В моей квартире пахло не моим любимым кофе и уютом, а дешевым лаком для волос и жареным луком. Я стояла в прихожей, сжимая в руках пакеты с продуктами, и чувствовала себя гостьей в собственном доме.
Три месяца назад мне позвонила Жанна. Моя школьная подруга, с которой мы общались раз в полгода. Голос у нее был жалобный, плачущий.
— Ленка, спасай! Решила ремонт в ванной сделать, плитку сбили, пыль столбом, воды нет. Можно я у тебя недельку перекантуюсь? Я тихонько, на диванчике, мешать не буду!
Я, конечно же, согласилась. У меня просторная «двушка», живу одна, детей и мужа пока нет. «Неделя — не срок, помогу подруге», — подумала я.
Эта «неделя» растянулась на девяносто дней.
Сначала Жанна жаловалась, что ремонтники — бракоделы, и сроки сдвигаются. Потом у нее «заболела спина» от моего дивана в гостиной, и она попросила: «Лен, давай поменяемся? Ты же здоровая, а у меня сколиоз. Пусти меня на кровать в спальню на пару дней, а ты на диване». Я, добрая душа, уступила. Теперь моя ортопедическая кровать с египетским хлопком была её территорией, а я спала, свернувшись калачиком, в зале под работающий телевизор, который она смотрела до двух ночи.
Но самое страшное началось с вещами. Жанна, у которой, как оказалось, «нечего надеть» (все вещи якобы в пыли на квартире), начала без спроса брать мою одежду.
Сегодняшний вечер стал точкой кипения.
Я вернулась с работы уставшая, мечтая о тишине. Зашла в гостиную и увидела Жанну. Она стояла перед зеркалом, крутилась, делая селфи. На ней было мое новое шелковое платье изумрудного цвета, которое я купила для корпоратива и даже еще не срезала бирку. Бирка теперь валялась на полу.
— О, пришла! — бросила она, не отрываясь от телефона. — Слушай, Лен, купи майонеза, а то я салат сделала, а заправить нечем.
— Жанна, — мой голос дрогнул. — Почему ты в моем платье? Оно новое.
Она повернулась ко мне, окинула меня оценивающим, снисходительным взглядом и выдала:
— Ой, да ладно тебе жадничать! Висит в шкафу, пылится. Вещи должны работать. И вообще, Лен, не обижайся, но «тебе это платье все равно не идет, ты в нем бледная как моль. А на мне смотрится огонь, правда? Я тебя учу, как надо жить ярко, а ты все киснешь».
— Ты учишь меня жить? — переспросила я шепотом.
— Ну да! — она плюхнулась в мое любимое кресло, поджав ноги (в платье!). — Ты скучная, Ленка. Работа-дом. Мужика нет. Вот я, пока у тебя живу, уже с двумя познакомилась. Кстати, сегодня один заедет, мы тут посидим тихонько на кухне? Ты не выходи, ладно?
В этот момент во мне что-то оборвалось. Моя жалость, мое терпение, мое гостеприимство — все это сгорело в одну секунду, уступив место ледяной ярости. Я поняла, что передо мной не подруга, попавшая в беду. Передо мной паразит, который присосался к моему ресурсу, занял мою территорию и теперь пытается диктовать свои правила, обесценивая хозяйку.
В психологии это называется «захват границ». Жанна не просто жила у меня. Она вытесняла меня из моей собственной жизни, примеряя её на себя (буквально, через одежду и кровать).
— Снимай, — сказала я тихо.
— Что? — она не поняла.
— Снимай платье. Сейчас же.
Жанна смотрела на меня с недоумением, которое быстро сменилось агрессией.
— Ты чего истеришь из-за тряпки? — фыркнула она. — Сниму я твое платье, подумаешь, сокровище. Дай хоть переодеться спокойно.
— Нет, Жанна. Ты не просто переоденешься. Ты сейчас соберешь свои вещи и уедешь. Твоя «неделя» закончилась.
— Куда я поеду на ночь глядя?! — взвизгнула она. — У меня там ремонт! Там жить невозможно! Ты меня на улицу выгоняешь? Мы же подруги!
— Подруги не спят в чужих спальнях, когда их просили на коврике перекантоваться. Подруги не надевают новые вещи хозяйки без спроса. И подруги не водят мужиков в чужую квартиру, указывая хозяйке не выходить из комнаты.
Я взяла её чемодан, который так и стоял раскрытым в углу спальни уже три месяца (она даже не потрудилась разложить вещи аккуратно, просто разбрасывала их по комнате).
— У тебя есть двадцать минут, — сказала я, глядя на часы. — Пока я вызываю клининг, чтобы вымыть квартиру после твоего «яркого» присутствия.
— Ты ненормальная! — Жанна начала метаться по комнате, срывая с себя мое платье (пуговица отлетела и покатилась по полу). — Я всем расскажу, какая ты стерва! Выгнала человека в беде!
— Рассказывай, — кивнула я. — А заодно расскажи, как твой ремонт длится три месяца. Кстати, я вчера встретила твою соседку в магазине. Она сказала, что ты свою квартиру сдала полгода назад.
Жанна замерла. Её лицо пошло красными пятнами.
— Это... это не твое дело! — выпалила она. — Мне нужны были деньги! Кредиты закрыть! А ты богатая, у тебя не убудет! Тебе жалко, что ли?
— Да, Жанна. Мне жалко. Жалко себя.
Я не стала слушать её оправдания. Я просто стояла в дверях спальни, контролируя, чтобы она не прихватила что-то из моих вещей. Она швыряла свою одежду в чемодан, проклиная меня, мою квартиру и мою «скучную» жизнь.
Когда она, наконец, вышла в прихожую, я открыла дверь.
— Ключи, — протянула я руку.
Она швырнула связку на пол.
— Подавись! Чтоб ты сгнила в этой квартире одна со своими платьями!
— Лучше одной в шелках, чем с паразитами на шее, — ответила я и захлопнула дверь.
Я тут же вызвала мастера и сменила замки (мало ли, может, она дубликат сделала). Потом я три часа убирала квартиру. Я сменила постельное белье, проветрила комнаты, выбросила тот самый жареный лук, который она оставила на плите.
Платье, которое она носила, я отдала в химчистку, но носить его, наверное, уже не буду. Слишком плохая энергетика.
Сейчас прошло две недели. В моем доме снова пахнет моим парфюмом и свежим кофе. Я сплю в своей кровати. И знаете, это такое счастье — быть «скучной» хозяйкой своей жизни, в которую никто не лезет с грязными ногами и непрошеными советами.
А Жанна... Она пишет мне гадости с фейковых аккаунтов. Но я их даже не читаю. У меня нет на это времени. Я учусь жить для себя, а не быть «удобной» для тех, кто хочет пожить за мой счет.
Эта история — напоминание: помощь имеет свои границы. Когда помощь превращается в содержание и обслуживание, это уже не дружба, а использование.
Если вы поддерживаете поступок Лены, подпишитесь на канал. Поставьте лайк и напишите в комментариях: смогли бы вы так же жестко указать на дверь наглой подруге?