть, а мужа не станет, пожалела тебя, включила заднюю, пошла в полицию. Показания твоей жены дали ход делу. Но кто знает… Женщины они такие. Коварные.
– А сейчас ты не можешь сказать, было или нет?
– А сейчас я занят. Слушай, Александр... А что, если все это дело организовал твой дружок Олег? – внезапно спросил Аполлон, – По роду занятий он связан со страхованием объектов недвижимости.
– Как? Он коммерческий директор в строительной фирме.
– Он выделяет средства, подписывает распоряжения, фиксирует договоры. И его твоя жена брала с собой. В ту самую решающую командировку. Когда вы женились, он мог с ревностью отнестись? В каких отношениях он с твоей женой?
– Друзья. – Серьёзно ответил я, – Он мой друг, мы втроем в один день познакомились. Мы с Марией сразу стали жить вместе. Да не мог он. Просто следил, чтобы она мне рога не наставила. Правда, я об этом не знал... Но он мой друг!
– Неужели ты не видишь, какая это крыса, твой Олег? – не удержался блондин из командировки, который начал сопеть в трубку и что-то жевать, – Саш, этот Олег выследил меня сразу. К твоей жене должен был приклеиться другой тип, из тех, что в сговоре. Думаю, если бы приклеился, и она ему выдала хоть слово про полицию, её бы просто не нашли. Пропала бы твоя жена без вести. Нашли бы рыбаки в реке, или грибники в лесу. Никто из страховщиков не хотел , чтобы рядом с твоей женой находился незнакомец. Я поэтому с неё глаз не спускал. ... Обвинить твоего дружка не в чем, в отдел не забрали, только слежку за ним установили. ... Есть версия, что Олег в теме. С помощью тебя он хотел вывести Марию из наших с ней отношений. Столкнуть вас, или понять, кто я такой.
– А кто ты такой, Аполлон? Для моей жены ты кто такой? – вспылил я.
– Глупо получилось с твоей женой. – ответил Аполлон, – Могли раскрыть, что она с полицией связана, мою физиономию можно найти на сайте, если поискать. Там старое фото, но всё же могли. Именно поэтому мы разыграли эту импровизированную сцену. Я шепнул твоей Марие, чтобы она дала мне пощечину, и потом побежала за мной, а не к тебе. Якобы влюблена. И я её быстро спрятал.
– Вот тебе хорошо говорить, ты такой весь спокойный. А я чуть концы не отдал, когда вас увидел. Свет померк перед глазами. Аполлон, тебя бы на моё место, что бы сделал?
– Послушай, давай обсудим все еще раз! Ты идешь по маршруту, скрываясь за деревьями. Прислушиваешься, каждые пять шагов. Считаешь. Раз два три четыре пять - за дерево, оглянулся, слушаешь... И дальше двигаешься. На тебе маячок. Оглядывайся почаще. Замирай. Услышишь что – падай на землю, как по команде «ложись». Бронежилет надеваешь под свитер. Сверху куртку. Но голову надо беречь. Понял?
– Да. Только я так шесть суток идти буду, а не шесть часов. Раз два три четыре пять... и замереть...
– Тебе главное – выманить. Мы их сами возьмём.
- А спецназ будет идти за преступниками по лесу или вместе с преступниками? – усмехнулся я.
- Они будут идти перед тобой.
- Как это, интересно? Пятиться, чтобы увидеть, кто в меня метко целится из охотничьего...
- Примерно так. Наших ты не услышишь, обученные люди. Должны успеть.
– Ну смотри, Аполлон,– зловещим тоном пригрозил я. – Если меня прикончат, а ты на радостях подкатишь к моей жене, буду являться к вам каждую ночь, как кентервильское привидение!
- Да являйся, сколько влезет. Я сплю крепко, мне вообще без разницы, кто является. ... Саш... Постарайся выжить.
Вот такой у нас состоялся телефонный разговор.
Когда меня высаживали из газельки, я тепло попрощался с Таней и поблагодарил за её старания. Вдруг, не придётся свидеться.
Оказалось, что Таня попросилась вылезти следующей. И, вместо того, чтобы углубляться перпендикулярно дороге, решила по диагонали сблизиться со мной в этом лесу.
Автор: Алиса Елисеева.
С уважением прошу Вас возвращаться на мой канал только по доброй воле и в свободное время 😘.
Желаю любви вашей душе и свободы вашим добрым чувствам!